Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - часть 29

 

  Главная      Учебники - Разные     Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - 1904 год

 

поиск по сайту            правообладателям  

 

 

 

 

 

 

 



 

 

содержание   ..  27  28  29  30   ..

 

 

Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - часть 29

 

 

После  того,  как  Ватсон  впервыо  прибегнул  к  обозначению  положи- 

тельного и отрицательного электричества, чтобы Июлучить возможиость объяснить 

явления,  которые    были  ему  не  совсем  ясииы,  и  многие,  подобно  ему,  подолгу 

още  блуждали  в  нотемках,  в  начале  второй  половины  XVIII  столетия  по- 

явился  на  горизонте  величайший  из  всех  физиков  своего  времени.  Онъ 

не  толыю  нашел  верное  объяснение  действия  электрической  машины,  клейсто- 

вой  банки  и  других  аппаратов  и  явлений,  но  сделался  таклш  благодетелемъ 

рода  человеческого  своими  изследованиями  в  области  учения  об  атмосферномъ 

электричсстве,  проложившими  новые  пути.  Человеком  этим  был  типограф- 

щик,  а  позднее  американский  гражданин  и  ученый  —  Веииамин  Фраяклинъ 

(родившийся  17  января  1706  г.  на  Губернаторском  у  Бостона  острове  ((3-о ег- 

погз  Ыапси),  умерший  17  апреля  1790  г.).  Прежде  всего  Франклин  существенно 

двинул  вперед  наши  познания  в  области  теории  электрических  явлений. 

Правда,  своим  предположением  о  существовании  электрической  .жидкости,  кото- 

рая,  ио  его  мнению,  была  первым  условием  всякого  электрического  возбуждения, 

он  до  известной  стеиени  создавал  для  учения  об  электричестве  исключи- 

тельное  место  среди  других  физических  дисциплин.  Раз  только  зиакоми- 

лись  с  этой  теорией  Франклина  (а  это  делали  почти  все  физики  в  продолжение 

приблизительно  полутора  столетия),  становилось  более  невозможным  разсматри- 

вать  электрическия  явления  с  той  же  точки  зрения,  как  и  другия  физическия 

явления.  Лишь  позднейшему  времени,  благодаря  основателыиым  трудам  Гертца, 

Максвелля  и  других,  удалось  внести  изменения  в  этом  направлении.  За  исклю- 

чением  этой  ошибки  Франклина,  мы  должны  смотреть  на  него  как  на 

реформатора,  в  полном  смысле  этого  слова,  Он  первый  дал  верное  объяс- 

нение  болышшству  известных  тогда  физических  явлений  и  им  первымъ 

было  направлено  на  верный  путь  изследование  сущности  электричества;  на  место 

опытов,  часто  лишенных  всякой  цели,  было  поставлено  изследование,  исходящее 

из верных оснований и поставившее перед собой определенные  задачи.

 

К  объяспению,  которое  Франклин  дал  действию  лейденской  банки,  памъ 

еще  остается  прибавить  его  объяснения  о  действии  электрической  машины.  При 

трении  иодушкой  о  стекло  электрической  машины  подушка  эта  электризуется 

отрицательно,  а  стекло  пололштельно.  Положительное  электричество  действуетъ 

разлагающе  на  нейтральное  электричество  кондуктора,  проходя  вследствие  вра- 

щения  по  близости  от  коллектора,  при  чем  отрицательное  прчтягивается  и  сте- 

кает  с  острия  коллектора  на  круг,  положительное  электричество  которого  при 

этом  нсйтрализустся.  Напротив  того,  освобожденное  положительное  электри- 

чество  кондуктора  остается  на  нем  и  стекает  на  удалеиные    от  круга  части 

кондуктора, откуда его можно отвести в землю посредством проводника.

