Больница на окраине города (1 сезон, 11-15 серия). Цитаты и фразы из сериала

1977 год

«Больница на окраине города» (чеш. «Nemocnice na kraji města», 1977) — драматический врачебный сериал производства Чехословакии.

Все фразы и цитаты

Серия 11

...зайди, у меня твоя книга осталась.
- Я зайду позже.
- Хорошо, заходи.
- Добрый день, Ина.
- Прощайте, пан заведующий.
Что здесь происходит?!
Это уже на больницу не похоже! Сестра!
Неужели нельзя навести порядок?
А если не знаете что делать,
скажите мне, я найду способ решения.
- Внизу сказали, что здесь для меня есть письмо.
- Разумеется.
А вы не замечаете в помещении
эдакого дивного свечения?
Это письмо как будто озарено
инфралучами, что ли.
- Попрошу без комментариев.
- Моим сединам уже позволительно.
Послушайте, Бетулька, не сочтите за
вмешательство в вашу личную жизнь,
но вы тоже считаете, что в письмах самое
прекрасное - это момент надрывания конверта?
Потом это тоже приятно,
но все-таки... эта спешка,
и та затаенная надежда...
это как нетерпеливый юноша,
расстегивающий пуговки блузки.
Нельзя сказать, что под
ней скрывается нечто невиданное,
- но тем не менее, этот процесс возбуждает.
- Меня не возбуждает.
Вы о конверте или о пуговках?
- Ни то, ни другое.
- Тогда вас надо лечить, это ненормально.
Не беспокойтесь, пан бывший заведующий,
результаты моих медосмотров в порядке.
Пан коллега, могу я попросить вашего совета?
- Какого рода?
- Ну, я буду называть вещи своими именами.
Наш новый заведующий решил
вытурить меня из отделения.
Как вы думаете, у меня есть
какая-то надежда удержаться здесь?
- Хорошо, я тоже попробую. - Что?
- Называть вещи своими именами.
Пан коллега, на вашем
месте, я бы взял ноги в руки,
и исчез бы из ортопедии как можно быстрее.
- Но почему?
- Почему?
Ну хотя бы потому, что у вас
с ортопедией не сложились отношения.
Вы к ней проявляете определенный
интерес, и я бы сказал,
даже иногда
пытаетесь ее изнасиловать,
только она-то кобылка строптивая,
и плохого наездника выбрасывает из седла.
- А вы в этом уверены?
- Послушайте, Цвах.
Для человека самое главное качество
в жизни - это самообъективность.
Не думать о себе ни хуже,
ни лучше, чем он есть.
Этого довольно сложно добиться,
но в хирургии, к счастью,
все намного проще,
там человек гарантированно
прозревает в течение двух-трех лет.
Вы уже столько от нас о себе наслушались,
да еще в довольно резкой форме,
так скажите мне, черт побери,
что вас здесь еще держит?
Но у меня просто никогда
не было шанса!
Пан коллега, здесь шансы не раздают,
тут речь идет о руках, ногах и о жизни людей.
- Ваш бой обречен и проигран.
- Вот как.
А я, в отличие от вас, думаю, что
наш новый заведующий этого не сделает.
Бог с вами, Цвах, тут вопрос не в заведующем,
никакой начальник на него вам не ответит,
вопрос касается вас и только вас.
Я вижу, вы решили поддержать новое руководство.
Я на вас не в обиде, но от своих
намерений все равно не отступлю.
Вижу, наш разговор был
абсолютно бессмысленным.
Забудьте об этом, будем считать,
что никакого разговора не было.
Ах ты, блиин...
- Добрый день.
Добрый день, пан Воженилек.
- Знаете, пан заведующий, те таблетки мне не помогли.
- Нисколько?
- К сожалению. Мне лечь?
- Не надо.
Тогда я должен послать вас в больницу.
Там вам сделают рентген,
и определят что с вами.
Господа, послушайте это!
Упадете в обморок.
Тут нам пишет один участковый врач,
что обнаружил, причем без рентгена,
дегенеративные изменения тазобедренного сустава.
Диагноз: Coxarthrosis grav'is, и направление на эндопротезирование.
Это же надо додуматься!
Ну, я сейчас ему выдам.
Сова. Какая-то сильно мудрая сова.
Доктор Зламал, соедините меня
с участковым врачом из Тыниште. Жду.
(звонит телефон)
- Сова.
Ортопедическое отделение, Градец.
Пан коллега, я по поводу больного,
которого вы к нам направили,
- Coxarthrosis grav'is.
- Но я...
Как вы без рентгена определили,
что ему необходим тотальный эндопротез?
Там что, написано не делать рентген?
Нет, вы нам это еще разрешили сделать,
но тут стоит ваш диагноз.
И на нем я настаиваю.
- Вы настаиваете? А вам не кажется,
что это не в вашей компетенции?
Кажется, моя компетенция еще
позволяет мне делать предположения.
Но ничем не подкрепленные.
Это предположение намного
обоснованней, чем вы думаете.
Я не буду обсуждать с вами свои
профессиональные вопросы.
- Вероятно из боязни, что были неправы?
- Знаете, что?
Я поставлю в известность директора,
может хоть он вас отучит фантазировать.
Позовите мне заведующего ортопедией.
(звонит телефон)
- Марика слушает.
Привет, это Гинек. Здесь у меня
на столе та ваша жалоба,
точнее, от доктора Зламала
на участкового врача Сову.
- Ты знаешь этого Сову?
- Нет.
Тогда сам займись этим Воженилеком.
- Я думал, это дело принципа.
- Хорошо, но все-таки...
Я попрошу тебя лично заняться
этим, а затем доложить мне.
Но это действительно похоже на необходимость
эндопротезирования. Вы это видели?
- Видел.
- Ну и?
Но как участковый распознал,
что здесь нужна тоталка?
Так вы спросите у него,
когда будете ему звонить.
- Зачем ему звонить?
- Но вы же позвоните ему, чтобы извиниться.
Разумеется, пан заведующий.
(смеется)
Войдите!
- Добрый день. - Добрый день.
Привет, принцесса, покажись-ка.
Нет, с малышкой все в порядке.
Я ваша новая медсестра.
- Отлично! Мы ждем вас как манну небесную.
- Добро пожаловать.
Я только дочку запишу в садик
и завтра выйду на работу.
Ладно, запишите ее.
И пожалуйста, уговорите мужа,
чтобы он потерпел
немного в этой коморке.
Обещаю, что скоро добуду
для вас нормальное жилье.
Жилье нам, конечно, нужно.
Но поскольку нас только двое,
то еще немного потерпим.
До свидания.
Увидимся завтра.
- Ой, и накажу же я тебя, если
не будешь лопать кашу! - Она будет.
Я ж ей это украшаю,
чуть не орнаменты рисую,
а она выплевывает все мне на блузку.
А ночью будет пищать от голода.
Пойдем, съедим эту кашу вдвоем,
хоть оценишь какая она вкусная.
- Ну?
- Дай-ка.
- Ух ты, как вкусно!
- Еще бы.
Слушай, Дана, ты последнее
время повеселела как-то.
Что повлияло на твое настроение?
Вернее, кто помог тебе его поднять?
- Мне сделали предложение.
- Да ты что! Кто?
- Неважно, все равно я его не приняла.
- Ты отказалась?
Ну, так тоже нельзя сказать.
Человек - ужасное существо.
- Какой человек?
- В данном случае я.
Потому, что мне хватает знать,
что мной кто-то заинтересовался,
что я кому-то нужна,
и я сразу веселею, как птичка.
Я порхаю между Элишкой и работой,
и больше не чувствую себя одинокой.
Не то чтобы я его хотела,
но ужасно хочется,
чтобы он нуждался во мне.
- Понимаешь?
- Не совсем.
Если бы мне сказали раньше,
я бы ответила,
что это самая большая небылица,
которую я слышала.
- Теперь ты мне просто должна сказать, кто это!
- Нет, нет.
(стук в дверь)
- Входи, Григорий.
- Привет, Данка. - Привет.
- Добрый вечер.
- Я уже узнаю тебя по стуку.
- Я вам помешал, наверное.
Ты как раз вовремя. Бетка тут выпытывает,
кто сделал мне предложение,
и если бы ты не пришел,
я бы ей все выболтала.
- Значит, я-таки я вам помешал.
- Вовсе нет. Я лечу на гимнастику.
У нас строгая тренерша,
она нас дико гоняет.
- Пока, Дана. Доброй ночи.
- Доброй ночи. - Пока.
- Думаешь, она поняла о ком речь?
- Думаю, да.
- И тебе это мешает?
- Нет, не мешает.
(стук в дверь)
- Войдите!
- Здесь совещание, или я что-то перепутал?
- Не перепутали, входите.
(звонит телефон)
- Блажей.
Я не забыл, пошлем к вам кого-нибудь.
Я знаю, вы мне это уже говорили.
Не за что, до свидания.
- Так что, уже подумали?
- О чем?
- Насчет ухода.
- Нет.
- Точнее, да.
- Какого числа планируете?
Я вообще-то... Никакого числа.
Я решил, что не буду увольняться
и останусь здесь.
Сестра, пожалуйста, зайдите тоже,
поможете мне. Спасибо.
Ну, останетесь так останетесь.
(стук в дверь)
- Войдите!
Добрый день, садитесь.
Господа! Прежде всего, распределим
на завтра работу в операционной.
Там будет фрактура шейки кости.
Оперировать будет доктор Штросмайер, я буду ему ассистировать,
вторая и третья ассистенция -
доктор Ченькова, доктор Цвах.
Далее, экстирпация бурсы.
Это сделает доктор Ченькова,
ассистенция - доктор Штросмайер,
но весь этот операционный марафон
начнем с тотального эндопротеза.
Оперировать будет доктор Цвах,
ассистент доктор Ченькова,
дублировать будут доктор Штросмаер и я.
Это все.
- У кого-нибудь есть вопросы?
- Я... - Что у вас, пан коллега?
Я не совсем понял
по поводу эндопротезирования.
- Вы, видимо, ошиблись.
- А что я сказал?
- Вы сказали, что оперировать буду я.
- Говорите, вы это оперируете?
Да, все верно, вы будете оперировать.
Нужно чередоваться, мы же
не можем лишать вас практики.
Наконец, вы и сами об этом по праву просили.
У меня все, спасибо вам.
- До свидания.
- До свидания.
Это распишите нам, пожалуйста.
- Вы что-нибудь понимаете с этим эндопротезом?
- Достаточно хорошо.
И то, что буду первым ассистентом я,
ни разу этого не делавшая.
- Именно поэтому.
- Почему?
Поэтому к Цваху Блажей приставил вас.
- Он сам бы ему не смог ассистировать.
- Ну, не знаю, чем все закончится...
Вот как раз завтра и узнаем.
Доброе утро. Готовы?
Можем начинать.
(музыка)
(музыка затихает)
- Мне кажется...
Я думаю, что не справлюсь
с этой операцией.
Я тоже так думаю, пан коллега.
Извольте занять свое
место на галерке.
Вас это не касается, пани коллега,
вы будете мне ассистировать.
Спасибо за ассистенцию,
все прошло на отлично.
Вы мне очень помогли, спасибо.
У меня к тебе один вопрос.
- Что бы я делал, если бы Цвах не струсил?
- Именно.
Я бы все остановил,
и уже хотел это сделать.
Не сказал бы, что я в
восторге от подобных вещей.
