Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - часть 36

 

  Главная      Учебники - Разные     Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - 1904 год

 

поиск по сайту            правообладателям  

 

 

 

 

 

 

 



 

 

содержание   ..  34  35  36  37   ..

 

 

Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - часть 36

 

 

направления — уже потому, что их деятельность была вполне тождественна съ 

деятельностью  алхимиков.  Кроме  того,  они  абсолютно  ничего  не  сделали  для 

развития  науки  и  техннки,  и  мы  упоыинаем  о  них  в  данном  месте  лишь 

потому,  что,  как  будет  указано  ниже,  между  пими  и  явными  алхимиками  съ 

течением  времени  возникади  различные  споры,  которые  мы  не  можем  обойти 

молчанием.

 

Благодаря   основанию   большого   числа   новых   университетов   в  конце 

XV столетия, а также тому, что был найден морской путь в Индию, открыта

 

 

Америка,  изобретено  искусство  Ишигопечатания,  благодаря,  затем,  завоеванию 

турками  Константинополя  и,  наконец,  реформации  и  появлению  Парацелъса, 

в  начале  XVI  столетия  в  области  алхимии  наступает  новый  век.  Прежде, 

чем  перейти  к  описанию  всего  этого,  бросим  краткий  взгляд  назад.  чтобы 

резюмировать  те  результаты,  которые  принес  только  что  оппсанный  иериодъ 

чистой  алхимии  для  других  наук,  в  особеныости  же  для  медицины,  а  также 

для некоторых отраслей техники и горной промышленности.

 

Прежде  всего  влияние  этого  Июриода  обнаружилось  в  области,  стоявшсии 

още  в  то  время  в  болъшей  связи  с  химией,  чем  в  настояш,ее  время,  а 

именно,  в  области  фармации.  Уже  в  конце  VIII  столетия  в  Багдаде  была 

основана  первая  общественная  аптека,  а  в  IX  столетии  Сабор  Эбпъ-Сахель 

написал  первую  фармакопею  в  виде  руководства  для  приготовлепия  лекарств. 

Из химических препаратов, которые арабы ИИриготовляли из растеиий и

 

лшвотных  продуктов  и  в  период  алхимии  отпосили  к  разряду  лекарствен- 

ных  сокровищ,  следуот  пазвать  мускус,  ревевь,  бобровую  струю,  камфору, 

сахар,  тамаринды,  азза  июеШа  и  имбирь.  Для  приготовления  этих  ле- 

карств  употреблялись  перегонпые  приборы,  которые  в  прпнципе  почти  оди- 

наковы  с  такими  же  приборами  позднейших  времен  и  удержались  почти  безъ 

перемеп  до  изобретения  либиховского  холодилыюка.  С  помощью  указан- 

пых  перегопных  аппаратов  первым  делом  была'добыта  дестиллированная 

вода,  которая  получила  у  арабов  самое  широкое  применение,  как  целительноо 

средство.  В  христиапской  Европе  первая  аптека  была  основана  в  XI  столетии 

в  Салерно,  а  столетие  спустя  появилась  первая  европейская  фармакопея 

„Антидотариумъ"  Николая  из  Александрии,  заведывавшого  школой  в  Салерно. 

В  этой  фарзшюпее  были  поименованы  те  жо  медикаменты,  что  и  у  арабов. 

Многократные    ошибки,  Июторын  уже  тогда  происходили  в  аптсках,  привели 

вскоре  Е  издапию  предписаний  по  аптекарской  части;  первъш  нз  них  (въ 

XII  столетии)  были  изданы  неаполитанским  королем  Роджером.  До  какоии 

степени  преднисания  эти  были  необходимы,  видно  из  тсго  обстоятольства,  что 

в  течение  короткого  промежутка  времени  почти  во  всех  городах  и  государ- 

ствах  постепенно  вводится  нормировка  таксы  законом,  вследствие  чего  апте- 

каря  ставятся  под  контроль  врачей  и  им  запрещается  исииолнение  врачеб- 

ных  обязансостей.  До  копца  XV  столетия  аптеки  быстро  распространяются. 