 

Величайшого  значения  Фрапклин  достиг  своими  изследованиями  атмосфор- 

ного  электричества  и  связанным  с  этими  изследованиями  изобретением  громо- 

отвода.  Мы  уже  видели,  что  в  1700  году  доктор  Валль  догадывался  о  связи 

между  молнией  и  электрической  искрой.  Франклину  принадлежит  та  за- 

слуга,  что  он  нашел  экспериментальвое  доказательство  этого  предполо- 

жения.  Уже  в  1750  году  им  было  указано,  что  если  молния,  действительно, 

представляет  из  себя  электрическое  явление,  то  возможно  свести  ее  с  обла- 

ков  посредством  высокого,  прикрепленыого  к  башне,  железного  стержня.  Къ 

осуществлению самого опыта он приступил лиш в июне 1752 года. Въ

 

этом  месяце  он  произвел  свой  опыт  с  электрическим  змеем,  который 

с  тех  пор  стал  известен  всему  миру.  При  приближеяии  грозы  он  далъ 

высоко  подняться  на  пеньковой  веревке  змею,  сяабжеыному  железным  остриемъ; 

а  чтобы  изолироват  самого  себя  от  соединения  со  змеем,  к  пеньковой  веревке 

Франклин  привязал  шелковый  шнур,  который  и  держал  в  руке.  Изъ 

находившагося  на  конце  пеньковой  веревки  ключа,  который  исполнял  роль  со- 

бирателя  электричества,  он,,  действительно,  мог  извлекать  искры,  приблишая 

палец  к  этому  ключу.  Указанным  опытом  окончательно  и  неопровержимо 

была  доказана  действителыюсть  электрического  состояния  облаковъ;  но  чтобы 

лучше  изучить  явления  атмосферного  электричества,  Франклин  сделал  на 

крыше  своего  дома  железный  стерлшнь  и  с  последняго  проводил  электричество 

внутрь  своего  дома,  где  посредством  этого  электричества  приводил  в  дви- 

жение  прибор  с  электро-статическими  колокольчиками,  лишь  только  вблизи  показы- 

вались  заряженные    электрдчеством  облака.  Благодаря  изследованиям  природы 

и  сущности  атмосферного  электричеетва,  Франклину  стало  ясно,  что  Июследнее, 

так  часто  являющееся  столь  гибельным  для  людей,  молгет  быть  сделано  со- 

вершенно  безвреднымъ:  стоит  лишь  поймать  молнию  надлежащим  приспособле- 

нием  и  провести  ее  в  землю.  Поэтому  он  предлолшл  в  сентябре  1753  года 

приспособлять  к  зданиям  железные  стерлши,  которые  оканчивались  бы  наверху 

шпилем  и  были  бы  соединены  с  землей.  Франклин  прекрасно  знал  действие 

этих  сторлшей.  Оы  знал,  что  они,  прежде  всего,  действуют  на  электричество 

разлагающе  и  чрез  это  предотвращают  удар  моляии.  Но  если,  несмотря  на 

это,  удар  все-таки  происходит,  то  он  отводится  стерншем.  Громоотводъ 

впервые  получил  распространеиие  у  практичных  американцев,  которые  быстро 

поняли  его  пользу.  В  ЕвроИИЕ  первый  громоотвод  был  сооружен  в  1754  году 

приходским  свящонником  Прокопом  Дивишем  в  Прендице  около  Цнаима, 

в  Моравии.  Первым  городом,  в  котором  устроили  громоотвод  на  обществен- 

ном  здании,  был  Гамбург,  где  в  1769  году  Реймарусом  была  снаблгена  та- 

ким  громоотводом  башня  Якова.  Только  значительно  позже  стали  входить  въ 

употребление громоотводы в Италии. Долгое время не было выяснено, какая форма 

громоотвода  является  лучшей,  при  чем  одни  ИИредлагали  снабжать эти стерлши 

острием,  другие,  наоборот,  шаром.  Поэтому  английская  академия  в  1772  году 

поручила  подробыое  изследование  этого  вопроса  комиссии;  последняя,  однако,  не 

довела своих работ до конца, и ея деятельность постопенно прекратилась.

