Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - часть 12

 

  Главная      Учебники - Разные     Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - 1904 год

 

поиск по сайту            правообладателям  

 

 

 

 

 

 

 



 

 

содержание   ..  10  11  12  13   ..

 

 

Вселенная и человечество. том 5 (Г. Кремер) - часть 12

 

 

 

 

были несомненно оседлыми людьми, какъ-то, впрочем, доказывается уже самими 

свайными  постройками.  0  знакомстве  насеиения  с  земледелием  свидетель 

ствуют  также  и  находки  обугленных  зерен  хлеба  стручковых  и  другихи 

плодов, а также и яблок.

 

Красилъное  искусство,  повидимому,  равным  образом  восходит  к  време 

нам  каменной  эпохи.  Право  на  подобного  рода  предположение  дают  нам  на 

ходки  красной  охры,  вырытой  совместно  частью  с  сосудами,  частью  с  другон 

утварью. Полагают. что красная охра служила для раскрашивания тела, но си

 

 

таким  же  основанием  можно  принять,  что  ею  пользовалис  и  для  окраски  тканеи 

и  кож,  как  это  имеет  место  и  в  настоящее  время  у  некоторых  диких  на- 

родов,  еще  живущих,  а  равно  и  переставших  жить  жизпыо  каменного  века 

напр.,  у  жителей  Андаманских  островов,  на  некоторых  тихоокеанских  остро 

вах,  в  Африке,  в  Южной  и  Северной  Америке.  Из  позднейшого  времени 

нам  известны  даже  красящия  вещества,  по  болыпей  части  растителыиые  соки 

Правда,  вплоть  до  эпохи  Меровингов,  стало  быть,  примерно,  до  700  г.  посли 

Р.  Хр.,  богатство  красок  не  было  особенно  велико,  тем  не  меиее,  в  распоря- 

жении  имелся  целый  ряд  различных  цветных  тояов,  ибо,  кроме  черного  Р 

белого  цвета,  красили  в  синий  и  красный—черникою,  в  желтый  —  дроком,  в

г

и 

зеленый  —  дроком  и  вайдою.  Пордедним  красящим  веществом  вызывали 

окраску, весьма сходиую с синим индиго.

 

Искусство дубления, т. е. превращения сухой, затвердевшей шкуры в мягкую. 

гибкую  кожу,  принадлежит,  по  всей  вероятности,  к  числу  старейших  искусств, 

так как ведь первою одеждою несомнешю служили снятые  с животного шкуры,

 

Можпо  предполагат,  что  вначале  шкуру,  как  это  делают  еще  и  теперь  индейцы 

племени  кламатов  и  др.,  дубили  мозгами  убитого  животнаго,  т.  е.  втирали  ихъ 

в  нее  непрерывным  поколачиванием  и  разминанием  и  таким  образом  равно- 

мерно  распределяли  их  в  ней.  Такой  способ  дубления  дает  поразительно 

мягкую  и  нежную  кожу.  Для  очищения  шкур  пользовались,  как  то  практи- 

куется  еще  и  ныне  у  эскимосов  и  др.,  кремневыми  скребками,  оправленными 

в  деревянные    рукоятки,  равно  как  и  так  называемыми  полулунными  ножами. 

Из бронзовой эпохи до нас дошли кожаные  ножны для мечей и куски

 

 

кожи  в  бронзовой  оправе  (напр.,  из  Вульфена,  в  Ангальте).  0.  Ольсгау- 

зен,  на  основаниж  присутствия  глинозема,  доказал,  что  в  могилъных  хол^ 

мах в Амруме, рядом с усопшим была положена сыромятная кожа.

 

Выдубленная  кожа  сохранилась  до  нашего  времени  в  виде  сандалий  эпохи 

Римской  империи,  найденных  в  области  Рейна  и  Майна,  и  позднейпиих  нахо 

док,  в  особенности  в  славянских  свайных  постройках  и  на  замковых  ва 

лах (в Померании, Укермарке и др.).