Однако,  с  этим  распространением  не  было  связано  увеличепие  химико-фарма- 

цевтичесишх  знаний;  до  появления  Парацельса  медищинския  средства  остаются 

те  же,  что  были  и  у  арабов,  и  деятельность  аптекарей  ограничивается 

мехапическим  приготовлением  и  варением  лекарств.  По  предложению  Вилла- 

новануса  и  Раймонда  Луллия,  в  аптеки  мало-по-малу  проныкаот  спирт,  но 

тем  не  менее  прошло  миого  времени,  прежде  чем  его  употребление  в  медициИИ- 

ских  целях  стало  повсеместным.  Причину  остановки  в  развитии  фармацевти- 

ческой  хииии,  которая  яе  двигалась  внеред  в  течение  целого  столетия,  надо 

искать  прежде  всего  в  известном  суеверии.  Подобно  тому,  как  предпола- 

гали,  что  должен  существовать  философский  камень,  который  обращает  не- 

благородные  металлы  в  золото,  так  точно  верили  в  те  времена  в  суще- 

ствование  универсального  средства  „териака",  которому  приписывали  свойства 

исделять  всякого  рода  болезни.  Поиски  этого  териака  отнимали  очень  много 

силы  и  действовали  парализующе  на  всякий  дальнейшиГИ  успех.  Но  развнтио 

фармацевтической  химии  затрудняло  таклш  и  одиюстороннее  образование  врачей. 

Все  врачи  того  времени  следовали  письмеишым  трудам  Галена  и  видели 

в  них  свой  идеал,  которому  следовало  подражат,  как  величаишему  со- 

вершенству,  и  уклонение  от  предписаний  которого  было  бы  сочтено  за  пре- 

ступление  против  сословной  чести.  Но  все  же  с  началом  XVI  столетия 

и  в  области  фармацевтической  химии  наступила  перемена.  Уже  Василий  Ва- 

лентин  предлагал  ввести  употребление  химических  пропаратов  в  число  лекар- 

ственных  сокровищ,  но  не  добился  признания  своего  взгляда  современниками. 

Его  сурьмяные  и  ртутные  препараты  были  отвергнуты  врачами,  как  ядовитые, 

и,  таким  образом,  здесь  также  было  предоставлено  Парацельсу  ввести  коренныя 

изменения.

 

Итак,   если   век   чистой   алхимии  оказал  на область фармацевтической 

химии   лишь   самое   кезначительное  влияние,   то   тем   важнее  успехи, которые

 

сделали  в   это  время  другия   отрасли  химии.    Это   отяосится   прежде всего кт. 

металлургии   и   горной   промышленности.     Вследствие   полученных,   благодаря

 

 

занятиям  химией,  знаний  по  металлургии,  было  открыто  множество  новыхъ 

рудных  месторождений  в  Испании,  южной  Франции,  Тироле  и  ИПтирии,  въ 

Нассау, Силезии, Богемии и на Гарце. Производящейся и в настоящее время

 

разработке ртутной руды в Идрии было подожено основание в конце XV столетия, 

а  в  Англии  были  достигнуты  блестящие  результаты  ИИри  добывании  олова  изъ 

РУДЫ.

 

Равным  образом,  уже  во  время  периода  чистой  алхимии  замечается 

возникновение  химической  промышленности;  начинается  фабричное  производство 

многих  химических  продуктов,  в  особенности  квасцов,  цинкового  куыороса 

и  препаратов  сурьмы.  К  этому  также  времени  относятся  и  первые  зачатки 

винокурения,  хотя  и  не  посредством  перегонки  вина,  по  способу  Виллановануса, 

а  также,  как  и  в  настоящее  время,  из  хлеба.  В  красильном  деле  в  то 

время  стали  употреблять  красную  сурьмяную  краску,  а  равно  орсеть.  Въ 

начале  XVI  столетия  вошло  в  употреблеяие  вместо  вайды,  голубого  красящаго 

вещество,—индиго.