 

Благодаря  изследованиям  Франклина,  для  физиков  открылось  новое  поле 

деятельности  —  область  атмосферного  электричества.  Первым,  кто  предпринялъ 

в  этой  области  дальнейшия  обстоятельные    и  систематическия  изыскания,  былъ 

сам  Франклин,  который  в  апреле  1753  года  доказал  на  своем  изолирован- 

ном  лшлезном  стержые,  что  грозовые    тучи  наэлектризованы,  большею  частыо, 

отрицателъно,  хотя  некоторые    из  них  встречаются  таише  и  с  положительнымъ 

зарядом.  Ле-Монеъе  нашел,  что  в  воздухе  могут  находиться  сильные 

электрические  заряды  даже  и  в  том  случае,  когда  нет  туч  или  другихъ 

нризпаков  грозы.  Интересные    изследования  электричества  атмосферы  были 

внезапно  прерваны,  когда  при  производстве  этих  изследований  был  убитъ 

электрическим  ударом  профессор  физики  в  С.-Петербурге  Георг  Виль- 

гельм  Рихман.  Так  как  узнали,  что  удары,  от  которых  прежде  Ле-Моннье 

и другие были лишь повергаемы на землю без малейшого вреда, могутъ

 

 

 

быть  очень  опасны,  то  после  смерти  Рихмана  оставили  на  векоторое  время 

подобного  рода  изследования,  чтобы  нескрлъко  позже  опять  приняться  за  них. 

Подобного  же  рода  происшествия  случались  и  в  области  применения  электриче- 

ского  тока  в  медицине.  1  декабря  1750  года  профессор  математики  благотво- 

рителъной  гимпазии  в  Нюрнберге  Иоганн  Габриэль  Доппельмайер  был  убитъ 

во  время  производства  физиологических  изследований  с  лейденской  банкой, 

причем  это  обстоятельство  замедлило  дальнейшую  разработку  вопроса  о  фшио- 

логическом  действии  электрического  тока.  Здесь  следуот  отметить  одно  инте- 

ресное  обстоятельство,  а  именно,  что  новейший  метод  электрического  лечения, 

так  назыв.  катафорез,  был  уже  в  1747  году  предложен  итальянцем  Пивати, 

Катафорез  имеет  целыо  вводить  лекарство  в  тело  электрохимическим  путемъ 

сквозь кожу пациента.

 

Но,'помимо  практических  занятий  с  атмосферными  и  медицинскими  свой- 

ствами  электричества,  шла  поиутно  и  разработка  теории.  Уже  Кантон  (1718  — 

1772),  директор  школы  в  Лондоне,  признавал,  что  для  многих  целей  было 

бы  очень  важно  иметь  возможность  измерять  элсктричество,  и  поэтому  онъ 

построил  первый  измерительный  прибор  —  электроскоп,  ставший  теперь 

образцом  для  множества  подобных  измерительных  приборов.  В  своемъ 

первом  и  наиболее  простом  виде  оп  состоял  из  двух  бузинных  гаари- 

ков,  подвешенных  на  шелковых  нитяхъ;  когда  к  ним  прикасались 

телом,  заряженным  электричеством,  то  они  расходились,  и  по  разстоянию 

между  ними  Кантон  выводил  заключение  о  количестве  имевшагося  в  яалично- 

сти  электричества.  Благодаря  опытам  со  своим  электроскопом  Каптонъ 

сделал  замечательное  наблюдение,  что  шарики  расходятся  прежде,  чем  къ 

ним  прикоснется  наэлектризованное  тело,  при  одиом  лишь  приближении 

последнииго.  Это  было  первое  наблюдение  важного  свойства  электрической 

индукции,  свойства  электричества  распространяться  не  только  через  иопо- 

средственное  соприкосновение,  но  даже  через  "воздух  —  часто  на  довольно 

большом  разстоянии,  —  возбуждать  такжо  электричество  в  других  телах. 

Эти  свойства  сначала  казались  настолъко  удивительными,  что  Пристлей  въ 

своей  истории  электричества  говорит,  что  явления  индукции  похожи  на  дей- 

ствия  чудесной  силы.  В  настоящее  время  законы  электричеекой  индукции  намъ 

известны  точнейшим  образом,  я  мы  пользуемся  ими,  как  это  будет  ска- 

зано  нижо,  самыми  различными  способами.  Но  в  то  время  опи  вызывали 

такое  изумлекие,  что  даже  сам  Франклин  не  мог  дать  им  никакого  вер- 

ного  объяснения  несмотря  на  то,  что  занимался  ими  очен  обстоятельно.  Можетъ 

быть,  его  гениальному  уму  удалось  бы  со  временем  и  в  данном  случае 

достичь  верных  знаний,  но,  к  сожалению,  в  1745  году  он  окончательно 

оставил  свои  столь  важные    изследования  электричества,  чтсбы  отныне  и  до 

самого  конца  своей  жизни  посвятить  себя  исключительно  гражданским  деламъ 

и служению своему отечеству.

