Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - часть 39

 

  Главная      Учебники - Разные     Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - 1904 год

 

поиск по сайту            правообладателям  

 

 

 

 

 

 

 



 

 

содержание   ..  37  38  39  40   ..

 

 

Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - часть 39

 

 

последний,  будучи  купцом,  обанкротился,  после  чего  стал  заниматься  алхимией 

и  получил  фосфор  из  мочи.  Однако  оба  химика  держали  свой  способ  въ 

тайне,  и  Кункель  не  мог  проверить  применяемый  ими  способ,  хотя  и  поехалъ 

специально  с  этой  целью  к  Бранду  в  Гамбург,  Тогда  он  самостоя- 

тельно  начал  производить  на  основании  сделанных  в  Гамбурге  наблюдений 

опыты,  которые,  в  конце-концов,  и  привели  его  к  желанной  цели.  Самый 

фосфор,  который  Бойль  получал  лишь  в  очень  неболыпем  колячестве,  онъ 

сейчас  же  применил  в  качестве  медицинского  средства  (1676  г,).  Опыты  съ 

этим  новым  телом,  которое  после  его  открытия,  благодаря  своим  замечатель- 

ным  свойствам  —  в  особенности  же  свойству  светиться  в  темноте  —  вызы- 

вало  болыпое  удивление  и,  как  величайшая  редкость,  показывалось  различными 

алхимиками  при  дворах  князей  за  деньги  эти  опыты  привели  Бойля  к  откры- 

тию фосфорной кислоты.

 

Шталевская  теория  флогистона,  преледе  чем  приобрести  право  гра- 

жданства,  должна  была  выдержать  недоброжелательное  отношение  к  себе 

многих  химиков,  которые  горячо  опровергали  ее.  Так,  Шталь  много 

раз  вел  научный  спор  с  Фридрихом  Гофманом  (1660—1742,  про- 

фессор  медицины  в  Галле).  Гофман  был  типичным  представителемъ 

академической  химии  того  времени.  Это  был  прямой  человек,  чуждый  вся- 

каго'  лгелания  нзготовлять  золото  и  посвятивший  свою  жизиь  исключительно 

науке.  Несмотря  на  все  споры  со  Шталем  и  на  построенную  им  теорию 

горения,  Гофман  все  же  не  мог  предотвратить  с  течением  времени 

теории  распространения  флогистона,  которая  все  болыне  и  болыпе  приобретала 

новых  учеников  и  последователей.  Заслуги  Гофмана  лежат,  главнымъ 

образом,  в  области  медицины,  и  его  химическия  изследования  минераль- 

ных  вод  нулшо  назвать  поистине  классическими.  Он  открыл,  что  общей 

и  характерной  частью  всех  углекислых  источников  .является  „ргипсириит 

вригШовит",  т.  е.  углекислота.  По  их  химическому  составу  он  отличаетъ 

воды  щелочныя,  железистыя,'  горькия  и  соленыя.  Из  минеральной  воды 

в  Зейдлице  Гофжан  сумел  получить  горькую  соль  в  чистом  виде.  Онъ 

указывал  на  ядовитые    свойства  углекислого  газа  и  усовершенствовал  спо- 

собы  получения  серного  эеира.  Смесь  равных  частей  спирта  и  эеира  но- 

сит  и  теперь  еще  в  честь  его  название  „гофманских  капель".  Серьезное 

научное  стремление,  которое  уже  существовало  в  то  время  у  болыпого  числа 

химиков,  может  быть  лучше  всего  охарактеризовано  описанием  двух  опы- 

тов,  которые  дают  типичнейшее  объяснение  того,  как  основательно  стара- 

лись  многие  представители  теории  флогистона  разрешить  задачи,  поставленныя 

ими.  ЧтоОы  изучить  свойства  ртути,  голландский  химик  Герман  Бергаве 

ыагревал  в  открытом  сосуде  взвешенное  количество  этого  металла  въ 

течение  целых  15  лет.  Оп  сторожил  огонь  день  и  ночь  и  направлялъ 

наиболыпия  старания  на  то,  чтобы  температура  не  поднялась  слишком  вы- 

соко.  Опыт  имел  целью  опровергнуть  взгляды  на  ртуть  алхимиков.  Такъ 

как  последние  с  давних  времен  утверждали,  что  ртуть  при  повторной 

перегонке  обращается  в  тело  с  совсем  особенными  свойствами,  то  Бергаве, 

чтобы  привести  их  к  абсурду,  предпринял  пятьсоткратную  перегонку  чи- 

стой  ртути.  При  подобном  солидном  разрешении  противниками  алхимиковъ 

их задач, естественно, не могло не случиться, что алхимики с течениемъ

 