Зато он уже сейчас у меня в кулаке зажат.
Вы годами не могли от него избавиться,
а я это сделаю за пару дней.
- Вашечек!
- Что?
- Спишь?
- Нет, заходи.
- Я зашла пожелать тебе доброй ночи.
- Моя ты хорошая.
- Мне здесь уже так надоело.
- Знаешь, как мы здесь малышей успокаиваем?
Еще три разочка у нас поспишь,
а потом за тобой мамуля придет.
Сказать по правде, эти ваши
гнездышка мне уже опротивели.
Я знаю, но нужно потерпеть.
Я была в загсе с документами.
Представляешь, у них там все
субботы заняты на три месяца вперед.
Ну надо же, не может быть!
Ну, так тех три месяца мы еще потерпим,
нам все равно терять нечего.
- Кто здесь? Опять проверки?
- Тихо, отец, все в порядке.
Знаешь, это директор какого-то
магазина "овощи-фрукты".
Ему все время проверки мерещатся.
Мне уже нужно идти.
- Вдруг кто-то вызовет. Пока, доброй ночи.
- Доброй ночи.
- Папаша, это проверка была.
- Уже ушли? Отлично, отлично...
- Добрый вечер.
- Это вы?
- Мне очень нужно с вами поговорить.
- О чем?
Прошу.
- Что такое?
- Как его дела?
- Кого?
- Ну, жениха вашего.
- Все отлично, хорошо.
- Я рад за вас, от всего сердца. Серьезно.
Вы сядьте.
И еще желаю, чтобы вас поскорее
сделали старшей сестрой.
Яхимова все равно
скоро уйдет на пенсию.
Меня хотят выгнать,
вернее, он хочет меня выгнать,
но у него это не выйдет.
Помните тот вечер,
когда провожали Сову?
- Ну, в этом, в Мотеле? Помните?
- Помню.
Так там я видел, как он увозил Ину,
приблизительно на час.
Зачем, интересно? Этим я припру
его к стенке, он должен уступить.
А зачем вы мне это говорите?
Чтобы, когда потребуется,
вы это подтвердили.
- Но я ничего не видела.
- Это совсем неважно.
Главное, что я это видел,
и это мог видеть еще кто угодно.
- Я ни в чем свидетельствовать не буду.
- Вы сами себе сделаете хуже.
Заведующий будет бояться,
будет заискивать перед нами.
- Против Ины я свидетельствовать не буду.
- Не против Ины, а против Блажея!
- Вы что, не понимаете?
- Наверное нет, доброй ночи.
Ваш муж вряд ли обрадуется,
если узнает, что вы
водили к себе в комнату врачей.
Врача! Одного. И то, сейчас
сильно жалею об этом.
Вы думаете, он поверит тому,
что я был единственным?
Я не знаю, это он сам решит.
Что такое?
Что?.. Кто здесь?
- Я. Доброе утро.
- А сколько времени? - Четыре.
- Что ты делаешь здесь в четыре утра?
- Мне нужно тебе кое-что сказать.
- Добрый день, пан доктор.
- Добрый.
- Моя невеста сказала, что вы хотите
со мной поговорить. - Я? О чем?
Хотя бы о том, как к ней в комнату
по ночам ходит толпа врачей.
Это вы сказали, а не я,
и мне к этому прибавить нечего.
Это неправда, потому
что вчера вечером вы нечто подобное сказали.
И мне бы очень не хотелось,
чтобы вы это где-нибудь повторили.
Я буду говорить то,
что сочту нужным
- и, главное, там, где это сочту нужным.
- Момент!
Вы не совсем правы,
я могу погнать вас в суд,
и там за мной будет стоять целая бригада.
А мне очень интересно,
кто же будет стоять за вами.
- Ой, я так рада, что вас застала.
- Это звучит подозрительно.
- У меня к вам маленькая просьба.
- Маленькие просьбы самые опасные.
Наш комитет взял шефство
над коронарным блоком.
- Впервые в жизни рад своему возрасту.
- Не смейтесь. - Я?
- Я сама серьезность. Говорите.
- Возраст не имеет значения. - Что так вдруг?
Мы теперь ходим по врачам с просьбой
- отдежурить сверх нормы один раз в месяц.
- Не продолжайте.
Так мне вас не записывать?
Если там ценное оборудование,
меня нельзя туда пускать.
- Вас обучат.
- Исключено.
Мои мозговые клетки
стремительно отмирают.
У вас же есть аттестация терапевта,
можете подежурить и там.
Это будет оплачиваться.
- Я скромный мужчина, за деньгами не гоняюсь.
- Ну, отличитесь перед директором.
Нет, тот сочел бы мой поступок
за подлую лесть.
- Тогда... Тогда я вас буду любить.
- Ну наконец-то!
- Тогда просите же! Сколько их у вас? 10? 20?
- Одна. - А именно?
(звонит телефон)
Ортопедия.
Изменщица, нате вам
вашего профессионала.
- Ну, и как вы теперь меня будете уговаривать?
- Дайте-ка.
Пршемек, это ты? Алло, Пршемек!
- Это "Спарта-Прага". Мне нужна доктор Ченькова.
- Ченькова у телефона.
Пани доктор,
мы должны вам сообщить,
что хорошо известный вам игрок только что
перешел в наш клуб, и хочет узнать,
- одобряете ли вы его решение.
- Откуда ты звонишь?
Из Праги. И посылаю тебе
отсюда поцелуй.
- Я тебе тоже. Что ты делаешь в Праге?
- Свершаются грандиозные вещи.
В то время как наши функционеры меня списали,
"Спартаковцы" приехали за мной в санаторий
для подписания документов
о переходе к ним. Я и подписал.
- Разве это не замечательно?
- Наверное. И что это значит?
Что я здесь долечиваюсь, тренируюсь,
и каждую неделю увеличиваю нагрузки.
- И еще это значит, что ты не приедешь.
- Не смогу.
Если я хочу играть в следующем сезоне,
то никак не получится приехать.
- Где тебя найти?
- Между спортзалом и мамой.
Представляешь, моя стартовая скорость
уже почти такая, как и была!
- А когда ты уделишь время мне?
- Если соберешься ехать сюда, позвони.
Слабость, конечно еще есть, выдержка не та,
но я быстро войду в форму.
Да, меня берут на выезд в Финляндию,
я и мечтать об этом не мог.
- Так я уточню свой график и позвоню перед приездом.
- Это будет лучше всего.
Только представь, меня хотят поставить между Голым и Рихтерой. Невероятно, да?
- Да, конечно.
- Ну тогда все, я закругляюсь.
Здесь такой бешеный ритм, не то
что у вас в больничной тиши. Ну, пока-пока.
- Пока. - Целую.
- Я тебя тоже.
(звонит телефон)
- Ортопедия.
- Амбулатория. Пани доктор,
у нас тут травма. - Уже иду.
- Рад тебя видеть. Ты ко мне?
- Не угадал, папуля.
- А к кому тогда?
- Ой, любопытный какой.
Консультации в психиатрии все еще
продолжаются? Не слишком ли их много?
- Тех не бывает слишком много.
- А что твой доктор говорит?
- Что я ему очень нравлюсь.
- Вот как!
Альжбета, похвастаюсь вам,
какое чудо случилось с моей дочерью.
Простите, мне нужно в
амбулаторию, меня ждут.
- Добрый день. - Добрый день!
- Здравствуй, как твоя ручка?
- Что-то очередь не движется вперед.
- Пан заведующий на срочном вызове.
- А что там?
- У Юрачака в Габрове опять приступ.
- И вы его отпустили?
- Ему срочно нужен плегомазин.
- Он крушил мебель и угрожал всей семье.
- Вот и я об этом.
Это же ясная шизофрения!
И как там папа с ним справится?
Мы звонили в Градец.
Там железнодорожная авария, и послать
им было некого, так пан доктор поехал сам.
- А я здесь... - Считаю рецепты, ага.
- Но кому-то же надо остаться здесь!
- Что-то случилось? - Приступ.
- Помощь нужна? - Только быстро.
Его долго не прихватывало,
до сегодняшнего дня. Не пойму, что случилось.
- Его уже госпитализировали по этой причине?
- Он много раз лежал в больнице.
- Где ваши дети? - Как все началось,
отправила их к матери в деревню.
- Так я загляну к нему.
- Только осторожно, пан доктор.
- У него серьезно крыша съехала.
- Постараюсь с ним как-то договориться.
Я сейчас заправлю в шприц
две ампулы плегомазина,
и как только скажу, подадите мне его.
Не ходите к нему один.
Я бы ни за что не согласился.
- Сбегаю за парнями, и справимся с ним.
- Никого не надо звать.
- Я сам к нему зайду.
- Но...
Я пока со всеми пациентами
находил общий язык, и как видите,
дожил до пенсии в добром здравии.
Добрый день, пан Юрачак.
Я доктор Сова, и мне
нужно с вами поговорить.
Только троньте меня,
я вам шею сверну.
Это неразумно, пан Юрачак.
Я хочу вам помочь.
Я вас не знаю!
Я недавно стал работать здесь врачом.
Я вообще-то уже на пенсии,
но деньги нужны, вот и
приходится работать, сами понимаете.
Они все негодяи!
Обещали оформить больничный, а когда
я вышел на работу, они его у меня отобрали.
Это несправедливо.
Я им скажу, что вы больны.
- Вы сделаете это для меня?
- Конечно.
Я подтвержу, что должен
был вам давать уколы.
- Заверните рукав.
- Ага.
- Я уколю, раз уж я здесь, у меня случайно
оказалось с собой лекарство. - Ладно, идёт.
- Вот так, хорошо.
- Подождите меня, я схожу за шприцом.
- Папа!
Это он! Он послал меня
в больницу! Я вышвырну его отсюда!
- Держите его! Руку!
- Шприц, быстро!
- Еще держите! Ну вот, так лучше.
- Пустите!
- Кто с ним поедет?
- Я.
- Тебя в приемной ждет толпа, возьми машину.
- Спасибо.
- А вы? С кем предпочитаете поехать?
- Я поеду в Градец, прикуплю кое-что.
Меня отвергли,
но ничего, переживем.
Не беспокойтесь, вернется к вам
спокойный, как ягненок.
Давайте быстрее, у нас тут картофельники.
Кто опоздает, тому не достанется.
- Привет!
- Мы жутко задержались в больнице.
- Один мой сокурсник показал мне место работы.
- И страшно при этом хвастался.
Было чем. У них там новый корпус,
оборудование мирового уровня!
Но я думал, что вы не поедете в больницу,
вы же хотели что-то купить.
- Всего лишь мелочь. - Серьезно?
- Приятного аппетита.
Божественные! Они удаются лишь
при хорошем настроении хозяйки.
Я думал, ты с остальными смотришь телевизор.
Да ну, скука. Заранее ясно,
чем все закончится,
но при этом нужно делать вид,
что жутко интересно.
Даже Вероника тебя там не удержала?
Я знаю, о чем ты думаешь,
но у меня на это нет настроения.
- Но тут вопрос не в настроении.
- Я понимаю, что не в нем.
Папа, я сегодня в том Градце видел...
То есть, краем глаза
видел через стекло
оперирующих ребят в операционной.
И мне до одури
захотелось оказаться там, с ними,
и заниматься настоящей работой!
- А здесь работа не настоящая?
- Я знаю, настоящая...
Здесь иногда намного сложнее,
чем во всей хирургии,
но это выше меня.