 

После  описанных  в  предыдущих  строках  изследований  наступило 

некоторое  затишье.  Учеыые  занимались,  главным  образом,  усовершенство- 

ванием  электрических  инструментов  и  приборов,  при  чем  было  йзобре- 

тено  много  полезных  аппаратов.  Были  найдены  даже  два  новых  источ- 

ника  электричества.  Так,  в  1757  году  Эшшус  вместе  с  Вильке  указал,  что 

жинерал турмалин, который в обыкновенном состояши не обпаруживаетъ

 

никаких  электрических  свойств,  электризуется,  если  нагреть  его  с  одной 

стороны,  в  то  время  как  другая  сторона  остается  холодной.  Второй  источ- 

ник  электричества  был  открыт  в  1772  году  англичанином  Джоном  Уэль- 

шем.  Еще  Аристотель  и  Плиний  упоминали  в  своих  письменных  тру- 

дах,  что  скат  (Тогрейо)  может  производить  очень  сильный  электрический 

удар.  Необыкновенную  силу  этого  удара  Уэльш  объяснял  только  тем,  что 

означенная  рыба  обладает  особенным  органом,  который  делает  ее  способной 

наносить  электрические  удары.  Казавшийся  странным  взгляд  Уэльша  оказался 

вполне  верным,  когда  анатом  Джон  Гюнтер  отпрепарировал  этот  органъ 

и показал его электрическия свойства.

 

После  указанных  изследований,  около  1780  года,  подверглась  значительной 

разработке  область  электричества,  получаемого  трением.  Если  мы  вспомним, 

в  какой  короткий  промежуток  времени  произошло  все  разсказаигаое,  то  по- 

лучим  верную  мерку  того  Иштереса,  который  возбуждали  в  физиках  XVIII 

столетия  электрическия  явления.  Этот  интерес  несколыю  ослаб  только  около 

вышеозначенного года, когда в течение долгого времени не было получено новыхъ 

важных  результатовъ;  требовался  сильный  толчек,  чтобы  он  снова  пробу- 

дился.  Такой  толчек,  данный  безсмертными  открытиями  Гальвани  и  Волъта, 

вдохнул  новую  жизнь  в  развитие  фнзической  науки,  и  подобно  тому 

как  Х ИП  столетие  почти  без  исключения  посвящено  было  изучению  электри- 

чества,  получаемого  трением,  так  в  XIX  столетии  почти  всецело  занялись  изсле- 

дованиями  гальванического  электричества.  Все  другия  отрасли  физики  все  более 

и  более  отходили  на  задний  план  и,  в  общем,  о  них  сказать  можно  мало. 

Если  кроме  уже  описанных,  прибавить  здесь  еще  важнейшие  факты,  добы- 

тые  в  продолжение  XVIII  столетия  в  осталыиых  отраслях  физики,  то  все 

эти  факты  мы  можем,  в  общем,  прсдставить  в  виде  следующих  резуль- 

татов.

 

В  области  оптики  на  первом  плане  стоят  плодотворные  труды  Ньютона. 

Мы  видели,  что  он  точно  изследовал  законы  пропсхождения  цветов  радуги, 

причем  в  особенности  ему  удалось  доказать,  что  эти  цвета  постоянно  возни- 

кают  тогда,  когда  белый  свет  проходит  сквозь  призму.  Все  изображения, 

получаемые    в  то  время  в  телескопах,  а  равыо  и  в  микроскопах,  давали  всегда 

окрашенное  кольцо,  которое  состояло  из  цветов  спектра  и  очень  затрудняло 

наблюдение.  После  того,  как,  благодаря  изследованиям  Ныотона,  узнали,  что 

Итричина  появления  окрашенных  колец  заключается  в  преломлении  света  въ 

стекле  линз,  стали  изыскивать  способы  для  предотвращения  этого.  Англичанинъ 