времени  должны  были  быть  иобеждены  все  сильнее  наступавшими  на  нихъ 

противниками.  Изследования,  которыя,  как  по  продолжителъности  затрачен- 

ного  яа  пих  времени,  так  и  по  выдерлске,  требуемой  для  них,  эксперимев- 

татора,  не  уступали  работам  Бергаве,  предпринял  выдающийся  своею  уче- 

постью  берлинский  химик  Иоган  Генрих  Потт  (род.  1692,  ум.  1777).  Во 

время  его  деятельности  в  качестве  профессора  химии  в  медико-хирургическомъ 

учебном  заведении  в  Мейссене,  как  ниже  мы  еиде  опишем  подробно,  былъ 

открыт  состав  фарфора.  Для  того,  чтобы  найти  составные    части,  из  которыхъ 

последний  составлялся  и  которыя,  естественно,  держались  в  тайне,  Потт  под- 

вергал  различного  рода  почвы,  как  имевшияся  у  него,  так  и  получавшияся 

им  из  отдаленнейших  стран,  действию  различных  температур,  то  порознь, 

то  в  смесях  различных  пропорций.  При  этом  он  наблюдал  температуру 

плавления  и  прочия  особенности  всех  этих  тел.  Число  его  опытов,  вообще, 

достйгает  более  тридцати  тысячъ!  Хотя  они  сначала  и  не  принесли  желае- 

мых  резулътатов,  тем  не  менее,  познакомили  нас  обстоятельнейшим  обра- 

зом  со  свойствами  множества  минеральных  веществ  при  высоких  тем- 

пературах  и  '  составляют  до  настоящого  времени  основание,  на  кото- 

ром  строится  научная  керамика  и  все  химическия  изследоваиия  гончарнаго 

производства.

 

Мелоду  последователями  теории  флогистона  особенно  выделяется  столько  же 

своими  обширными  зианиямп,  сколько  и  многочисленными  изследованиями,  кото- 

рыми  он  поднял  как  прикладную,  так  и  техническую  химию,  Андреасъ 

Сигизмунд  Маргграф  (род.  в  1709  в  Берлине,  ум.  в  1782  г.,  там  же). 

Он  устроил  в  здании  тогдашней  академии  наук  на  Доротеенштрассе  хими- 

ческую  лабораторию,  которая  была  обставлена  на  основании  научных  сообра- 

жений  ц  этим  выгодно  отличалась  от  всех  имевшихся  до  того  времени 

помещений  для  химичесишх  занятий.  В  этой  лаборатории  Маргграф  про- 

извел  целый  ряд  гпытов,  прокладывавших  вовые  пути.  Так,  прежде 

всего,  он  изучил  удобный  способ  добывания  'фосфора,  Июторый  дал  возмож- 

ность  иолучит  это  редкое  вещество  в  больших  количествах.  Далее, 

Маргграф  указал  на  нахождение  цинка  в  галмейной  руде  и,  такимъ 

образом,  сделался  основателем  всех  тех  горнозаводских  способов  добы- 

вания  цинка,  для  получения  которого  и  по  настоящее  время  галмей  служит  въ 

качестве  сырого  материала.  Муравьиную  и  уксусную  кислоты,  которые    до 

тех  пор  считали  одним  и  тем  же  веществом,  он  признал  за  два  раз- 

личных  тела.  Но  современная  химия  особенно  обязана  ему  тем,  что  он  первый 

научил  применению  и  распространенному  ныне  употреблению  микроскопа  при 

химических  изеледованиях  всех  родов.  Он  сам  так  же,  как  и  его 

ученики 

;

—  прилежне"йшим  образом  пользовался  этим  инструментом,  и  съ 

тех  пор  микроскоп  уже  навсегда  остался  в  лабораториях  и  со  временемъ 

стал  необходимым  вспомогательным  средством  для  химиков.  Однако,  наи- 

более  значительным,  имевшим  важные    последствия  открытием,  которое 

сделал  Маргграф,  было  открытие  свекловичного  сахара.  Благодаря  этому  онъ 

стал  основателем  свекловичной  сахарной  промышленности;  впоследствии  мы 

еще  вернемся  к  этому  открытию  и  разсмотрим  более  обстоятельно  его  раз- 

витие и результаты.