Я этим болен,
заражен, это мой наркотик,
я просто должен работать в операционной,
с маской на роже и с ножиком в руке.
Мы едем с Вероникой
домой, сидим рядом,
и я знаю, что мог бы
попытаться поухаживать за ней,
но у меня перед глазами только
освещенный операционный стол,
оперируемое поле, и этим для меня
все заканчивается или начинается,
или нет, скорее заканчивается.
Ты можешь сейчас подумать, что я
пытаюсь всего лишь утешить тебя,
но я уверен, что ты еще
вернешься к этой работе.
Но когда? Когда?
Ведь лучшие мои хирургические
годы безнадежно проходят
один за другим.
Я знаю, что сам во всем виноват,
но мое наказание слишком жестокое.
- Доброй ночи.
- Доброй ночи, Карл.
Доброе утро. Попросите Карла, чтобы
взял за меня часть послеобеденной смены.
- Мне нужно кое-куда съездить.
- Я спрошу его.
Нет, не спрашивайте, просто
передайте ему мои слова.
- Хорошо, но как бы мне от него не влетело.
- А что, такое уже было?
- Нет, но иногда его вид нагоняет страх.
- Это в порядке.
- Приличных врачей иногда надо бояться.
- До свидания.
(музыка)
- Добрый день. Зайдите ко мне завтра,
я осмотрю вас. - Спасибо.
- А переобуться не надо? Да?
- Я про это не подумал.
- Господи боже! Пан заведующий, это вы?
- Добрый день.
- Я очень тщательно вытер ноги.
- Я верю, пан заведующий.
Вы даже не представляете,
сколько людей вас разыскивало!
- Даже сосчитать невозможно.
- Приятно слышать.
Вам надо было заняться
частной практикой.
Я бы к вам столько людей направляла -
двери не успевали бы закрываться.
- У меня уже есть одна такая практика.
- Да? И где? - Далеко.
- Доброго вам дня.
- Пан заведующий!
- Вы пришли нас навестить?
- Можно и так сказать. - Добрый день.
- А как ваши дела?
- Лучше, чем ожидалось.
Идите все сюда!
Я уж испугалась, что лучше, чем здесь.
- Откуда вы взялись?
- Добрый день.
- Преступники возвращаются на место преступления.
- Добрый день.
Пан заведующий, добро пожаловать.
Скучаете по нас?
- Удар, как говорят, ниже пояса.
- Конечно же я соскучился.
Что здесь происходит? Коридор
всегда должен оставаться свободным.
- Добрый день, это я виноват.
- Добрый день, приветствую вас.
Вы бы хоть предупредили,
мы бы подготовились к встрече.
Я пришел к вам и
много времени не отниму.
Хочу спросить вас кое о чем,
но могу подождать.
Пойдемте, для вас время
всегда найдется. Прошу вас.
Пожалуйста, проходите. Что я могу
вам предложить? Коньяк?
- Спасибо. - Нет?
- Я за рулем, сейчас же возвращаюсь в Тыниште.
- Тогда кофе. - Тоже не надо.
- Надо. Два кофе, пожалуйста!
- Так что вас привело к нам из такой дали?
- У меня простой, но очень
значимый для меня вопрос.
Я думаю, наступил день,
когда мой сын снова мог бы начать работать хирургом.
А поскольку я знаю,
что здесь есть свободное место
и, надеюсь, мне поверят, что я не
порекомендую кого-то недостойного,
за кого мог бы потом краснеть,
иду замолвить за него словечко.
Ну...
С директором вы уже об этом говорили?
- Нет, сначала я хотел получить ваше согласие.
- Понимаю.
Ваш сын был уволен из клиники?
Он ушел сам, но
фактически его уволили.
- Причина?
- Алкоголь.
- И тогда он ушел в районную больницу?
- Да.
- Я думал, вы знаете эту историю.
- Да, я что-то слышал.
- И как он теперь?
- В каком смысле? - Я говорю о выпивке.
- Если бы он не был в порядке, я бы сюда не пришел.
- Возможно.
То есть, простите, возможно,
он от вас ничего не скрывает.
- А почему он сам не пришел?
- Для этого ему не хватает оптимизма.
- Значит, он не знает что вы здесь?
- Нет.
- Так может, это место его вовсе не интересует?
- Нет, как раз наоборот.
- Вы в этом уверены?
- Я нахожусь с ним рядом днем и ночью.
Ну хорошо.
Я сделаю все для того, чтобы
присмотреть ему какое-то место.
В каком смысле присмотреть?
Ну, в смысле поспрашиваю
у других завов в своем окружении.
Но я не хочу, чтобы
вы искали в другом месте.
- Мне важно, чтобы он работал здесь.
- А почему здесь?
Если с ним все в порядке,
он может работать где угодно, не так ли?
Но есть много причин к тому,
чтобы он работал именно здесь.
Знаю, что здесь есть несколько
ортопедов, которые помогут ему,
знаю, что здешний директор
и партийный комитет мне поверят.
Кроме того, здесь его родной город,
и это тоже немаловажно,
дом, в котором он вырос, где он не
будет чувствовать себя одиноким.
Поверьте мне, пан заведующий,
я очень много об этом думал.
Я вам верю, но здесь
он работать не может.
- Почему нет?
- Для этого есть ряд причин.
- Каких причин? - Кардинальных.
- Можете назвать мне хотя бы одну?
Нас здесь слишком мало для того,
чтобы иметь время с кем-то нянчиться.
- Но он не нуждается в присмотре.
- Это вы так считаете.
Испытательного срока,
доказывающего, что алкоголик
избавился от своих навыков,
у него пока нет.
- Я же вам говорю, что он в порядке.
- А я вам говорю, что это только ваши слова.
Могу я спросить, есть
ли еще какие-нибудь причины?
Конечно. Я думаю, что своих
врачей мы должны воспитывать на месте.
Каждый хирург приносит с прошлого
места работы определенные навыки.
Мне бы не хотелось, чтобы здесь кто-то
стал заводить свои порядки и поучать нас
как и что делать, многие могут посчитать это высокомерием. Это создаст нехорошую атмосферу в коллективе.
Далее, я думаю, простите,
что сын не должен работать там,
где до этого долгие
годы руководил его отец.
Мастерство хирурга не
передается по наследству,
но многие примитивы бы автоматически
связывали вашу известность с ним.
Это было бы неправильно. Каждый должен
завоевать свою репутацию сам.
Он это уже сделал,
и с хорошей, и с плохой стороны.
- А почему он не вернулся в клинику?
- Там бы его не приняли.
Ну, вот видите. А вы хотите, чтобы мы приняли его с распростёртыми объятиями.
Распростертых объятий не нужно, но руку помощи он, наверное, заслужил.
- До свидания.
- До свидания.
- Так...
- Простите, я уже не успею выпить его.
Наш разговор закончился
слишком быстро. До свидания.
- Надеюсь, вы зайдете к нам.
- Я спешу, меня ждут пациенты.
- Даже минутку с нами не посидите?
- В другой раз, при более благоприятных обстоятельствах.
- Что случилось?
- Ничего особенного. Всего доброго.
- Не знаешь, что с ним случилось?
- Не экзаменуй меня, как мальчишку.
- Да кто тебя экзаменует?
- Ты что, не заешь, зачем он пришел?
- Нет. - Да знаешь ты все.
- Он хотел вернуться.
- Нет, не он.
- Его сын? И что ты ему сказал?
- Отказал ему.
- У нас избыток хороших хирургов?
- А ты знаешь, что он хороший хирург?
- А ты знаешь, что нет?
- Я знаю о нем достаточно, чтобы его не брать.
- Как я завидую твоей уверенности.
- Заведующий имеет право подбирать персонал на свое усмотрение.
- Да, имеет.
Но, мало кто сможет быть так великодушен,
что рискнет взять на работу кого-то,
кто может оказаться лучше, чем он сам.
Вот сейчас я впервые пожалел о том,
что повредил тому парню ключицу.


Серия 12

(звонит телефон)
Ортопедия! Хорошо, передам.
Звонили из терапии,
говорят, вы обещали им глянуть
на какую-то пациентку, ждут вас.
Могут ждать, никто не запрещает.
Я в этом курятнике
больше пальцем не пошевелю.
- Уход нелюбимого ребенка.
- Думаете, он ушел окончательно?
Похоже, что да. Только теперь нашим
составом даже в марьяж не сыграешь.
- Я сбегаю в терапию.
- Я сам схожу.
Хоть от меня там пользы мало
будет, но зато вернусь быстрее.
И в такой ситуации наш пан заведующий
отказался принять Сову-младшего.
- Добрый день. - Добрый день.
- Пришли попрощаться?
- У нас сегодня сплошные проводы.
- Я пришел позвать вас на свадьбу.
- Так вы действительно женитесь?
- Через неделю. Не забудете?
- Да, свадьба пациента с медсестрой - не часто явление.
- Но мы еще пришлем вам приглашения.
Свадьба будет скромная,
человек шестьдесят,
но приглашенным
явка обязательна.
- Это вам будет стоить кучу денег!
- Я обдеру свою сберкнижку как липку.
Глядя на этого парня,
можно только позавидовать.
- Есть же еще на свете счастливые люди.
- Я бы отнесла к этой категории и вас.
- Вы удивитесь, Альжбета, но я бы тоже себя отнес.
А вы как? - Что я?
- Как насчет вас?
- А, ну я тоже. Спасибо.
- Это означает, что все плохо?
- Вы это о чем?
Этот ваш профи-хоккеист
был на таком дне,
что схватился за вас
как утопающий за соломинку.
Но как только вы помогли ему выкарабкаться,
и он почувствовал твердую почву,
сразу же сбежал, помахав вам ручкой.
В жизни так часто случается.
- Я говорю слишком жестко, да?
- Терпимо.
Как это терпимо? Это ерунда,
плод бурной штросмайеровой фантазии.
У него к тебе отцовская слабость,
будет теперь твоих женихов перебирать.
- С чего ты так решила?
- Это неважно.
- Важно сейчас узнать, как все обстоит на самом деле.
- Но как?
А очень просто. Поедешь к нему.
- Предлагаешь к нему напроситься?
- Ничего подобного. Просто объявишься там.
Ну не прийти же к нему
в дом со словами "а вот и я!".
Именно так и сделаешь.
Но чтобы все выглядело естественно,
то как только ты туда поедешь, я ему
сразу же позвоню и скажу,
что ты сопровождаешь пациента,
и что все произошло неожиданно,
- и что ты просишь передать, что будешь в Праге.
- И что потом?
Дальше все просто.
Позвонишь ему уже из Праги
что ты там, и у тебя есть полчаса.
А если эти полчаса вы растянете
до утра, это уже другой разговор.
(звонок)
- Добрый день. Прошу прощения...
- Да что вы, проходите.
Пршемека еще нет дома,
но он будет с минуты на минуту.
- Может быть, мне лучше подождать его на улице?
- Даже не думайте.
Муж на работе, в конце квартала
он всегда работает сверх нормы.
- Садитесь. Могу я вам предложить немного вермута?
- Спасибо, не откажусь.
- Как дела у Пршемысла?
- Он счастлив, что снова живет дома.
Я имела в виду его здоровье. Как нога?
Мы нашли для него
лучшего реабилитолога,
- доцент Семерад, вы его должны знать.
- Только имя.
Могу вас обрадовать, он похвалил
работу ваших борских ортопедов.
- Немного льда?