Джон  Доллонд  нашел,  что  оба  английских  сорта  стекла,  флинтглас  и  крон- 

глас,  обладают  различной  преломляющей  способностью,  и  поэтому  пробовалъ 

составить  линзу  из  обоих  этих  стекол  так,  чтобы  один  сорт  стекла 

уничтожал  хроматическую  аберрацию  другого  стекла;  действительно,  когда 

он  составлял  каждую  линзу  из  трех  стеклышек,  ему  удалось  получить 

совершенно  чистое  изображение,  без  всякого  окрашенного  кольца.  Такимъ 

образом,  Доллонд  был  изобретателем  освобожденного  от  окраски,  или  ахро- 

матическаго,  телескопа,  который  с  введенным  им  применением  линз,  соста- 

вленных  из  кронгласа  и  флинтгласа,  употребляется  и  в  настоящее  время. 

Благодаря  изобретению  Доллонда,  стало  такн^е  возможным  приготовлять  ахрома- 

тические микроскопы. Такой важный для мореплавания измерительный приборъ

 

как  зеркальный  секстант  —  был  описан  впервые  в  1731  году  Гэдлеем.  Область 

измерения  силы  света,  или  фотометрия,  была  разработана  французом  Пьеромъ 

Буге  и  немцем  Иоганном  Генрихом  Ламбертом.  Прежде  всего,  они  установили 

закон,  определяющий  величину  силы  света,  а  Ламберту,  главным  образом, 

принадлежит  важный  закон,  что  сила  света  обратно  пропорциональна  квадрату 

разстояния  между  источником  света  и  освещенным  предметом.  Ламбертъ 

же  сделал  первый  фотометр,  при  помощи  которого  он  измерял  различныя 

силы  источников  света.  Этот  фотометр  состоял  из  палочки,  которая 

устанавливалась  перед  белой  стеной.  Сличением  силы  теней,  которые    отбра- 

сывались  этой  палочкой  на  стену  обоими  сравниваемыми  источниками  света,  онъ 

и  получил  возможность  сравнивать  силу  самих  источников  света.  Из  этого 

первого  и  простейшого  фотометра  впоследствия  произошли  дальнейшие  очень 

точные  инструменты,  которые  в  настоящее  время  имеют  величайшее  значение 

для  техники  освещения.  Фотометр  представляет  из  себя  наиболее  употреби- 

тельный  по  части  освещения  инструмент  каждого  техника,  которым  он  можетъ 

измерить  силу  всех  наших  совремекных  источников  света,  будь  то  дуговая 

лампа, лампа накаливания, ауэровская горелка или иные.

 

В  области  учения  о  теплоте  нужно  упомянуть  об  изследованиях  Жана 

Анцре  Делюка  (1727  до  1817  гг.).  Последний  сделал  наблюдение,  что  при  нагре- 

вании  воды,  в  которой  находится  лед,  термометр  продолжает  стоять  на  нуле- 

вом  градусе  до  тех  пор,  пока  не  растает  последний  остаток  льда.  Лишь 

с  этого  момента  термометр  начинает  подниматься.  Стало  быть,  все  количество 

тепла  употребляется  исключительно  на  то,  чтобы  обратить  лед  в  жидкость, 

не  вызывая  повышения  самой  температуры.  Так  как  эта  теплота  как  бы 

поглощается  водой  и  является,  таким  образом,  для  нас  незаметной,  скрытой, 

то  она  и  называется  „скрытой  теплотой".  При  кипении  подобно  тому,  как  и 

при  таяяии  льда,  затрачивается  некоторое  количество  теплоты,  не  вызывая 

при  этом  никакого  повышения  томпературы,  ггочему  и  здесь  можно  говорить 

о  „скрытой  теплоте".  Понятие  „скрытая  теплота"  держалось  долго  и  стало 

одним  из  валшейших  в  учении  о  теплоте  и  даже  в  настоящее  время  оно 

употребляется  несмотря  на  то,  что  теперь  пришли  к  совершенно  другим  взгля- 

дам  на  сущность  самой  теплоты.  Количество  же  теплоты,  поглощаемой  при 

одинаковом  нагревании  различными  телами,  определил  Вильке,  который,  такимъ 

образом,  стал  основателем  понятия  об  „удельной  теплоте".  Удельная  теплота 

в  настоящее  время  представляет  из  себя  основание  всех  теоретических  выкла- 

док  учения  о  тешюте,  и  при  той  огромной  роли,  которую  играет  тепло  въ 

науке  и  технике,  особенно  в  последней  со  времени  изобретения  паровых  ма- 

шин,  она  является  важнейшим  понятием,  которым  располагают  физики  и 

техники  нашего  времени  и  с  которым,  во  всяком  случае,  они  должны  считаться. 