 

•»         •»

 

•х-

 

Без  соли  в  качестве  пищсвой  приправы  могут  обходиться  только  народы 

питающиеся  исключителъно  мясомъ;  всеядные  и  вегетарианцы  нуждаются  в  неи 

обязатольно,  чтобы  содержащимся  в  нем  и  полезным  для  организма  натроьи 

вытесннть  вредный  для  последняго  калий,  имеющийся  во  всех  растениях,  ви 

особенности  в  овощах.  Этой  потребностъю  объясняется  стромление  человек; 

к  источникам  соли  и  кровавая  борьба,  которая  велась  за  обладание  ими.  Вна 

чале, очевидно, довольствовались сухою солью, получавшеюся путем испарени;

 

солончаков,  впоследстизии  же  стали  выпаривать  ее  из  последних  искусственно. 

Применение  такого  способа  добывания  соли  в  Германии  можию  установить  еще 

и  ныие,  так,  напр.,  в  Гибихенштейне,  близ  Галле,  и  особенно  в  Сейллетале 

в  гермапской  Лотарингии.  В  этих  местностях  найдены  цилиндрическия  шш 

также  угловатые    тела  из  обожженной  глины,  длиною,  примерно,  в  20  сти.,  такъ 

называемые  брикеты  (по  болыней  части  сломанные),  служившие  нашим  предкамъ 

своего  рода  градирнями:  они  накаливали  эти  брикеты,  наливали  на  них  разсолъ 

и затем отскабливали или отбивали осевшую на стенках выкристаллизовав-

 

 

шуюся  соль.  По  мнению  других  изследователей,  глиняные  брикоты  погружа- 

лись  Ишжним  своим  копцом  в  разсол,  который  поднимался  по  Июрамъ 

вверх  и,  "йспаряясь  на  поверхности,  давал  самоосадочпую  соль.  Плиний  млад- 

ший,  впрочем,  говорит  в  своей  „Естественной  истории"  (31  книга,  39  глава), 

что  в  Галлии  и  Германии  соль  получали  наливаниом  разсола  на  раскалеиные  угли. 

Но  соль  добывалась  и  из  соляных  копей,  напр.,  в  искони  знаменитомъ 

Галлыптатте,  в  австрийском  Зальцкаммергуте,  который,  нссмотря  ва  свое  трудно 

достуишое  гористое  местоположение,  достиг,  благодаря  обилию  соли,  вершины 

славы  и  богатства  и  долго  ими  наслаждался,  как  о  том  красноречиво  свиде- 

тельствуют  необычайно  богатые    иаходки  на  громадном  могильном  холме,  отно- 

сящемся  к  названному  в  честь  этого  места  галлынтадтскому  периоду.  В  ста- 

рых  штольнях  Галлынтатта  и  др.  найдены  были  сохранившимися  до  наших  дней 

не  только  каменные  молотки,  топоры  и  др.  орудия,  но  и  крепи  шахт,  древки  и 

стружки, даже кожапые мешки для соли,—все это совершенно пропитанпое солыо.

 

Подобно  тому,  как  не  существует  народа,  который  жил  бьи  без  огня, 

так  точно  нет  народа,  который  всегда  употреблял  бы  пищу  в  сыром  виде. 

Напш  прародители  равным  образом  лрибегали  к  жарению,  печению  и  варению 

своей  пищи,  с  целью  сделать  ее  более  удобоваримою  и  более  вкусною.  Отсюда 

почитание  огня  па  всем  земном  шаре,  отсюда  безконечное  множество  топоров, 

клиньев  и  молотов  для  рубки  и  раскалывания  дерева.  Мы  находим  следы 

огня  и  остатки  еды  в  виде  расколотых  и  обгорелых  костей  повсюду,  не  только 

в  местах  поселения  новейшей  каменной  эпохи,  но  и  уже  гораздо  раныде.  Пале- 

олитические  обитатели  гротов  и  пещер,  современники  мамонта,  ИИещерного  мед- 

ведя и других вымерших животных, жарили и варили свою пищу, как можно

 

заключить  по  найдон- 

ным  кухонным  оча- 

гам,  остаткам  угля  и 

обожженным 

костям. 