 

Особенно  следует  отметить  те  успехи,  которых  достигли,  благодаря 

алхимии,  стекляное  производство  и  керамика.  То  обстоятелъство,  что  алхи- 

мики  при  своих  занятиях  широко  применяли  свинец  и  олово,  повело  къ 

открытию  свинцовой  и  оловянной  глазури  для  гончарных  изделий,  которые    съ 

начала  XIII  столетия  вводятся  повсюду.  Точно  также  стали  известны  стекляные 

сплавы  и  появились  стекляные    картииы,  которые    были  составлены  из  цвет- 

ных  стекол.  В  ХИИИ-м  же  столетии  иоявились  стекляные    зеркала  с  металли- 

ческой  отражающей  поверхностью  и  скоро  вытеснили  употреблявшияся  до  техъ 

пор металлическия зеркала.

 

Таким  образом,  в  конце  века  чистой  алхимии  повсеместно  мы  видимъ— 

правда,  еще  простые  и  примитявные  —  зачатки  химической  промышленности, 

которая  с  этого  момента,  постояишо  развиваясь,  достигает  все  бблыпого  рас- 

двета и уже в следующем столетии — медицинской алхимии — зани:Иает боль-

 

шое число людей.

 

*         * 

•»

 

Век  медицинской  алхимии,  к  разсмотреиию  которого  мы  должны  теперъ 

перейти,  отличается  от  предыдущаго,  главным  образом,  своими  основнымп 

идеямн,  которые    в  течение  этого  века  являлись  побудителыюй  причиной  почти 

для  каждого  проявления  алхимической  деятельности.  Тогда  как  в  век  чистой 

алхимии  ставилось  целью  найти  вещество,  которое  обращало  бы  неблагородные 

металлы  в  благородвше,  в  следуюицем  периоде  горячия  стремлепия  алхимиковъ 

направляются  Е  тому,  чтобы  найти  средство  продолжять  человечесиую  жизнь. 

Это  средство  —  тоже  философский  камень,  нб  в  нзыскапиях  его  состава 

исходят  из  другнх  оснований,  чем  раньше.  Правда,  как  и  раньше, 

остается  распространенным  также  и  занятие  облагоражжванием  металлов,  но 

вскоре  чистые  алхимики,  которые  посвящали  себя  исключительно  этому,  были 

отодвиыуты  на  задыий  плаы  алхимиками  меднцинского  направления,  наложив- 

шими  свой  умственный  отпечаток  на  успехи  химии  новой  эпохи.  С  тече- 

нием  времени  произошло  внутреннее  слияние  алхимии  с  медидиной,  которая 

постепснно  зашла  так  далско,  что,  в  конце-концов,  алхимия  совершенно 

утратила  свою  самостоятельность  и  ею  улсе  Июльзовались  лишь  в  связи  съ 

медициной.  Явления  из  области  физиологии,  патологии  и  терапии  стремятся 

объяснить  разсуждениями  с  точки  зрения  химии  и,  наоборот,  действие  химиче- 

ских  средств  стараются  изучать  в  применении  к  медицине.  Скоро  изобре- 

тателями химических веществ, способов и методов оказываются уже не

 

химики,  а  МЕДИЕИ.  Но  самая  медицина  находилась  в  таком  тесном  соприко- 

косновении  с  химией,  что  на  нее  смотрели,  как  на  отрасль  последней  и,  какъ 

таковую,  называли  иатрохимией.  Изследователи  этой  области  и  сами  называются 

иатрохимикаыи,  потому  что  они  одновременно  были  и  медиками  и  химиками, 

т. е. алхимиками.