- Спасибо.
Вы ведь были врачом Пршемека
на последнем этапе лечения?
Нет, его вел сам заведующий Сова.
- Я пока еще начинающий врач.
- Но он о вас столько рассказывал. - Да?
Наверное, потому, что мы
с ним близки по возрасту,
и часто о его лечении беседовали.
Я хочу поблагодарить вас за то,
что оказали ему душевную поддержку.
Бедняжка был просто
раздавлен этой ситуацией.
Наверняка он с вами
откровенничал об этом, да?
- И что, все еще не верит в себя?
- Ну что вы, он стал совсем другим.
Тогда весь мир от него отвернулся,
а теперь он нарасхват.
Понимаю.
А вы с ним договаривались
о встрече в Праге?
Мы договорились увидеться и поболтать,
если случайно будем здесь.
- Только мне уже действительно пора уходить.
-Не хотите его дождаться?
Меня ждут. Передайте ему привет, и скажите
что я как-нибудь заеду.
(звонит телефон)
- Это он.
Алло! Ну это слишком, Пршемек.
Гости ждут, а тебя нет.
Какие гости? Ты ахнешь!
Я сейчас передам трубку.
- Привет, Пршемек.
- Привет.
- Это Альжбета.
- Привет, что ты здесь делаешь?
Мы привезли в Прагу пациента,
и у меня есть несколько свободных минут.
- Почему ты заранее не позвонила?
- Я не знала, что приеду.
- Приедешь домой?
- Я бы рад, но мы едем с командой в Брно.
- Жаль.
- Да и у тебя ведь все равно мало времени.
Но я бы могла отпустить машину.
- Только поездка в Брно очень важна для меня.
- Я понимаю. Прости.
- А ты разве уже играешь?
- Нет, но я хочу сидеть на скамейке запасных.
Тренеры ценят то, как
человек болеет за свою команду.
- Ну тогда успехов тебе в Брно.
- Да что там Брно!
- Через неделю летим в Финляндию,
я пошлю тебе оттуда открытку. - Буду рада.
- Тогда пока. Маме передать трубку?
- Нет.
Передай только, что зубную щетку я
возьму у ребят, вернусь завтра.
- Так игра будет только завтра?
- Конечно, сегодня было бы поздно.
- Глянь на часы.
- Ты прав. Сейчас уже поздно.
Ну пока, у меня
уже трубку рвут из рук.
Пока.
Он просил передать, что одолжит
у ребят зубную щетку, и что вернется завтра.
- Теперь вы видите, как жить с хоккеистом.
- Вижу.
- Добрый вечер. - Добрый вечер.
- Предлагаю подвезти вас на моей машине.
- Вы едете в больницу?
- Да, прямо туда. - У вас новая машина?
- Уже не новая, ей второй день пошел.
- Добрый вечер. - Привет, Иночка.
- Цвет очень красивый.
- Да? А как мы наискались ее!
По всей Чехии, Моравии и в Силезии...
И знаете, где мы ее наконец нашли?
В Жилине.
Передавайте привет всем
в ортопедии и маме.
Представьте, что я не был там
с тех пор, как ушла Ина.
Она теперь в реанимации,
дежурит по ночам.
Глупо было уходить потому
что свекровь там работает.
- Ну что это за причина такая?
- Сами знаете, чиновничьи предписания.
Если бы я ездил по предписаниям,
то успевал бы вполовину меньше.
Время не ждет, зато дома
ждет молодая красавица-жена.
- Добрый вечер.
- Роман, вы не могли бы поторопить диспетчера?
Он обещал прислать машину,
чтобы помочь мне переехать в Рудницу,
- я свою тачку продал, теперь стою тут как столб.
- Постараюсь узнать.
Привет!
- Как поживаете, Ина?
- Неплохо. А вы? - Тоже неплохо.
Ты уже здесь? А что так быстро?
А мне кажется, что
я пробыла там слишком долго.
Кто-то пообещал его отвезти,
а теперь не сознается.
Директора нет, а я на себя
ответственность не возьму.
- Только он там уже добела раскалился
в ожидании. - Ну и что?
Пан доктор, ничего утешительного,
у диспетчера ничего нет, даже велосипеда.
- Гады! Как это на них похоже.
- Ну, я в этом вам не советник.
Но раз уж у меня такой удачный день,
подброшу вас до вокзала, хотите?
- Это было бы замечательно.
- Так пойдемте.
Человек оставит здесь лучшие годы жизни,
а в благодарность его выкинут как пса.
А с какими идеалами я начинал!
Выискивал литературу,
изучал иностранные языки,
чтобы быть в курсе зарубежных новинок.
А здесь каждый мясник от хирургии в
приоритете перед образованным человеком.
Только и делают что кромсают,
рубят, пилят и сверлят!
Больше их ничего не интересует.
А вот и он, самый
главный и циничный негодяй.
Совершеннейше хладнокровный резник.
На вашем месте я не смотрел
бы на пана заведующего так спокойно.
- Почему? Мне он никак не помешал.
- В самом деле?
Вы что, так равнодушны к своей жене?
Да бросьте, всё это только
старые народные легенды.
Не такие уж старые.
Как давно мы прощались
в Мотеле с заведующим Совой?
- Я же там был.
- В самом деле? Все время?
Что вы сказали?
Я говорю только то,
что видели все.
- Значит, все видели?
- Угу.
- Знаете что, выходите.
- Но послушайте...!
Не сходите с ума!
Ина, можешь мне сказать, что ты делала на прощальной вечеринке Совы, когда я уезжал?
Роман, что вы здесь
делаете в уличной одежде?
Где ты была в мое отсутствие?
Можешь мне сказать? Где ты была?
- Вы не видите, что мы здесь работаем?
- Говорят, тебя все видели.
Если немедленно не уйдете,
я позову вашего шефа.
Так ты мне не скажешь?
Или вы хотели с ним поговорить?
Роман, для тебя есть задание.
Роман, куда ты несешься?
Ну, наконец-то пришла
долгожданная карта.
Осторожно, пан заведующий!
Счастье в картах - несчастье в любви.
Боюсь, что вы правы.
Пан доктор, мне
нужно с вами поговорить.
- Пан доктор!
- Пан заведующий.
- А, привет, Роман.
- Мне нужно с вами поговорить.
- Что-то в больнице?
- Нет. У меня к вам личный вопрос.
- Ну, значит это подождет, нет?
- Нет.
Не могу же я прекратить игру,
когда мне пошла такая карта.
- Я должен с вами поговорить!
- Не мешайте!
- Ну, господа, набрасывайтесь на меня.
- Ваш ход, пан заведующий.
- Еще на минутку. - Нет, нет.
- Тогда до свидания. - Доброй ночи.
Что это? Что вы глупите?
Я же вам сказал, что мне
нужно с вами поговорить.
Что вы делали на прощальной
вечеринке заведующего Совы
в моё отсутствие?
- Это что, допрос?
- Именно так.
На допросе должны присутствовать двое:
один - кто вопросы задает,
и второй - кто охотен отвечать.
- Так нас и есть двое.
- Но только отвечать Вам у меня охоты нет.
Я не сдвинусь с места,
пока вы мне не ответите.
Тогда проведете здесь
ночь в одиночестве.
(удар)
(короткий автомобильный сигнал)
(сигнал автомобиля)
Вы в порядке?
Пан заведующий, можете встать?
- Не трогайте меня!
- Вставайте, поедем в больницу.
Помогите мне, черт возьми!
- Я никуда с вами не поеду.
- Лучше молчите.
Держитесь за меня!
Пойдемте. Потихоньку!
Если бы я не повернул налево,
ничего бы не случилось.
- Лягте на заднее сиденье.
- Я не могу. - Можете!
- Не могу.
- Можете, полезайте!
Ох...
Так, проверю переключение скоростей.
А теперь молитесь,
чтобы она завелась.
(звук мотора)
(долгий автомобильный сигнал)
Вы что, с ума сошли?
Так шуметь ночью!
Елки-моталки! Каталку, живо!
(сигнал прекращается)
Господи боже...
- Рука!
- Арношт, что с тобой?
- Почти ничего, только руке аминь.
- А голова? А живот?
Думаю, все нормально.
Пить страшно хочется.
Пить я тебе не дам,
вдруг придется оперировать.
Когда ты ел в последний раз?
Как грудь?
Грудь нормально, я прощупал,
а вот рука - это что-то ужасное.
- Ина, что ты здесь делаешь?
- Что-то нужно, пани доктор?
- Долзин.
- Привет, Ина.
- Позови доктора Штросмайера.
- Позову.
- Еще я должна тебе снять рубашку.
- Нет!
После долзина, или я с ума сойду.
- А что случилось с Блажеем?
- Никто не знает.
Известно только, что обоих вытащили
в сильно помятом состоянии из машины.
- Кого обоих?
- Его и Романа Яхима.
- И где это с вами случилось?
- На перекрестке.
- Как это могло произойти?
- Обычная авария.
И кто в кого врезался?
Ты в него или он в тебя?
- Я в него.
- Не гони, вы же оба классные водители!
Несчастный случай, бывает.
Как ты мог позволить себе разбиться
сегодня, при такой нехватке врачей?
Я больше так не буду.
- Что с ним? - Все в порядке, кроме руки.
С ней проблемы очень серьезные.
Да я вижу. И как же тебя угораздило?
Сделаешь репонацию
и наложишь гипс.
Не сомневайся, кости сложу и зафиксирую.
Мда... солидно же ты шмякнулся.
Я бы сказал, что это
дислоцированный перелом.
- Боюсь, что ты прав.
- Значит, клиент созрел к операции.
Сейчас проведем репонацию, наложим гипс,
а утром будем вскрывать.
- Надеюсь, ты ничего не ел.
- Нет. Спасибо.
Дана, разбудите мне его, будем
советоваться, что делать дальше.
Будет исполнено.
Пациент, назовите ваше имя!
- Уже закончили?
- А то.
- Как все прошло? - Нормально.
Хочешь сделать рентген?
- Не знаю. Ты как думаешь?
- Что это лишнее.
- Все равно завтра оперировать, так что смысла нет.
- Тоже верно.
- А осложнений не будет? - Каких осложнений?
- Не знаю.
Боишься?
Когда хирург скурвит себе руку,
ни одна собака его потом не захочет.
Ну, десяток-другой таких фрактур
мы уже починили в своей практике, нет?
Отвезите его в двухместную, к Роману Яхиму.
- Нет, лучше уж в мой кабинет.
- Пойдем, Ина.
- Послушай, у меня к тебе просьба.
- Просьба?
- Сигареты, коньяк, денег, женщин?
- Это потом.
Я бы хотел, чтобы мою руку оперировал Сова.
Не обижайся.
Надеюсь, ты не будешь против.
Если кто-то вместо меня предпочтет
заведующего Сову,
то я против этого никогда
не буду возражать.
Только поражает, что именно
ты от него этого хочешь.
Я должен быть абсолютно уверен,
что моя рука будет в порядке.
- Понимаю, я позову его к тебе.
- Большое спасибо.
- Я не сплю, Ина.
- Я знаю.
Я просто хотел,
чтобы все вышли.
Я тоже этого хотела.
Но я имел в виду
абсолютно всех. И тебя.
Алло!
Я все еще жду Тыниште!
Тыниште не отвечает, из Градца
сообщили о повреждении на линии.
- А когда это повреждение устранят? - Завтра.
- Завтра будет поздно.