 

Из Германии, где была создана теория флогистона, она быстро распростра-

 

нилась  в  других  странах,  и  со  временем  Франция  стала  ея  настояншмъ 

отечеством.  Большая  часть  химиков,  наиболее  горячо  ее  защищавших,  среди 

которых,  однако,  нельзя  упомянуть  ни  одного  имени,  имевшого  особенно  выдаю- 

щееся  значение,  жила  во  Франциж.  Точно  так  же,  как  в  Германии,  и  во 

Франции  были  открыты  научные    каеедры  химии  и  академии,  которыя,  начииая 

с  середины  XVIII  столетия,  в  своих  печатных  трудах  по  химии  опублико- 

вывали  множество  химических  статей.  В  особенности  выдаются  в  этомъ 

отвошении  мемуары:  „Асасиетие  сиез  зсиепсез,  агиз  ее  Ьеииез  ИеШ-ез"  в  Ди- 

жоне,  которые  содержат  массу  богатого  материала  для  жстории  теоретиковъ 

флогистона  и  их  взглядов  на  нее.  Что  касается  Англиж,  то  она  в  области 

химии  осталась  далеко  позади  Франции,  что  собственно  не  должно  нас  уди- 

влять,  так  кагс  большое  число  естествоиспытателей,  которых  дала  эта 

страна,  были  настолько  заняты  разработкой  созданной  Ньютоном  новой  отрасли 

знания,  что  они  не  могли  сколъко-нибудь  основательно  заниматься  химией.  Лишь 

во  второй  ноловине  XVIII  столетия  здесь  выдвигаются  отдельные  выдаю- 

щиеся  химииш,  среди  Еоторых  особенно  труды  одного  человека  стоят  въ 

теснейшей  связи  с  историей  теории  флогистона;  своеобразное  яаправление 

этих  трудов  должно  бьтло  подготовить  новый  период  в  области  химическаго 

изследования.

 

Человеком,  изследования  которого  способствовали  перевороту  в  существо- 

вавших  до  того  времени  взглядах,  был  Генрих  Кэвендиш  (род.  в  1731  г 

в  Лондоне,  ум.  в  1810  г.,  там  же).  Он  не  был,  как  мы  толыю  что  от- 

метилж,  основателем  новый  эры,  но  его  работы  представляют  собой  неко- 

торым  образом  переход  к  таковой.  Оне  подготовили  новую  эру  теыъ 

что  после  ознакомления  с  нжмж  начали  разбираться  до  известной  степени  более 

критжчески,  чем  до  тех  пор,  в  возможности  существования  флогистона.  Это 

критическое  отношение  не  привело  тотчас  к  решительным  результатам,  но 

оно  облегчило  человеку,  который  должен  был  сделаться  основателем  новой 

эпохи,  приобрести  влияиие  на  своих  тогдашних  сотоварищей  по  профессии. 

Свойства,  которые    школа  химиков,  приверженцев  теории  флогистона,  припи- 

сывала  самому  флогистону,  были  свойствами  газа,  почему  ясно,  что  флогистон  и 

искали  среди  газов.  Все  сиарания,  которые    предпринимались  в  этом  напра- 

влении,  были  напрасны:  свойства,  которые    должны  были  характеризовать  фло- 

гжстон,  не  подходили  к  свойствам  ни  одного  из  известыых  в  то  время 

газов,  и  едииственная  польза,  которую  химия  извлекла  из  этих  изследований, 

имевших  целью  открытие  флогистона,  было  более  точное  изучение  самихъ 

газов.  Насколько  это  было  необходимо,  явствует  лучше  веего  из  того  обсто- 

ятельства,  что  еще  до  середины  XVIII  столетия  многие  сомневались  в  том,  име- 

ют  ли  воздухообразные    вещества  иные    свойства,  чем  обыкновенный  воздух, 

хотя  бы,  в  действительности,  это  были  различные  газы.  Гораздо  чаще  предпо- 

лагали,  что  здесь  имеют  дело  вовсе  не  с  особого  рода  газами,  а  просто  со 