В  1777  году  химиком  Карлом  Шееле  было  сделано  наблюдение  и  описано 

свойство  теплоты  распространяться  лучами.  Тепловое  лучеиспускание  является 

фактором,  с  которым  обязателыю  приходится  считаться  техникам  при  устрой- 

стве всякого рода отопления. Изследования о теплоте также закончились в 1780 

или,  точнее,  в  1775  году  тем,  что  Джемс  Уатт  получил  патент  на  изобре- 

тенную  им  паровую  машину.  С  этого  момента  приобретенные    уже  знания  въ 

области  теории  теплоты  начали  применять  на  практике,  для  чего  долгое  время 

доставляли богатый материал паровые котлы, паропроводы и сама паровая машина.

 

Начало  XIX  столетия  является  решающим  поворотным  моментом  во 

всем  развитии  физииш.  До  этого  времени  наука  служила,  главным  образом, 

сама  для  себя.  С  небывалым  развитием  техшпш  в  XIX  столетии,  в  науке 

появляется  новый  фактор.  Этот  фактор  предъявил  науке  повелителышя 

требования,  предложил  ей  много  тем  для  обработки,  дал  ей  массу  задач  для 

решения.  В  то  время,  как  для  многих  изследователей  знание  осталось,  какъ 

и  прежде,  самоцелью,  другие  старались  создать  научные    основы  для  дальнейшаго 

развития  техники.  При 

таких условиях в физике 

сказалось 

влияние 

философии,

 

которое,  впрочем,  не 

приобрело  еще  важнаго 

значения.  Въконце  XVIII 

столетия  многио  изсле- 

дователи  и,  главнымъ 

образом,  Ньютон  ста- 

рались  побороть  влияние 

Декарта;  когда  это  по- 

чти  удалось  имъдостиг- 

нуть,  в  начале  XIX 

столетия,  тогда  в  учо- 

ные    и,  главным  обра- 

зом,  физическия  изсле- 

дования  проникает  но- 

вое  влияние  фылософ- 

ских  воззрений.  Оно 

начишается  с  Канта, 

но,  к  сожалепию,  из- 

следователи  ио  оста- 

НОБИЛИСЬ  на  пути,  имъ 

указанном.  Скоро  по- 

явилась  школа  фило- 

софсв,  которая  при- 

вела  бы  все  развитие 

пауиш  к  гибели,  если 

бы 

только 

она 

приобрела 

влияние. 

Основателемъ 

этой  школы  следует  считать  Альбрехта  Галлера  в  его  выражении:  „ни 

один  человеческий  ум  не  проникает  в  недра  природы";  она  достягаетъ 

своего высшого развития у Гегеля, который тогда утверждал, что природу нужно 

познать „а ргиоги", и который, в виду своей иолной несгиособности оценить сущ- 

ность  естественных  наук,  отклонил  матоматически  обоснованное  сочинение,  дис- 

сертацию  Ома.  Часто  жаловались  на  то,  что  развитие  техники  подавило  фило- 

софию  и  внесло  реалистичезкое  направлоние  в  развитие  науки.  Нельзя  от- 

рицать, что это реалистическое натиравление более способствовадо развитию науч- 

ных  знаний,  чем  если  бы  на  это  развитие  приобрели  влияние  Гегель  и  его 

школа.