- Ночью туда никого не пошлют.
- Это верно, спасибо.
- Не за что.
- Тут вы тоже правы. Доброй ночи.
(звонит телефон)
- Ну? - Ты уже с ним говорил?
- Арношт, все очень плохо.
В Тыниште поломка,
дозвониться не удается.
- Тогда надо туда ехать.
- Что, ночью? В темноте?
- Пока туда доедете и вернетесь, будет уже утро.
- А если его не будет дома?
- А где ему быть?
- Откуда мне знать? И потом, у нас нет машины.
- Машину я раздобуду.
- А кого мы пошлем? У меня дежурство.
Доктора Ченькову.
(звонок)
- Кто здесь?
- Это Ченькова.
- Мне нужно поговорить с доктором Совой.
- Это я.
- Я имела в виду пана заведующего.
- Он спит, дежурю я.
Пожалуйста, не могли бы вы его разбудить?
Мог бы, но не буду. У него был тяжелый день,
и завтра тоже будет тяжелый.
- Но я приехала из Бора от доктора Штросмайера.
- В три часа ночи?
- Что случилось, пани коллега?
- Добрый вечер, простите что беспокою,
но заведующий Блажей попал в аварию
и просит, чтобы вы его оперировали.
А что случилось с заведующим Блажеем?
Со слов доктора Штросмайера, двойной
перелом локтевой кости и перелом лучевой.
И просил привезти вас, это личная
просьба заведующего Блажея.
- Подежуришь за меня?
- Конечно, едь.
Извините, я вас не представил.
Мой сын Карел, доктор Ченькова.
- Очень приятно.
- Мне тоже.
Доброе утро.
- Что тебе здесь надо?
- Пришла посмотреть на Романа.
Пришла посмотреть? Посмотреть на что?
На то, что ты натворила?
- Я знаю, что это я виновата.
- Уйди! Вон отсюда!
Ты больше здесь не появишься,
и ни слова ему не скажешь.
Но я бы хотела с ним поговорить.
Ты уже достаточно много ему в жизни
наговорила, тебе не кажется?
А еще больше от него утаила.
Добрый день, сестричка.
Как идет подготовка к свадьбе?
Добрый день, пан заведующий.
А кто вам сказал?
Мы с коллегой Ченьковой
говорили об этом целую ночь.
- Не целую, конечно, но почти.
- Да?
Еще с вечера я был лучшего мнения
об этой ночи. Приветствую вас.
- Не хотим вас беспокоить, коллега.
- Уже свершилось.
- Кофе хотите? - Я за. - Я тоже.
- Значит, нас уже трое.
Для приготовления такого
количества нужна женская рука.
Ну, что вы на это скажете?
Кошмарные события, да?
- Когда это случилось?
- Вчера вечером, около десяти.
- Могу я увидеть снимки?
- Да, они здесь.
- Но это уже репонировано.
- Разумеется.
- Хотите сделать перед операцией новые?
- Нет, но я хочу поговорить с пациентом.
С кем? А, понял.
(стук в дверь)
- Да! - Привет, уже не спишь?
- Мне не очень-то спалось.
- Сова здесь. - Уже?
- Хочет с тобой поговорить.
- О чем? - Этого я не знаю.
- Он ставит какие-то условия?
- Говорю же, не знаю.
- Упоминал о своем сыне?
- Я его приведу к тебе, угу?
- Извольте, пациент ждет.
- Вы тоже зайдите, пан коллега.
- Добрый день, пан доктор.
- Добрый день. - Садитесь.
Большое спасибо, что вы
откликнулись на мою просьбу.
- Но прежде чем ее выполнить, хочу спросить вас.
- О чем?
В мою обязанность хирурга
входит не только проведение операции,
но и обеспечение последующего лечения.
А у меня этой возможности нет.
Я не могу оставить свою
работу участкового врача.
Поэтому оперировать буду с условием,
что дальнейшим вашим лечением
займется врач, которого назначу я,
потому что ему доверяю.
- Я понял. И кто будет этим врачом?
- Доктор Штросмайер.
- С этим я с радостью соглашусь.
- Надеюсь, доктор Штросмайер тоже.
- Конечно, конечно.
- В таком случае можем приступать.
- И это все ваши условия?
- Да.
- И других требований у вас нет?
- Нет, какие другие вы имели в виду?
Никакие, все в порядке. Спасибо.
(музыка)
Поработали прямо как в молодости.
У нас сегодня еще тоталка,
махнем и ее заодно?
Нет, я должен ехать,
меня ждут пациенты.
Но это же тотальный эндопротез,
редкое удовольствие.
Не поверите, но для меня не редкое.
- Этот чай не совсем удался. Поставьте туда, спасибо.
- Пожалуйста.
- Добрый день. - Добрый день.
- Добрый день.
- Как самочувствие? - Терпимо,
но лучше не спрашивайте.
Видишь, теперь ты внял
психологии обычного пациента.
Этот опыт бесценен.
Пошевелите пальцами, теперь
большим. Как следует!
В порядке.
Если все будет хорошо, через три
месяца снова сможете оперировать.
- До свидания.
- Большое спасибо, пан заведующий.
Ну что вы, в ортопедии всегда был
только один заведующий. До свидания.
А что душа, не болит?
Спасибо вам за операцию
и за урок, который вы преподали.
Не знаю ни о каком уроке. До свидания.
Как-нибудь я к вам приеду,
расскажу подробности. До свидания.
- Что тут у вас сегодня готовят?
- А, я совсем забыл.
Начало работы коронарного блока.
Надо бы пойти побриться.
- У вас теперь есть коронарка?
- И даже две, одна передвижная.
- Не хотите посмотреть?
- Вы дьявол-искуситель, но я должен устоять.
(стук в дверь)
- Да!
- Добрый вечер.
- Ина!
- Вы меня звали?
- Я хочу с тобой поговорить.
Ты знаешь, что произошло?
Это все из-за тебя.
Я все время думаю,
что же все-таки произошло.
Ты тоже?
Но, несмотря на все это думаю,
что нам суждено быть вместе.
Нет?
Нет.
Я уже думаю...
Я уже переживаю о ком-то другом.
О ком?
(стук в дверь)
Добрый вечер.
Пан заведующий, как жалко...
Вы тут висите как нетопырь,
а на коронарке такая карусель была!
- А доктор Штросмайер там?
- Да, и даже побритый.
Правда, плохо, но зато надел галстук.
- Скажите ему, что я хочу с ним поговорить.
- Да, сейчас.
- Добрый вечер.
- Он там? - Да.
- Мы можем с ним поговорить?
- Конечно. - Мое почтение.
- Как ваша ножка?
- Спасибо.
- Папа, можно сначала я поговорю с ним наедине.
- Конечно, иди.
(стук в дверь)
- Да.
- Привет.
- Привет.
Как ты?
Уже лучше.
- Болит?
- Нормальное состояние после операции.
Нам позвонили вечером,
но сказали, что ты уже спишь.
Мы даже подробностей
не знаем, как все произошло.
Вполне обычная история.
Это неважно. Сейчас самое главное,
чтобы ты скорее выздоровел.
- Почему ты не привела детей?
- Я не знала, пустят ли их.
- Завтра приведи.
- Да, конечно. Они будут рады.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер. Там у него кто-то есть?
- Дочь.
- Тогда не буду мешать.
- Проходите, он вас ждет.
- К чему такая срочность?
(стук в дверь)
- Да!
- Сядь, я хочу сказать тебе кое-что.
- Ну?
Хочу попросить тебя, чтобы ты
замещал меня во время моей болезни.
- Арношт, предупреждаю тебя, не делай этого.
- Почему?
Потому что если я соглашусь,
то первое, что я сделаю,
это позвоню и вызову сюда Сову.
И того, и другого.
Именно этого я и хочу.


Серия 13

... Карел, мы не очень знакомы, но я
в принципе серьезный человек.
Когда у вас будет время,
соберитесь оба
и приезжайте, обговорим
формальности и начнем работать.
- А папа еще не знает?
- Нет, все решилось после его отъезда.
- Я передам ему ваши слова.
- Пожалуйста, сделайте одолжение.
Будет исполнено. И спасибо вам.
Не за что. Главное, поторопитесь,
здесь работы непочатый край.
- Это вы придумали?
- Нет, честное слово, это идея Арношта.
- Как вы заставили его? - Заставлять не пришлось.
- Не верится.
Тем не менее, это правда.
И хирурга можно обратить в истинную веру,
разумеется, после перелома,
произошедшего в его душе.
На этот раз достаточно
было перелома лучевой кости.
- Я безнадежно опоздал, да?
- Привет. Звонил Штросмайер.
Что случилось? Какие-то осложнения?
Заведующий предлагает немедленно
начать работу в его отделении.
- Ты сказал, что звонил Штросмайер.
- Да, он звонил по его просьбе.
- И что ты ему сказал?
- Что мы приедем и все обговорим.
- Или я не должен был? - Что?
- Что-то обещать?
Нет, все правильно.
- Куда ты так несешься? Собрания не будет?
- Будет.
Но пока все соберутся, мне надо
позвонить и вычислить одного человека.
- Ты не знаешь, где он живет?
- Знаю, он живет у меня.
Но сейчас в операционных такая запарка,
что некогда зайти домой.
(звучит органная музыка)
(музыка затихает)
Что это было?
Бах. Я уже ухожу,
просто хотел проверить кое-что.
Так проверяйте. Как видите,
никого пока нет.
- Вы уже здесь.
- Я вам мешаю?
Скоро придут остальные.
- Когда у вас будет свой вечер? В смысле дискотека.
- Сегодня.
-Там будет звучать Бах?
- Нет, там будет современная музыка.
- Ну, до свидания.
- До свидания.
- Как у вас дела? - У меня?
- Я давно вас не видела.
Я уезжал на некоторое время,
потом были экзамены... А как вы?
Все по-прежнему. Все время что-то
происходит, и в то же время ничего.
- Как называлось это произведение?
- Прелюдия. А что?
- Я почувствовала себя вдруг такой маленькой.
- Это каждый чувствует.
- Нагнала на вас печаль?
- Немного.
Но и вдохновила одновременно, или... или...
Не могу подобрать слово,
чтобы это выразить.
Хотите послушать еще раз?
- Мне очень не хватало наших прослушиваний.
- Мне тоже.
- Но вы же можете послушать это когда угодно.
- Могу, но один. Один.
- Добрый вечер. Мы первые?
- Да.
Могу я позвать вас на Прелюдию?
Мы ведь давно перешли на "ты", забыл?
Нет, я просто не осмелился.
А я бы осмелилась, но забыла.
- Так сможешь завтра вечером?
- Завтра у меня дежурство.
- Тогда послезавтра.
- Послезавтра я свободна.
- Так я буду тебя ждать.
- С Прелюдией? - С Прелюдией.
Я знаю, что нам требуется все больше
и больше крови, но что я могу поделать?
Не ловить же мне доноров на улице?
Я знаю, что это серьезно.
Мы экономим как можем,
но я не могу использовать меньше нужного.
Хорошо. Спасибо, до свидания.
Привет, Беточка. Опять пилят,
что мы расходуем слишком много крови.
- Что ты мне несешь?
- Ничего, просто пришла тебя навестить.
- Приятно слышать. - Я тебе не мешаю?
- Вовсе нет.
Сегодня здесь подозрительно спокойно.
- Спокойно в отделении или в твоей жизни?
- И там, и там.