смесью  воздуха  с  какимъ-нибудь  другим  веществом.  Кэвендиш  был  первым, 

кто  энергичнейпшм  образом  опроверг  этот  взгляд  и  выставил  положение, 

что  существует  особый  класс  газов.  Но  еще  более  замечательными,  чемъ 

провозглашение  этого взгляда, были его изследования химической природы водо- 

рода.  Сам  газъ—водород  —  был  еще  известен  в  XVI  столетии  и  его  научи- 

лись добывать действием разбавленной серной кислоты на железо. Парацельсъ

 

определяет  водород,  как  горящий  воздухъ;  таким  же  образом  на  него  смотритъ 

впоследствии  и  болыпинство  химиков.  Кэвендишу  выпало  на  долю.  первому 

узнать  и  определить  его  врироду,  как  газа.  Этими  изследованиями  онъ 

проложил  новый  путь,  при  чем  бьтл  первым,  кто,  изучая  свойства  га- 

зов,  обратил  внимание  на  их  удельный  вес  —  на  то  свойство  их,  на 

которое  до  тех  пор  не  обращали  никакого  внимания,  Определив  удель- 

ный  вес  водорода,  он  узнал,  что  последний  значительно  легче  атмосфер- 

ного  воздуха,  и  это  обстоятельство  должно  было,  как  мы  скоро  увидим, 

получить  огромное  значение  для  дальнейшого  развития  теории  флогистона.  Во 

время  своих  обстоятельных  изследований  свойств  водорода,  Кэвендиш  такъ 

всесторонне изучил последний, что позднейшия изследования его свойств почтя 

не прибавили ничего существенно важнаго, если не принимать во вшшание более 

точное  определение  удельного  веса  и  т.  д.  Так,  он  установил,  что  водородъ 

но  может  поддерживать  горения  и  дыхания  и  открыл  свойства  водорода 

производить  взрыв  при  соединении  с  воздухом,  при  чем  нашел  количе- 

ственное  отношение  этих  газов,  при  котором  получается  самый  сильный 

взрыв.  Подобные    же  обстоятельвые    наблюдения  производил  Кэвендиш  и  надъ 

углекислотой,  которую  получал  посредством  растворения  мрамора  в  соляыой 

кислоте.  Его  изследования  о  водороде  относятся  к  1781  году.  За  несколько 

лет  перед  тем  (в  1774  году)  был  открыт  кислород,  и  это  открытие  дало 

Кэвендишу  случай  заняться  с  1783  года  свойствами  воздуха.  Указанные    из- 

следования  равным  образом  принадлежат  в  химии  к  числу  классических. 

Несмотря  на  несовершенство  приборов,  Кэвендишу  удалос  доказать,  что  воз- 

дух  —  в  любом  месте  и  на  любой  высоте  —  имеет  один  и  тот  же  со- 

став,  и  что  даже  перемена  времен  года  нисколько  не  изменяет  этого  состава. 

Он  показал,  что  различныс  результаты,  получавшиеся  до  тех  пор  при  изсле- 

дованиях  воздуха,  объясняются  ошибками  изследования.  Его  изследования  в  этой 

области  имели  решакщее  значение  не  только  для  химии,  но  также  и  для 

медицины.  До  тЬх  пор  думали,  что  гигиеническое  влияние  воздуха  меняется 

с  его  составом,  и  на  основании  этого  предположешя  возникли  взгляды,  имевшие 

большое  значение;  теперь  они  были  коренным  образом  реформированы  изсле- 

дованиями  Кэвендиша.  Важное  место  в  этих,  пролагающих  новые  пути,  изсле- 

дованиях  о  воздухе,  которые  были  опубликованы  в  1785  году  под  назва- 

нием  „ЕхрегитепИ8  оп  аиг",  занимают  также  опыты  о  влияниж  горения  на  сос- 

тав  воздуха.  Эти  опыты  привели  Кэвендиша  к  тому  заключению,  что  вода 

состоит  из  водорода  и  кислорода  и  что  при  горении  водорода  в  кислороде 

образуется  вода,  при  чем  как  раз  в  точно  таком  весовом  количестве,  ка- 

кое  получается  из  веса  сгоревшого  водорода  вмеоте  с  кислородом.  Такимъ 

образом,  Кэвендиш  является  химиком,  который  первый  дал  нам  обстоятель- 

ные    сведения  о  химическом  составе  двух  столь  важных  веществ,  как  воз- 