 

Собственно  говоря  новая  эпоха  была уже подготовлена Вилланованусом, 

Луллием   и    „Валентиномъ",    которые,   как   мы    уже   видели,     рекомендо-

 

вали  применение  в  меди- 

цине 

химических 

средств, 

но  все  они  вместе  и  порознь 

у  своих  современников  име- 

ли  еще  мало  успеха.  Такого 

успеха  впервые  добился  чело- 

век,  который  не  старался, 

как  вышеназванные  ученые, 

распространять 

постигнутыя 

им 

истины 

путем 

пись- 

менных  трудов  и  система- 

тических 

опытов, 

а 

су- 

мел 

проложить 

неиспытан- 

ный  еще  путь  и  добывать 

своим 

взглядам 

извест- 

ность  необычным,  можно  ска- 

зать,  насильственным  обра- 

зом.

 

Этот  человек,  одна  изъ 

замечательнейших 

личностей 

всех  времен,  был  Фялжппъ 

Ауреоль 

Теофраст 

Пара- 

цельс  Бомбаст  из  Гоген- 

гейма.  С  его  жизнеописа- 

нием,  а  также  с  его  дея- 

тельностью  мы  должны  позна- 

комиться 

здесь 

несколькс 

ближе. 

Парацельс 

родился 

в  1493  г.  в  Эйнзидельне  ви 

Швейцарии;  пространствовав  иочти  по  всему  Западу,  он  возвратился,  имея  от  роду 

тридцать  лет,  обратно  на  свою  родину.  Конечно,  во  время  своих  путешествий 

он  много  видел,  многому  научился,  но  все  же  ему  недоставало  правильнагс 

систематического  образования  в  тех  науках,  в  которых  позднее  он  были 

призван  играть  такую  выдающуюся  роль  —  выдающуюся  во  всех  отношениях, 

как  в  смысле  быстрого  роста  наук,  что  было  достигнуто  благодаря  ему 

так,  с  другой  стороны,  ж  в  смысле  заблуждений,  в  которые    науки  были 

введены  во  многих  отношениях  опять-таки  благодаря  ему.  В  1526  году  Пара^ 

цельс  был  профессором  естественной  истории  и  медицины  в  Базеле 

но  вел  себя  так,  что  уже  в  следующем  году  принужден  бьш 

бежать из города. Итак, снова началась для него непостояыная и скиталь

 

ческая  жизнь,  которая  опять  приводила  его  в  различные  города  и  страны,  пока, 

наконец, он не умер в крайней бедности в 1541 году в Зальцбурге.

 

Как  образ  жизни  Парацельса,  так  и  его  влияние  на  науку—замечательны. 

Долго  колебались  в  его  оценке  в  истории  и  только  в  настоящее  время 

выяснено,  что  у  него  были  очень  серьезные    стремления.  Он  решительно  и 

энергично  порвал  со  стариной  и  указал  новые  пути  научной  деятелыюсти. 

Парацельс  сильно  поколобал  ученых  своего  времени  в  их  преклонении 

перед  авторитетами,  пробудил  их  от  умствееной  летаргии  и  выставилъ 

много собственных неопровержимых наушых положений.

 

Главной  чертой  Парацельса  было,  то  что  он  не  признавал  никакого  автори- 

тета;  он  высмеивал  представителей  научных  школ  и  издевался  над  ними 

всевозможными  способами.  Вместе  с  тем,  он  избегал  в  своих  академи- 

ческих  лекциях  употребления  латыни  и  излагал  свою  отрасль  знания  на  немец- 

ком  языке.  Принужденный  отказаться  от  академической  ученой  деятельности, 

он  бродит  по  площадям  и  ярмаркам  и  проповедует  народу  свои  истины.  Но 

самый  удивительный  его  поступок  заключался  в  том,  что  он  в  1526  году 

сжег  на  гостре  в  публичном  месте,  на  площади  в  Базеле,  произведения  Га- 