Обычно так гармонично все не бывает.
- Так что никаких предложений руки и сердца?
- Никаких, кроме того, прежнего.
- А то прежнее еще в силе?
- Да, в силе.
- А ты? Сопротивляешься?
- Сопротивляюсь, довольно успешно.
Дана, а ты не боишься,
что он устанет тебя ждать?
- Ну, и к этому надо быть готовой.
- И, несмотря на это ты не шевелишься.
А надо бы, да?
- Если для тебя это важно, то да.
- Ты права.
Но я уже привыкла к своему образу
жизни и не хочу его менять.
Значит, тебя это не волнует.
- У нас сегодня вечер вопросов и ответов?
- Так волнует или нет?
Когда я спрашиваю свое внутреннее "я",
то оно мне тихо шепчет,
- что нет, не волнует.
- Правда? Но, как же так?
Не знаю... наверное, я очень старая,
или наивная, то есть дура,
и все еще жду своего единственного.
Что задумалась? К тебе это не относится,
у тебя совсем другой случай.
Наивная, то есть дура.
Как бы тебе не ошибиться.
(стук в дверь)
- Кто там?
- Это я, Ина.
- Ой, Ина, подожди!
Одну минуту! Сейчас!
Прости что так долго,
мы с Вашеком составляли меню на свадьбу.
Мы так устали и немножко прикорнули.
- Могу я с тобой поговорить? - Заходи.
- Лучше ты выйди.
- Лучше я выйду. - Простите.
- Конечно.
- Ох! Кто-то чемодан оставил.
- Это мой чемодан.
- Твой? Ты переезжаешь?
- Мне пришлось уехать.
От Яхимши? Ну я себе представляю.
Я ее однажды целиком в гипс закатаю
и руками придержу, пока не окаменеет.
Пожалуйста, можно я у тебя переночую?
Или нельзя?
- Почему нельзя? Можно, конечно.
- А что твой Зяблик?
- Ему есть где жить.
- Но вы же вместе хотите быть.
Хотим, но, во-первых,
Вашек получил от работы квартиру,
а во-вторых, ты все время на ночных
дежурствах. Нечего решать, пошли.
(стук в дверь)
- Да!
Вашечек, вы знакомы, нет?
Это Вашек, это Ина.
Ничего не понимаю. Должно получиться
пюре, а получился отличный клей.
- Зато, если им клеить кафель - никто не оторвет.
- Ина побудет у нас пару дней.
Ей некуда идти. Помнишь, я говорила
тебе о заведующем и о Яхимше.
- Конечно, само собой.
- Добрый день. Не сердитесь на меня.
Да все нормально я только отклеюсь.
Отлично держит!
Я знаю, вы расходитесь с заведующим
и выходите замуж за сына старшей сестры.
Вашек все эти истории путает.
Не смеши, все было наоборот.
Ну извиняюсь, я только знаю,
что кто-то с кем-то
встречается и все запутано.
Я пока оставлю здесь вещи
и сбегаю в больницу.
- К Блажею? Тогда я с тобой.
- Я к Роману.
Тогда тем более я с тобой,
ты не знаешь Яхимшу.
Может, мне пойти с вами
в качестве почетного караула?
Вашечек, тебе нужно остаться дома и закончить меню, все равно мы остановились всего лишь на супе.
О! Это повод для инспирации,
добавлю еще канапе в список.
Там никого нет, иди.
Привет, Роман.
- Могу я кое-что тебе сказать?
- Говори.
- Я сегодня ушла из дома.
- Я знаю.
- Но я ушла не от тебя, понимаешь?
- Нет.
Я ушла из квартиры.
Я не могла ждать тебя там.
Ты собираешься меня ждать?
Ты уверена?
А ты сказала это...
Ты дала это понять и кому-то другому?
- Ой, здрасьти, добрый вечер!
- Добрый вечер. У вас сегодня дежурство?
Да. То есть, нет.
- Тогда что вы здесь делаете?
- Я тут просто так.
- Что значит "просто так"?
- Ну, я кое-что здесь забыла.
- Ага, в этой двушке.
- Почему в двушке?
Потому что вы перед ней стоите.
Что вы стоите? Уходите.
Мне нельзя здесь стоять? Почему?
Я знаю, зачем вы здесь
стоите и кого караулите,
- и потом, я ваша начальница!
- Но я сейчас не на работе.
- Тем более, здесь вам нечего делать!
- А где такое написано?
- Уходите, иначе я за себя не отвечаю!
- Давайте, попробуйте!
- И попробую!
- Только троньте меня!
- И трону!
- Посмейте только!
Что здесь происходит? Что это такое?
- Пан заведующий, вы уже встаете?
- Как видите.
- Найдите мне машину, пожалуйста.
- Но я не знаю как.
Так позвоните куда-нибудь.
Пожалуйста, срочно.
(стук в дверь)
- Войдите! - Войдите.
Пан заведующий только что объявил,
что возвращается к своей семье.
Интересно, кто подтолкнул
его к этому благородному шагу?
(напевает)
- Привет, гномики. До свидания!
- Счастливого пути!
- И удачи вам, пан доктор!
- Спасибо!
С этим, пани Матеичкова, пойдете в аптеку.
А это я направлю в дом престарелых,
чтобы вас туда приняли.
А сегодня мне ещё стелить постель,
или я уже буду спать в другом месте?
Нет, бабуля, это не будет так быстро,
но я их потороплю.
И еще, я хотела
спросить вас, пан доктор.
Уже осень наступает, а я еще уголь
не заказала. Мне его заказывать?
Конечно, заказывайте,
чтобы зимой не замерзнуть.
- Но если пан доктор поторопит...
- Ну, в случае чего, мы этот уголь у вас купим.
- Но ведь мы не топим углем.
- Тогда продадим его другому пациенту.
Ага, так мы тут углем торговать собрались?
Тогда спасибо вам за все,
и Бог в помощь.
Еще ничего не решено,
пани Матеичкова, как бы не сглазить.
Папа, уже без пятнадцати,
а мы хотели добраться туда до темноты.
Иду. Ты же знаешь, как тяжело
устроить человека в дом престарелых.
Это не твоя обязанность.
Я завожу машину.
Хорошо, я иду вниз.
- Ну, всего вам хорошего.
- Пан доктор, вы нас оставляете, да?
Я? С чего вы так решили?
Ваш Карел сказал, что
вы возвращаетесь в больницу.
- Так это скорее он, а не я.
- Но он говорил, что и вы тоже.
Не обращайте внимания,
он просто еще не знает.
- Правда, не знает?
- Не знает.
(стук в дверь)
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
- Садись. - Спасибо.
- Могу предложить тебе вина? - Можешь.
- Красное или белое?
- А у тебя есть оба?
Я не знал, какое ты больше любишь,
поэтому купил оба сорта.
- А какое предпочитаешь ты?
- А ты?
- Я белое.
- Тогда я тоже.
- За здоровье.
- И за нашу встречу. - И за это тоже.
- Да ты садись.
- Спасибо.
- Поставишь музыку?
- Прости, сейчас.
(звучит классическая музыка)
(стук в дверь)
(пауза)
- Привет, Григорий.
- Привет.
Как я умаялась, а тут через дверь
слышна такая прекрасная музыка...
Привет, Дана. Не хочешь присесть?
- Привет. Ты тоже здесь?
- Я позвал Альжбету послушать Баха.
Я услышала в клубе отрывок,
и напросилась сама.
- Могу я налить тебе немного вина?
- Ты пьешь белое?
- Ты же всегда пил красное, разве нет?
- Я все время чередую их.
Я пью то красное, то белое.
Значит, как раз сейчас
у тебя настала смена, да?
- Могу я тебе налить?
- Конечно, разумеется.
За здоровье.
- А почему так тихо? Где музыка?
- Включить сначала?
Ну конечно сначала.
Все всегда должно иметь свое начало.
(звучит орган)
Извините.
- Я пойду за ней.
- Мне идти с тобой? - Ни в коем случае.
- А ты вернешься?
- Не волнуйся, вернусь.
(музыка стихает)
(стук в дверь)
- Войдите!
Дана! Дана!
- Дана, что случилось?
- А что должно было случиться?
- Тогда почему ты убежала?
- Я и так была там слишком долго.
Ты подумала, что между
нами что-то происходило?
Я должна была раньше догадаться,
еще когда ты про него расспрашивала.
Ну что, не стоять же нам здесь
как соперницам из 19 столетия!
Я знаю, что была для
него запасным вариантом.
И я тоже вела себя
с ним не лучшим способом,
так чего хотеть?
Но он для тебя много значил,
а для меня он по-прежнему просто друг.
Не знаю,
считаешь ли ты его другом,
но для него ты нечто большее,
можешь быть уверена.
- А как же ты?
- Что я?
Тебе ведь это не безразлично,
я сразу заметила, как только ты вошла.
Думаешь, меня это так задело?
Ну, немножко задело, не более того.
- Немножко?
- Немножко.
Если бы я хотела выйти за него,
я бы давно это сделала,
а тебя бы за патлы вышвырнула вон.
- Я пообещала ему вернуться.
- Ну конечно, иди.
И что мне ему сказать?
Что я желаю вам счастья,
здоровья и кучу детей.
Я не уверена,
что передам ему это дословно.
- Иди уже, не заставляй его ждать.
- Я так рада, что ты у меня есть.
Я потом приду и расскажу тебе,
как все было, хорошо?
(музыка звучит громче)
Как это все глупо,
мы пойдем туда обе!
(звучит апофеоз органного произведения)
- Ты совсем ничего не пьешь.
- Спасибо, я уже не буду.
- Мне пора идти.
- Я думал, ты пришла ко мне надольше.
Я... Все было замечательно,
но мне уже пора.
Но ты как-нибудь придешь
еще послушать музыку?
Когда-нибудь приду. С Даной, да?
Добрый вечер.
Если ты хоть слегка сомневаешься
во мне и считаешь это риском,
то лучше не делай этого.
В этом доме именем Сова привыкли гордиться.
Не люблю рискующих хирургов.
И сам никогда так не делаю.
- Добрый день.
- Добрый день!
Кого я вижу в нашей мануфактуре?
Всеобъемлющая мать-ортопедия в моем лице
радуется возвращению своих пропавших сыновей.
Если позволите, я хотел
бы познакомить сына с больницей.
Кто иной бы это мог делать,
если не тот, кто сам ее строил?
- Не преувеличивайте.
- А вы разве забыли, как мы начинали,
как возмущенно спорили с архитекторами,
и как вы одному их них доказывали,
что каждая больница должна иметь приемное отделение,
и что проходная его никак не заменяет?
Папа умеет возмущаться?
Не могу в это поверить.
И правильно делаете, для всяческих
возмущений здесь держат меня.
Теперь нас с Карлом уже двое,
плюс над нами еще Арношт,
он тоже вспыхивает как спичка,
а между нами, в качестве
экрана-отражателя, будет Сова-отец.
Ну, осмотрись еще здесь,
а потом приходи к нам.
- Надеюсь, ортопедию сам найдешь?
- Рано или поздно - обязательно.
Пан коллега, я бы с самого
начала хотел вам сообщить,
что у вас будут работать
не два Совы, а только один.
- Как так? Карел не может?
- Карел может, я не могу.
- Почему это вдруг? Кто опять эту чепуху придумал?
- Я.
Вот интересно, отважитесь ли вы
сказать это, глядя мне в глаза,
мне же просто не терпится узнать,
какие причины вы выдумали.