дух  и  вода.  При  этомъ—что  особенно  вызывает  в  нас  чувство  удивления— 

приборы,  которыми  он  нользовался,  были  довольно  примитивны,  вследствие  чего 

полученные  им  результаты  наиболее  ярко  свидетелъствуют  об  его  искусстве 

точно  работать.  Даже  при  наших  теперешних  изследованиях,  Июлучаемых  съ 

помощью  столь  точных  и  усовершенствованных  приборов,  немногое  можетъ 

быть  изменено  в  тех  числах,  которые    предложил  Кэвендиш  для  состава  воз- 

духа, а именно, 21°/

0

 по объему кислорода и 79°/

0

 по объему азота, а также

 

в      числах,    оиределяющих  состав  воды:      две    части    водорода  на      одну    часть 

кислорода.

 

Открытие присущей лишь одному водороду легкости должно было послужить при- 

чиной  коренного  изменения  в  отношении  взглядов  на  флогистон.  Сам  Кэвендишъ 

думал,  что  в  виде  водорода  он  открыл  флогистон.  Это  заблуждение  темъ 

более  понятно,  что  свойства,  припжсываемые    Шталем  флогпстону,  подходили, 

вообще,  к  водороду,  а  именпо:  малый  вес,  затем  его  свойства  при  горении  и 

соединении  ,  с  другими  телами.  Таким  образом,  в  водороде,  как  пола- 

гал  Кэвендиш,  был  открыт  таге  долго  отысишваемый  и  до  тех  поръ 

гипотетический  флогистон,  при  чем  в  скором  времени  болыишнство  тогдаш- 

них  химиков  приняло  этот-  взгляд.  Правда,  против  Кэвендиша  и  его  школы 

возстало  множество  ИИротивников,  и  наиболее  веский  из  производимых  ими 

аргументов  заключался  в  том,  что  большинство  явлений,  для  объяснения 

которых  до  сих  пор  ссылались  на  флогистон,  может  быть  верно  объ- 

яснено  и  без  предположевия  о  существовании  флогистоыа.  Эта  борьба,  кото 

рая  захватывала  все  болыигие 

круги, 

постепенно 

преобра- 

зовала  взгляды  на  горение, 

и 

затем, 

благодаря 

рабо- 

там 

Лавуазье, 

как 

мы 

увидим 

ниже, 

направила 

их  по  новому,  совершенно 

отличному 

от 

существовав- 

ших  до  сих  пор,  пути. 

При  описании  трудов  Кэвен- 

диша  мы  упомянули  о  кисло- 

роде;  нам  теперь  остается 

только 

поговорнть 

о 

техъ 

химиках, 

которые 

оказали 

услуги  химии  открытием  кислорода  и  изследованием  свойств  его.  Ведь 

кислород  —  вещество,  важнейшее  из  всех  тел,  наиболее  распростра- 

ненное  и  находящееся  в  наиболыпем  количестве  на  земле.  При  такой 

чрезвычайной  распростраяенности  кислорода  нужно  удпвляться,  что  он  не 

был  открыт  раныне.  Открытие  и  изучение  его  свойств,  равно  какъ 

изобретение  способов  добывания  —  является  делом,  которое  было  дано 

науке  заканчивавшей  свой  век  теорией  флогистона.  Кислород  был  от- 

крыт  одновремеино  и  совершенно  самостоятелыю  двумя  химиками,  а  именно: 

англичанииом  Джозефом  Пристлеем  (род.  в  1733  г.  в  Фильдхете  около 

Лидса,  ум.  в  1786  г.  в  Нортумберлэнде,  в  Америке)  и  Карлож  Вильгель- 

мом  Шееле  (род.  в  1742  г.  в  Штральзунде,  ум.  в  1786  г.  в  Кепинге, 

в Швеции).