Болыпе  того  —  проф. 

Г.  Клаатч  в  наход- 

ках  третичного  пе- 

риода  в  Пюи-Курни, 

во  Франции,  открылъ 

обгорелый  кремеяь  и 

почерневшую  землю, 

изследование  которой, 

быть  может,  пока- 

жет,  что  мы  и  здесь 

имеем  дело  с  углем, 

употребленным 

для 

приготовления  шшщ. 

Жарение  на  открытом  огне  мы  встречаом  и  в  настоящее  время  очень  часто 

у  многих  диких  народов  (см.  мою  книгу:  „ШйСпегеи^егиШИе").  Так,  бразиль- 

ские  индейцы  насаживают  мясо  или  рыбу  на  палку,  другой  конец  которой  они 

втыкают  в  землю  возле  огня  или  держат  руками.  Варение  в  ямах  между 

горячими  камнями,  практикуемое  еще  и  ныпе  нубийцами,  огнеземельцами  и  мпо- 

гими  другими,  было  в  большом  ходу  уже  в  очень  древния  времена  вплоть  до 

славянской  эпохи,  как  о  том  свидетельствует  множество  найдешшх  кухон- 

ных  ям  с  прокаленными  камнями.  С  печением  хлеба  также  знакомы  были 

уже  в  доисторическую  эпоху:  в  швейцарских  свайных  постройках  находили 

обугленный  хлеб,  а  у  нас  нередко  открываются  глиняные    доски,  по  всей  ве- 

роятности  игравшия  роль  наших  современных  жестяных  листов,  на  которыхъ 

сажают  в  печь  хлеб,  и  служившия,  очевидно,  для  плоских  хлебовъ;  образчи- 

ком  таких  досок  является  уже  упоминавшаяся  нами  выше  глиняпая  пластинка 

с отпечатлевшеюся на ея поверхности цыновкою.

 

Обильный  слой  копоти  на  многих  горшках  и  черепках,  даже  принадле- 

жащих  очень  древней  эпохе,  всего  убеджтельнее  говорит  за  знакомство  нашихъ 

отдаленнейших  лредков  с  варкою  ИИищи  на  огне  и  в  воде,  что,  впрочем, 

не  предсуавляется  удивителъным  после  открытия  глиняных  горшковъ;  мы  ви- 

дим  ведь,  что  никобары  варят  пищу  даже  в  горшках,  изготовленных  изъ 

коры. Варили ли в доисторическое время на раскаленных камнях пищу въ

 

^еревянных  оосудах  с  налитою  в  них  водою,  как  то  делают  еще  и  теперь 

индейцы северозападной   Америки и тихоокеанские народы, неизвестно.

 

Найденные  в  швейцарских  свайных  постройках  злаки  показывают  нам, 

что  население  последних  занималось  земледелием,  а  куски  обугленного  хлеба 

свидетелъствуют  о  знакомстве  его  с  хлебопечением.  Во  для  последняго  тре- 

бовался  размол  зерна,  и,  действительно,  во  всех  поселениях  иной  раз  в  числе 

положенных  в  могилы  вещей  мы  встречаем  жернова.  Вначале  для  этой  цели 

применяли  корытообразно  выдолбленные  камни,  раздавливая  в  них  зерно 

камнем,  величиною  в  два  кулака;  затем  стали  пользоваться  парными  плоскими 

камнями,  из  коих  один  служил  нижним  жерновом,  между  тем  какъ 

другим,  верхним,  растирали  зерно  при  помощи  обеих  рук  (Троя,  Люссе,  Кер- 

берг  и  др.).  Лишь  впоследствии  появилась  на  сцену  мельница  с  двумя  кам- 

нями  —  нижиим,  неподвижным,  и  верхним,  вращающимся  вокруг  вертикаль- 

ной своей оси.

 

 

Зачатки   искусства.