 

Уже  в  этой  реакции  против  гегелианства  лежит  неоспоримая  заслуга 

тохники. Что техника не могла продолжительно подавлять, столь необходимое

 

для  физики,  влияние  философского  воззрения

}

  мы  увидим  в  заключении  нашего 

изложения.  На  пороге  XIX  столетия  в  области  учения  об  электричестве  мы 

встречаем  новое  открытие,  которое  должно  было  иметь  важное  значение  для  всего 

будущаго.  Случайно  в  1791  году  итальянский  доктор  Алоизо  Гальвани 

(1737—98  гг.),  заметил,  что  лежащия  вблизи  электрической  машины  лягу~ 

шечьи  бедра  с  содранной  кожей,  которые    должны  были  служить  для  при- 

готовления  супа,  сокращались  каждый  раз,  когда  из  электрической  машины 

извлекалась  искра.  Гальвани  приписал  это  явление  свойству  животного  электри- 

чества,  то  есть  тому  виду  электричоства,  которое  Уэлып  без  всякого  об- 

основания открыл в электрическом скате.

 

Выдающийся  итальянский  физнк  Александр  Вольта  (1745—1827  гг.), 

готовый  вначале  подтвердить  идею  Галъвани,  при  дальнейшем  ходе  изследо- 

ваний  пришел  к  совершенно  другим  результатам.  В  1783  г.  он  соединилъ 

уже  упомянутый  электрометр  с  конденсатором,  что  дало  ему  возможность 

обнаружить  даже  самое  неболыпое  количество  электричества.  Теперь  с  помо- 

Ицью  этого  аппарата  он  твердо  установил,  что  электричество  не  есть  свой- 

ство бедра лягуптки, но что это бедро электризуется только потому, что оно при- 

ведено  в  соприкосновенио  с  двумя  металлами.  То,  что  при  соприкосновении 

двух  различно  действующих  металлов  образуется  электрический  ток,  Вольта 

мог  неоспоримо  доказать  с  помощью  своего  элекгрометра.  Этим  опытом  была 

открыта  новая  область  электричества,  област  электричества  в  движении,  или, 

как  ого  позже  назвали,  гальваническое  электричество,  или  гальванизм.  Благо- 

даря  своему  простому  опыту  Вольта  сделался  основателем  отдела  физики,  все 

паучпое  и  практическое  значение  которого  для  будущого  в  настоящее  время 

още нользя предвидеть.

 

Простой  фундаментальный  опыт  Вольта  является  началом  целой  сети 

великих  открытий:  электрическая  искра  упичтожила  ночной  мрак  и  разстоя- 

ние  —  эти  самые    тяжолые    для  человека  окозы,  налагаемые    пространством  и 

временем,  ибо  с  помощью  электрической  железной  дороги  мы  совершаем  пере- 

движения  с  быстротой  в  200  километров,  с  помощью  электрической  искры 

мы  Ишевращаем  темную  ночь  в  светлый  депь.  Этот  опыт  есть  основа  нашихъ 

настоящих  успешных  открытий  в  областя  учения  об  электричестве,  развитие 

которых  так  много  обетцает  нам  в  будущем.  Если  кто-нибудь  заслужи- 

вает  имя  основателя  новейшеи  электротехники,  так  это,  конечно,  не  кто  иной, 

как  Вольта.  Недовольный  приобретеишыми  им  познаниями,  он  стал  ихъ 

иродолжать,  и  первым  практическим  следствием  его  научных  изследова- 

ний  явилось  то,  что  впоследствии  получило  название  Вольтова  столба.  Он  былъ 

основан  на  принщше,  на  котором  в  настоящее  время  устроены  все  наши 

гальванические  элементы,  батареи,  аккумуляторы,  сухие  элементы  и  т.  д.  Он  со- 

стоял  из  высокого  столба  круглых  пластиыок,  которые    лежали  одна  на  другой 

таким  образом,  что  всегда  две  пластинки  из  различных  металлов,  а  именно 

одна  медиая,  другая  цинковая,  были  разделены  суконной  пластинкой,  пропитан- 

ной  раствором  медного  купороса.  Суконная  пластинка  заменяла  некоторьпмъ 

образом  роль  бедра  лягушки:  она  образовала  хорошо  проводящий  электрйчество 

промежуточыый  члсн  между  двумя  различно  действующими  металическими  пла- 

стинками.  Оба  конца  своего  столба  Вольта  соединил  проволокоя,  через  которую 

и проходил силъшлй электрический ток.

 

 

 

 

 

 

 

 

содержание   ..  27  28  29  30   ..