 

Пристлей  открыл  кислород  в  1774  году.  Он  получил  его  при 

производстве  излюбленных  в  то  время  изследований  над  видами  газов, 

получаемых  при  нагревании  красной  окиси  ртути.  Объяснить  его  свойства  онъ 

сумел  лишь  с  относительной  верностыо.  Пристлей  заметил,  что  открытыии 

им  род  воздуха  поддерживает  горение  и  дыхание  лучше  и  долыпе,  чем  обык- 

новенный воздухъ; что касается роли, которую играет кислород при горении,

 

 

он  предложил  совершенно  лолшую  теорию.  Наоборот,  его  изследования  о  дей- 

ствии  кислорода  на  растительную  материю  очень  обстоятельны  и  во  всех  отноше- 

ниях  правильны.  Пристлей  сделал  наблюдение,  что  растения  выделяют  газъ 

кислород  и,  таким  образом,  стал  основателем  валшой  для  медицины 

теории,  что  воздух,  испорченный  процессом  дыхания  человека,  можст  быть 

внов  улучшен  под  вдиянием  растений.  ИПееле,  открыв  кислород,  так- 

же  ничего  не  знал  об  изследованиях  Пристлея.  Он  добывал  его  изъ 

разнообразнейших  окисей  металлов,  в  особенности  из  окиси  ртути  и  пе- 

рекиси  марганца.  Шееле  также  точнейшим  образом  изучил  свойства  кисло- 

рода,  при  чем  это  изучение  стало  источником  новой  теории  флогистона,  сущ- 

ность  которой  составляло  положение,  что  флогистон  Игри  горении  соединяется 

с  веществом  кислорода,  и  дает  свет  и  тепло.  По  его  наблюдениям, 

флогистон  есть  главная  составная  часть  света  и  горящого  воздуха.  Оче- 

видно,  что  в  этой  теории  кроется  маленъкое  зернышко  истины,  и  что  въ 

известном  смысле  она  представляет  переход  к  верным  взглядам  па 

горение.  Пристлей  и  Шееле  были  наиболее  выдающимися  химиками  на  исходе 

века  теории  флогистона  и  их  открытия  так  многочисленны  и  разнообразны,  а 

равно  настолько  ваяшы  и  для  будущаго,  что  мы  не  можем  уклониться  отъ 

более близкого ознакомления с ними.

 

Пристлей  первый  устроил  так  называемую  газовую  ванну,  прибор, 

которым  мы  пользуемся  до  настоящого  времени  при  химичесишх  опытах  для 

собирания  газов.  Чтобы  воспрепятствовать  соединению  газа  с  воздухом  и 

оградить  первый  от  последняго,  он  употреблял,  в  виде  разобщающей  жид- 

кости,  воду,  но  так  как  некоторые  газы  поглощаются  водою  и  потому  не 

могут  этим  путем  быть  отделены  от  воздуха,  то  Пристлей  применял  для  разоб- 

щения  воздуха  и  газа  ртуть.  Благодаря  введениому  Пристлеем  методу  стало  возмож- 

ным,  с  помощью  ртутного  заиора,  собирать  все  виды  газов,  которые  погло- 

Ицаются  или  разлагаются  водой,  и,  таким  образом,  он  является  основателемъ 

наших  современных  методов  и  приборов  для  изследования  газов.  Пристлей 

был  также  изобретателем  искусственных  минсральнилх  вод.  В  1772  году 

он  добыл  первую  такую  воду  посредством  насыицения  воды  углекислотой  подъ 

давлением.  На  почве  этих  опытов  развилас  современная  техника  пригото- 

вления  минеральных  вод.  Среди  газов,  свойства  которых  он  изучал,  нужно 

назвать  сернистый  газ,  аммиак,  хлористый  водород  и  фтористый  водород. 

Пристлей  открыл  также  окись  углерода,  продукт  яеполного  сгорания  угля.  Для 

медицины имело значение открытие им закиси азота (1776 г.), или веселящого газа, 

который  добывался  посредством  нагревания  азотиоаммиачной  соли.  Его 

физиологическия  свойства  изследовал  в  1809  году  Гемфри  Дэви,  который  на 

самом  себе  наблюдал  впервые  упоитсльные  и  блаженные  сны,  вызван- 

ные  чудесным  свойством  этого  газа,  отчего  и  произошло  название  его  — 

веселящий  газ.  Веселящий  газ  часто  применяется  при  зубоврачебных  опе- 

рациях.

 

Между  тем  как  открытия  Пристлея,  как  мы  видели,  почти  исклю- 

чительно  лежат  в  области  хивиии  газов,  Шееле  объединил  в  своей 

деятельности  почти  все  ветви  химии.  Его  первые    статьи  касаются  органи- 

ческих  кислот,  следовательно,  тех  кислот,  которые    образуются  въ 

растителышх и животных телах. Он установил, что различные ви-

 

 

 

 

 

 

 

 

 

содержание   ..  37  38  39  40   ..