 

При  взгляде  на  каменные    изделия  древнейших  времен  невольно  рождается 

представление,  что  люди,  создавшие  и  применявшие  эти  даже  для  древнейшей 

каменной эпохи еще очень грубые  и изготовленные  лишь при помощи несколь- 

ких  ударов  камнями  рабочия  орудия  и  утварь,  должны  были  и  сами  быть  совер- 

шенно  невежественными  и  чуждыми  культуры,  и,  конечно,  едва  ли  кто-либо  ре- 

шился  бы  признать  за  ними  любовь  и  способность  к  искусству.  Более  внима- 

тельное  отношение  к  их  произведениям,  однако,  заставляет  нас  изменить 

это  мнение.  Ни  одно  дитя  природы,  как  ни  один  ребенок,  не  остается  равно- 

душным  при  виде  красок,  и  потому  нет  ничего  удивителъного  в.том,  что 

оне  производили  такое  же  впечатлевие  и  на  наших  прародителей,  влачившихъ 

свое  существование  среди  самой  жалкой  первобытной  жизненной  обстановки; 

можно  с  полным  правом  выразить  изумление  перед  теми  немалыми  успе- 

хами,  каких  достигли  эти  люди  в  художественной  области.  "Они  рисовали, 

писали  красками  и  вырезывали,  и  притом  с  искусством,  которого  нельзя  было 

ожидать  в  столь  раннюю  пору  существования  человечества  и  которое  впослед- 

ствии было удивительным образом почти совершенно утрачено.

 

Древнейшия  произведения  искусства  мы  находим  в  пещерах  палеолити- 

чесЕОЙ  эпохи.  Палеолитики  рисовали  и  писали  красками  все,  что  они  видели  и 

что  производило  на  них  наиболее  сильное  впечатлепие.  Такими  сюжетами 

являлись  по  преимуществу  громадныя,  могучия  животныя,  бывшия  их  современ- 

никами: мамонт, лев, медведь, олень, лошадь, ибо на этих животных, своею

 

силою  и  жестокостью  вселявших  в  Ишх  страх,  они  главным  образом  Иг 

охотилис,  при  чем  победа  над  ними  доставалас  отнюдь  не  легко.  Но,  именно, 

это  стремление  увековечить  окру.::авших  их  животных  в  рясунках,  карти- 

нах  и  резных  изображениях  представляется  для  нас  в  высшей  степени 

ценным,  тем  более,  что  изображения  животных  переданы  в  крайне  характерной 

форме(ср.  том  II,  стр.  304  и  305,  приложение,  стр.  308  и  309).  Проф.  Г.  Клаатч, 

посетивший  несколъко  времени  тому  назад  аещеры,  в  которых  найдены  бьили 

эти  изображения,  иодробно  описал  и  иллюстрировал  их  во  II  томе  настоящаго 

труда,  потому  и  мы  отсылаем  к  последнему  наших  читателей.  Пытались 

было оспаривать древность происхождения рисунков, но все говорит за ихъ

 

подлинность.  Люди,  рисовавшие  и  писав- 

шие  красками  этих  животных,  видели 

их  собственными  глазами,  а  кто  теперь 

мог  бы  этим  похвалитъся?  Указывалось 

на  то,  что  палеолитики  со  своими  скром- 

ными  средствами  не  в  состоянии  были 

выполнить  в  столь  характерной  форме 

подобных  рисунков  и  разных  изобра- 

жений,  равным  образом  подробно  опи- 

санных  проф.  Клаатчем  во  II  томе 

(стр.  306  и  приложение).  Но  и  совре- 

менная  жизнь  богата  примерами  того, 

что  могут  сделать  дети  природы  при 

помощи  самых  элементарных  средств. 

Многочисленные    резные    изделия  и  миниа- 

тюрные  рисунки  эскимосов  на  всевозмож- 

ных  предметах  домашняго  обихода  изъ 

слоновой  кости,  зуба  моржа  и  оленьяго 

рога  свидетелъствуют  красноречиво  о  том, 

что 

в 

состоянии 

дать 

в 

искус- 

ных  руках  острие  простого  каменного  ножа  (см.  бурав  для  добывания  огня 

на  стр.  65).  Даже  на  самых  маленышх  рисунках  изображения  животных  — 

моржа,  собаки,  белого  медведя,—представлены  столь  характерно,  что  их  молшо 

тотчас же распознать.