- Не было нужды ничего придумывать.
- Тогда я вообще ничего не понимаю.
Всю свою жизнь вы
мечтаете об этом и ждете
когда в один прекрасный день
начнете работать вместе с сыном,
точнее говоря,
передадите ему свой жезл.
Потом все развалится
и выглядит безнадежно,
но вам удается все вернуть
невероятными усилиями,
и теперь, когда находитесь на пороге мечты,
вы не хотите сделать последний шаг?
- Пан коллега...
- И не говорите мне,
что не мечтаете поработать рука об руку
с сыном хотя бы несколько лет.
Да что там несколько лет! Хотя бы
несколько месяцев. Видеть его успехи!
Передать ему все,
чего сами за 40 лет достигли,
со всеми победами и поражениями,
с приобретениями и потерями.
Только все это возможно, работая
рядом бок о бок,
склонившись над одной раной,
оперируя вдвоем один сустав.
Так откройте мне, к черту, причину,
почему вы отказываетесь от этого?
- Эта причина называется Тыниште.
- Тыниште? - Наше Тыниште.
Точнее, теперь уже только мое.
Причем здесь эта амбулатория?
Какое отношение она к этому имеет?
Пан коллега, вы знаете
так же хорошо, как и я,
что хороший врач не оставит своего
пациента, покуда не будет уверен,
что рядом с ним есть кто-то,
способный продолжить лечение.
А я не смею покинуть Тыниште,
пока не найдется замена за нас.
Тогда будьте спокойны,
кого-нибудь туда направят.
И я останусь там с этим кем-нибудь,
пока не буду уверен, что смогу уйти.
Я и отсюда не ушел бы,
если бы не был уверен в вас.
Но там же совсем другое дело, в их
условиях такое совсем необязательно!
Как раз наоборот, там это нужно.
И вы бы так же поступили.
О, прошу вас, не делайте
из меня святого угодника.
Здесь вы на своем месте, здесь вас ждет квалифицированная работа.
Здесь вы каждой операцией спасаете
человеку жизнь. А что вас ждет там?
Клистиры? Аспирин и пролежни?
У меня там есть один мясник на пенсии,
его нужно научить ходить с эндопротезом,
и еще нужно присматривать
за одним шизофреником,
чтобы он мог быть хоть
чем-то полезен своей семье.
И бабушку Матеичкову нужно
устроить в дом престарелых...
Но все это вместо вас может
сделать кто угодно другой.
Наверное может,
вернее, безусловно может,
но эти трое, и все остальные,
ждут там именно меня.
Именно вас? Это вы себе внушили.
Они ждут любого человека в белом халате.
- Может и так. - Что?
- Что ждут любого человека.
Ну я рад, что мы договорились.
Так вы останетесь?
Ни в коем случае,
пан коллега, завтра уезжаю.
(стук в дверь)
- Войдите!
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
- Не хочу мешать. - Ничего страшного.
Я вот вас беспокоила среди ночи.
- И я отреагировал не лучшим образом.
- Входите.
А не будете мне мстить за это?
- Постараюсь в себе придушить свою мстительность.
- Я буду этому очень рад.
- Не был здесь доктор Штросмайер с отцом?
- Нет, пока не приходили.
- Тогда пойду их поищу.
- Лучше подождите их здесь.
Спасибо, не хочу вас беспокоить.
- Вы уже осмотрели наши операционные залы?
- Осмотрел.
- Понравилось?
- Да, очень.
А что мешает признаться, что в таких прекрасных операционных вы еще не работали?
- Так ведь мы провинциалы из Тыниште...
- Из Тыниште, и из Праги...
Я вижу, здесь все в курсе событий
моей незрелой молодости.
Никто здесь не в курсе.
Я случайно услышала один разговор,
и то не по собственной воле.
- Мне это не мешает.
- Правда? Я бы не сказала.
Ну, может, чуть-чуть.
- Но вы рады? - Чему?
- Тому, что будете здесь с нами.
То есть, не в том
смысле с нами,
а в смысле работать в ортопедии.
Я понял, что вы хотите сказать.
Я очень рад, очень.
Это очень тяжело, когда тебя
лишают возможности оперировать?
- Очень. Никогда этого не пробуйте.
- Хорошо, не буду.
- И знаете, что в этом самое страшное?
- Нет. - Что время уходит. Ваше время.
Ни у кого оно не уходит так быстро,
как у тех, кто не может заниматься любимым делом.
Не дай бог еще раз испытать.
(стук в дверь)
- Войдите!
- Пани доктор, Лукашек все время хнычет.
- Лукашек?
- Температура есть? - Нет.
- Я иду.
- Не хотите пойти со мной?
- С удовольствием.
Спасибо.
Лукашек, что у тебя болит? Плечико?
Или ручка?
Или ножка?
- А ушко и глазик тоже болят?
- Тоже.
- А чего тебе хочется? Микстурку?
- Я хочу к мамуле.
Скучаешь по мамочке?
Но я ведь тоже мамочка.
- Ты тоже мамочка?
- Ну да. А это папочка.
- А где твой ребеночек?
- В постельке. Баинькает.
И твоя мамочка думает,
что ты тоже спишь,
и она бы очень расстроилась,
если бы узнала, что ты плачешь.
А о моем малыше заботится другая
мамочка, пока я забочусь о тебе.
И сегодня ночью никто плакать
не должен, и Лукашек тоже.
- Так что мне сказать твоей мамочке?
- Что Лукашек уже не плачет.
Вот она обрадуется!
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
Вижу, мне еще многому придется научиться.
- Пани доктор! Добрый вечер!
- Что случилось?
Случилось? Нет, просто я запыхалась!
- Я вам хотела напомнить, что завтра свадьба.
- Уже завтра?
- Да. И безотлагательно.
- А что за свадьба?
- Это доктор Сова.
- Это вы? Тогда тоже приходите.
Ваш отец там тоже будет, они
с доктором Штросмайером мне обещали.
- Так там будет вся ортопедия.
- Ну и хорошо. Это моя заветная мечта!
Идемте, пан доктор.
Друзья, мы рассадили всех так,
как на наш взгляд будет удобнее всего.
На этих табличках найдете свои имена сами.
Я с этим как-то не справляюсь...
Но если кто-то сядет на чужое место, то ничего страшного.
- Кто там сидит?
- Блажей. Арношт Блажей.
Обычно женихи на своих свадьбах
не бывают одновременно тамадой,
но я вам обещаю, что и в моем
случае это в последний раз в жизни.
Я немного волнуюсь. Нам, монтерам,
не привыкать к любым переменам,
да еще и родственников
у нас с Марточкой почти нет.
Возможно поэтому нам все вокруг
пророчат счастливый брак.
Так вот я хочу попросить тех,
кто желает сказать тост и
поздравить нас, пусть возьмет слово.
Первому дадим слово временному заведующему
отделения Йозефу Штросмайеру. Пожалуйста.
- Мне? С каких это заслуг?
- Потому что вы посаженный отец невесты.
Дорогая пани невеста, милый
пан жених, уважаемые гости.
Первое и последнее, что приходит
в голову при виде вас, держащихся за руки,
с глазами полными неги, радости,
веры и надежды во взаимные чувства,
то первое, о чем я подумал,
что мир удивительно меняется,
и мы, людская челядь,
больше всех подвержены этому.
Например, я имел еще совсем недавно
- с присутствующей здесь невестой Мартой Гуньковой...
- Уже Зябликовой!
Беру слова обратно, пардон,
с Мартой Зябликовой,
я имел, скажем...
такой конфликт.
Честно скажу, я считал
ее жутко противной особой.
Если бы мне раньше кто-то сказал,
что я буду говорить тосты у нее на свадьбе,
не обижайтесь, но я бы решил, что
этот человек, мягко говоря, не в себе.
И что мы сейчас имеем:
не прошло и нескольких месяцев,
а та противная медсестра мне уже
кажется нереально красивой и милой,
и все вокруг ее любят.
- И я тоже.
Как это произошло, спрашиваю я вас!
Что стало причиной чуда?
Всего лишь любовь, величайшая из волшебниц.
Вдруг появился некто, что-то шепнул,
в чем-то убедил,
чем-то ее покорил,
чем-то ее вдохновил,
и она, внимая его голосу,
была способна
прислушаться к нему,
совершенно при этом изменившись,
себе и нам на радость.
А так и другой человек смог, например,
изменить сына по своему образу и подобию,
А кто-то иной смог поддержать
или изменить еще кого-то.
И вот, глядя на все эти перемены,
я стою здесь, полон восторга,
волнения и абсолютного потрясения.
Признаюсь однако, что с еще
большим нетерпением жду момента,
когда и ко мне наконец-то
приблизится или снизойдет некто,
кто превратит небрежно
одетого, стареющего врача
с плохими манерами в приятного, галантного,
всегда тщательно выбритого
"арбитра элеганциарум",
который украсит собой любое
место, где бы ни появился.
(аплодисменты)
Итак, позвольте мне
выпить за здоровье тех,
кто появляется рядом с нами, чтобы
изменить нас в лучшую сторону. За них!
Старому черту - пекло в награду!
Подождите! Вы что, хотите
лишить нашего заведующего места?
Места заведующего - нет,
только места возле вас.
Старею. Мои тосты становятся все длиннее,
и все больше начинают мне нравиться.
Мне тоже нравятся,
с одной оговоркой.
- Да? Районный фельдшер критикует профессионалов?
- Пардон.
Добрый день.
Друзья, не знаю почему
еще не дали слово
нашему бригадиру Йозефу Вандасу,
но мы исправляем ошибку.
- Моя милая невестушка!
- Как это твоя?
- Пардон. Наша милая невестушка!
- Подожди, как это наша?
Я не знаю, что со мной творится.
Твоя милая невестушка!
Снова звучит странно, ну да ладно.
Моя милая невестушка, мой
милый жених, дорогие гости.
(смеется)
- Посмейся, в последний раз можно.
Пан доктор Штросмайер
произнес здесь об одном из нас,
о Вашеке Зяблике, много замечательных слов.
И я бы хотел,
чтобы этот медико-монтерский брак,
если можно так выразиться,
был счастливым. Очень бы хотел.
Послушайте меня.
Мы все считаем вас, врачей,
необыкновенными людьми.
Мы знаем, что вы хорошо разбираетесь
в устройстве нашего тела,
а иногда и души,
и этим нас держите в своей власти.
Еще мои бабушка и прабабушка
имели такой респект к врачам,
что верили, если они вытрут
нос докторским халатом,
то их перестанет мучить насморк.
Я в это уже не верю, я даже знаю,
что насморк без лечения проходит за неделю,
а с лечением только за 7 дней.
Но мне, работая в разных местах, довелось
с некоторыми "айболитами" познакомиться.
И должен сказать, что они такие
же грешные сосуды, как и все мы.
Неужели...
Но могу также сказать, что когда с кем-то из нас происходило несчастье,
то все отодвигалось в сторону,
а нам оказывали помощь так долго,
пока мы не выкарабкивались из беды.
И я понял, что это у них не просто так,
это у них сидит глубоко в крови,
ну, может, еще и благодаря
той их клятве тоже,
главная заповедь которой -
помогать больному.
И именно поэтому все мы,
простые ремесленники,
испытываем к ним
такое безграничное уважение.
Позвольте мне теперь,
после всех благодарностей,
поднять тост за невесту
и жениха. Здоровья и счастья!