лена  и  Авицены,  ученых,  пользовавпшхся  до  тех  пор  у  медиков  неоспоримымъ 

авторитетом.  Письменные  труды  Парацельса,  которые  он  составил  во  время 

второй  половины  своей  кочевой  жизни,  с  одной  стороны,  изобилуют  противоре- 

чиями,  с  другой,  содержат  такое  множество  истин  и  несомненно  правильныхъ 

предаоложений,  что  самые  выдающиеся  ученые  позднейшого  времени  признали 

их  справедливыми.  Как  врач,  Парацельс  сделал  многое.  Хотя  он  былъ 

мало  разборчив  в  своих  средствах,  но  все  же  ему  принадлежит  заслуга, 

что  он  значительно  расширил  и  распространил  медицину  и  создал  изъ 

механическаго,  следовавшого  вполне  правилам  Галена,  медицинского  искус- 

ства  —  опирающуюся  на  опыт  науку;  последнюю  он  сумел  связать  теснейшимъ 

образом  с  химией,  благодаря  чему,  обе  эти  науки  получили  непредвиденное 

никем развитие.

 

Если  разсматривать  заслуги  Парацельса  в  области  химии,  то  их  нядо 

отнести  почти  исключительно  к  области  прикладной  химии,  —  теориям  и  без- 

Июлезным  опытам  он  никогда  не  предавался.  Прежде  всего,  заслуга  его 

состоит  в  том,  что  он  классифицировал  на  научных  основаниях  ме- 

талльт,  которые  до  тех  пор  разделялись  на  благородные  и  неблагородные. 

В  основание  своего  разделения  он  положил  физическия  свойства  тягучести 

и  различал  тягучие  и  нетягучие  металлы  —  деление,  которое  существует  съ 

незначительными  изменениями  еще  и  в  настоящее  время  в  современномъ 

разделении  металлов  на  металлы  и  металлоиды.  Он  правильно  отличилъ 

по  существу  оба  часто  смешиваемые    тела  —  квасцы  и:  купорос,  установив, 

что  в  купоросе  (зеленомъ)  содержится  металл,  а  именно  —  железо,  а  въ 

квасцах  —  зешля,  именно,  глинозем.  Он  усовершенствовал  в  весьма  зна- 

чительной  степеяи  химические  аппараты  и  приспособления.  Отношение  Пара- 

цельса  к  вопросу  о  философском  камне  нельзя  вполне  уяснить  себе  изъ 

его  письменных  трудовъ;  он  то  называет  алхимиков  дураками,  то  вновь 

отстаивает  существование  философского  камня,  как  неподлежащее  никакому 

сомнению,  и  часто  употребляет  по  отношению  к  этому  камню  слово  „универ- 

сальное средство". Таким образом, хотя, как много раз утверждали, предпо-

 

ложение  о  целительном  действии  этого  камня  должно  было  исходить  не  прямо 

от  Парацельса,  тем  не  менее,  он,  во  всяком  случае,  существенно  способство- 

вал  расииространению  такого  предположения.  Величайшей  же  заслугой  Парацельса, 

как  уже  упоминалось,  является  то,  что  он  тесно  слил  химию  с  медициной 

и определил химию прямо, как основу медидины.

 

 

Парацельс  испытал  действие  с  точки  зрения  медицины  почти  всех, 

известных  в  то  время,  химических  препаратов.  Химия  у  него  служила  един- 

ственно  для  составления  лекарств,  а  не  для  добывания  золота.  Из  наиболее 

употребительных  в  настоящее  время  лекарств  болыпая  часть  была  применена 

впервые  Парацелъсом,  и-  едва  ли  можьо  найти  тела,  которыми  бы  он  не  поль- 

зовался  для  врачебных  целей,  при  чем  не  останавливался  ааже  передъ 

употреблением сильнейших ядов. Основательными были также и его реформы

 

 

 

 

 

 

 

 

 

содержание   ..  34  35  36  37   ..