 

Из  образцов  рисовального  искусства  поздпейшей  эпохи  сохранились  до 

нашего  времени  в  особенности  украшения  на  утвари,  напр.,  глиняной,  бронзовой 

и  др.,  и  затем  рисунки  на  скалах  в  Скандинавии  и  на  Борнгольме.  Нужно 

заметить,  однако,  что  рисунки  эти  в  болыпинстве  случаев,  при  всей  своей 

красоте,  представляются  несравненно  более  стилизированными,  либо  гораздо  более 

наивными,  нежели  риоунки  палеолитической  эпохи.  Доволыю  детское  впечатление 

производят  таише  фигурные    изображения,  по  большей  части,  барельефы,  на 

бронзовых  сосудах,  поясах  и  т.  д.,  найденные    в  Австрии  и  юлшых  стра- 

нах.  Подобным  же  характером  отличаются  и  изображения  людей  и  животныхъ 

на  лицевых  урнах,  принадлежащих  галльштаттскому  периоду.  Они  обнару- 

живают  очень  большое  сходство  с  изображениями  на  троянских  глиняныхъ 

прядильных  кольцах,  равно  как  на  глиняных  сосудах  различных  эпохъ 

из  Боргштедта  в  Шлезвигъ-ГолыИИтейне,  из  Штимница  в  Саксонской  про- 

винции, из Альтенвальде близ Куксгавена и т. д. Лучше уже сделаны изобра-

 

жения  животных  на  черном,  узкогорлом,  очень  чисто  обработаггеом  глиняномъ 

сосуде (бутылка), найденном в скелетной гробнице 

близ 

Матцгаузена, 

в 

Ба- 

варии.  Упомянем  здесь  также  о  зачастую  с  боль- 

шим  вкусом  раскрашенных  в  несколько  цве- 

тов  урнах  из  баварских  могильных  холмовъ 

и из Силезии.и Познани (см. стр. 76).

 

Не  меныпее  удивление  вызывают  в  нас  и 

пластическия  произведения  древних  цалеолитиков. 

И эти работы (резные  изделия, см. том II, стр. 306 

и приложение) также считались фалъсификациею, но 

в  действительности  оне,  за  исключением  не- 

сколышх  довольно  легко  распознаваемых  подде- 

лок,  подлинны.  Характер  их  выполнения  и 

тщательная  отделка  только  известных  главныхъ 

чаетей  (напр.,  животнаго),  тогда  Еак  другия  части 

непосредственно  переходят  в  материал,  напоми- 

нают  нам  современноедекадевтство,  сътою  только 

разницею, что древние справлялись со своей задачею 

лучше,  чем  наши  сверхсовременные  сецессионисты, 

которые неизменно ИИытаются создать возможно при- 

чудливое,  граничащее  подчас  с  отвратительным, 

между  тем,  как  резные    изделия  палеолитиков  сви- 

детельствуют о том, что оня являются результатомъ 

их посилъного искусства, а не продуктом мании.

 

Болыпой интерес нредставляют также янтарныя 

резные  изделия каменной эпохи из наших областей 

Балтийского моря.    Очевидно, что в данном случае 

янтарь, как материал, легче поддающийся обработке, 

дал обильную пищу пластическому стремлению 

жителей. 

Помимо всевозможных пользовавшихся любовью во 

все 

времена украшений   вроде   ожерелий,   пуговиц и 

т. п., 

вырезывали   из  янтаря фигурки животных  (см. при- 

ложение)    и    людей.     Своеобразное    применение   пла- 

стики  мы   находим   в   свинцовых   фигурах галль-

 

штаттского  периода из Фрегга, в Каринтии.    Продуктом  особенной  фантазии, 

прошедшей  через' различные  эпохи, явился сосуд из Декселя, принадлежащЩ

 

1 9 *

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

содержание   ..  10  11  12  13   ..