(аплодисменты)
- Покидаете нас? - По мне заметно?
- Очень.
- Чувствую, мне надо уже идти.
- А, Тыниште!
Ну так отпустите уже меня!
- Я думал о вас ночью.
- И до чего додумались?
Уснул, к счастью.
Но, возможно, вы и правы.
- Спасибо. Я знал, что вы меня наконец благословите.
- Я этого не сказал.
Но придержите там место для
одного ортопеда-грубияна.
- Ну, пока вы выйдете на пенсию, где ж я-то буду...
- Вы?
Вы там будете до ста лет!
Вас будут вносить в избушки к пациентам,
и прикладывать их грудки к вашему уху,
потому что если вы сам над ними
склонитесь, то тут же уснете.
(смех)
Никогда еще не видела,
чтобы ваш отец так смеялся.
А знаете, что и я тоже?
Но в Тыниште он повеселел.
Чему ты так смеялся?
Доктор Штросмайер живо и красочно
описал закат моей жизни.
Но теперь я бы хотел
незаметно исчезнуть.
- Ты можешь заехать со мной к нам?
- А можно я еще немного побуду здесь?
Конечно. Я пока дома упакую кое-что.
- Знаете, почему я отправил его вперед?
- Не знаю.
Хочу вас попросить стать
моим гидом в незнакомом городе.
В городе, где я едва прожила 20 месяцев,
а вы прожили двадцать лет?
Проведете меня?
Только сначала
попрощаюсь с невестой.
- Марточка, я иду попрощаться.
- Вы уже уходите?
- Удачи вам, и счастья в жизни.
- У вас дежурство, да?
- Что-то в этом роде.
- Посмотрите на него, он прекрасен, правда?
- Мне тоже нравится.
-Это вы о характере, а я о его лице.
- Он так похож на Роберта! - На кого?
- На Редфорда. - Редфорда?
Ну да. Ну, подбородок и нос
не очень, но его глаза...
Знаете, вот вы сказали, и
мне тоже теперь так кажется.
- Правда ведь? Это я в нем обнаружила.
- Ну пока, Марта, я побежала. - Пока-пока.
- Пока. - Куда спешишь?
- Хочу еще немного пройтись.
Да, я так и понял.
- Альжбета, знаете ли вы, что такое
целительная любовь? - Не знаю.
Это, например, моя дочь
и доктор психологии Штерба.
- Он имеет на нее такое влияние?
- Наоборот.
Он со мной поделился,
что она излечила его от сплина.
- Понимаете?
- Стараюсь. А вы?
Я понимаю, но мне
слишком утомительно
даже наблюдать за этим.
- Приветствую вас в нашем доме, пани коллега.
- Благодарю вас.
Если бы я был склонен
к символизму, я бы сказал,
что вы стали свидетелем
смены караула на Совьем граде.
К сожалению, мне пора ехать.
За нас там дежурит врач из Быстрице,
было бы нехорошо ее слишком перегружать.
За нас, скрипя зубами,
дежурит сейчас хирургия.
Желаю вам счастливого пути.
- Спасибо вам. И до свидания.
- До свидания.
Судя по тому, что мы загрузили,
ты не собираешься возвращаться.
- Ты ожидал чего-то другого?
- Какое-то время да.
Только недолго.
Папа, я хотел бы тебе сказать...
Вернее, хотел поблагодарить
тебя, или объяснить,
что знаю, сколько
всего ты сделал для меня.
- А знаешь, сколько сделал для меня ты?
- Я для тебя?
Вот видишь. И я тоже знаю.
Ты вернул мне все то,
что я давно считал потерянным.
Понимаешь?
А теперь беги к ней, невежливо
оставлять даму одну.
Не волнуйся, не оставлю.


Серия 14

Прежде чем продолжить просмотр очередной
серии "Больницы на окраине города",
припомним, в каких ситуациях
мы оставили наших героев.
Доктор Штросмайер на несколько
дней становится заведующим ортопедией.
Не теряя времени, он приглашает
из Тыниште обоих Сов, отца и сына.
Старшая сестра Яхимова
скандалит с сестрой Гуньковой.
Заведующий Блажей
возвращается к семейному очагу,
а Ина мирится с Романом.
Отношения между доктором
Краловой и доктором Ржегоржем
заканчиваются далеко не радужно.
Альжбета нехотя становится
тому виновницей.
Неожиданно старый заведующий
возвращается в свою больницу,
и у его сына появляется
надежда на работу в ней.
Все герои встретятся на свадьбе
Марты Гуньковой и Вацлава Зяблика.
Доктор Штросмайер отпускает всем грехи
и развлекает присутствующих
своими философскими излияниями.
В тот же день старый заведующий
возвращается на работу в провинцию.
Карел поблагодарил отца за свое спасение.
Похоже, как ясный день,
что в Совьем граде он
недолго будет жить один.
(свадебная музыка)
Господин депутат, позвольте
представить вам жениха,
доктора Карла Сову, и невесту,
доктора Альжбету Ченькову.
Жених и невеста осведомлены
о своем состоянии здоровья,
а также отсутствуют причины,
препятствующие заключению этого брака.
Жених и невеста будут пользоваться
общей фамилией Сова.
Спасибо вам.
Дорогие жених и невеста,
позвольте мне поприветствовать
вас в этом свадебном зале,
куда вы явились в сопровождении
своих близких и друзей.
(музыка)
Уважаемый пан жених,
милая пани невеста.
Не можете себе представить,
как я сегодня ночью ломал себе голову
над тем, что бы я мог вам пожелать.
Что пожелать жениху я, в общем-то, знаю,
потому что он уже был
женат и легко поймет,
что я, старый, но так и не прирученный
муж, плохих советов не дам.
Но что сказать этому прекрасному созданию,
которое вступает в этот туннель, называемый
замужеством, совершенно безоружной?
- Я вовсе не чувствую себя безоружной.
- Что ей пожелать?
Пожелать ей мужа, который
всегда будет любить ее и только ее?
Я не совсем уверен, что
это какое-то особое счастье.
Наоборот, - те, кто иногда бывают
неверны, потом стараются изо всех сил,
а примирение, поверьте мне,
это упоительная вещь,
это тоже одно из проявлений любви.
Пожелать ей мужа бесстрашного,
честного, справедливого?
Я сомневаюсь, что с таким
человеком вообще можно жить.
В то время как с мужем, вечно
покрытым испариной страха,
нуждающимся в охранном крылышке и помощи...
- Это я!
О, это женщину окрыляет!
Я дал в своей жизни нескольким
женщинам такую возможность,
и должен сказать, что все
они были весьма довольны.
И, в-третьих, должен ли я
пожелать ей успешного мужа?
Нет, нет, нет! Во имя
бороды пророка - нет!
Это самое страшное,
что может быть.
- Я бы не пожелал этого своему злейшему врагу.
- Я тут!
Успешный муж абсолютно бесполезен.
Он приходит домой уставший,
рассеянный, выжатый,
даже если он смеется, то неустанно
думает, не повредит ли ему это,
а когда его короткой карьере приходит конец,
а тот приходит почти всегда,
он ужасно удивляется, что его жена
занята спешными поисками другого везунчика.
Господи, так какого
же мужа мне хотеть?
Моя дорогая, ответ прозрачен,
как вода в лесном роднике.
Для того чтобы женщина
достигла полного расцвета
душевных сил и телесной красоты,
ей нужен муж слегка
неверный, немного трусоватый,
немного неудачник, средне успешный,
- просто такой,
как мы все, здесь сидящие.
Простите, простите!
За исключением Совы-старшего.
Заметьте, пожалуйста,
все идет к тому,
что он рискует остаться неженатым.
- Или я не прав?
- Думаю, правы.
- Жалко, у меня для вас есть две прекрасные партии.
- И у меня!
А мы с паном заведующим
потом поделимся ими, да?
А сейчас позвольте мне
от всего сердца выпить за этот
счастливый и веселый брак. За вас!
Живите долго!
Вы заметили, как похорошела
Альжбета? Она не беременна?
- Спросите ее сами.
- Ну еще чего!
- А ты? - Что я?
- Ну а ты с этим как?
Не переживайте,
мы над этим работаем. Да?
Я давно тебя не видел.
Ты уже не живешь в общежитии?
- Давно не живу. А ты?
- Я живу в пустоте.
- Что это значит? - Я живу в одном месте,
но хочется жить в другом.
- В каком другом?
- Я подал заявление на работу в Африке.
- Тебе здесь холодно?
- Очень. И хочется испытаний трудностями.
Перерыв в еде, у всех долиты бокалы?
Настает момент следующего
тоста, папина очередь.
- Почему я? - Именно вы, как старейшина
рода ортопедов.
Не верьте что кому-то
интересны слова стариков,
это мы себе так внушили.
- Камень в мой огород.
- В ваш я бы никогда не дерзнул.
- Но Карел хотел что-то сообщить нам.
- Да?
Действительно. И почему мне,
старому козлу, нравится,
что люди смеются когда я говорю?
Карел, вставайте, вам слово.
- Уважаемые друзья, я...
- Занял он серьезную позицию.
Я хочу вам сказать, что счастлив
от того, что вы приняли меня к себе,
и что я могу с вами работать.
- Он что, в любом положении такой серьезный?
- Спасибо вам.
Ну, милый мой,
будь вы скаутский массовик - не заработали
бы себе даже на сухую корку.
- Бетушка, договорите уж за него.
- Но мне к этому почти нечего добавить.
Разве что это: я здесь,
в Бору, чувствую себя так,
как будто бы родилась
здесь, и очень рада,
что извилистые пути
судьбы привели сюда и Карла,
и что благодаря вам всем
именно здесь, и именно сейчас
он попробует заняться научной работой.
- Не может быть!
- Может. Уже начал в клинике,
и несколько экзаменов для
кандидатской сдал,
и, кроме того, нашел отличную тему
для собственной научной работы.
А что значит эта "кандидатка"?
Лычки чтоль на погонах пришьют?
Это ужасно важная вещь, глупыш.
Во-первых, ему повысят зарплату, ясно?
Во-вторых, начнет
чувствовать себя важнее других,
а в-третьих, может паковать
чемоданы обратно в Прагу,
ездить по конгрессам, писать книжки...
Короче, перестанет быть
обыкновенным фельдшеришкой,
которому можно сунуть две-три сотни
чаевых за операцию. Ваше здоровье!
- Вам это кажется разумным?
- Что?
То публичное заявление
об ученой степени.
Думаете, Блажея это задело?
Даже если так, Блажей не посмеет
ему подставлять подножки.
Его грешная совесть этого не позволит.
Совесть - субстанция
весьма эфемерная.
А грешная совесть -
вообще летучее вещество.
Появится, слегка навоняет и исчезнет.
- Вот здесь я и живу.
- Сколько с меня? Спасибо.
- Ты с ним не поедешь домой?
- Я тебя еще провожу.
- А как дела у Элишки?
- Ну как.
Ходит в детский сад и
учит первые ругательства.
- Да что ты, какие?
- Лучше не спрашивай.
- И что ты с этим делаешь?
- Пытаюсь перевести их на чешский язык.
- Спасибо, что проводил. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
- А могу я ее увидеть?
- Элишку? Прямо сейчас, ночью?
- Я думал, еще не так поздно.
- Уже поздно.
- Прости, спокойной ночи.
- Спокойно ночи.
- Господи, какое облегчение.
- Ну иди.
Ох, дождался наконец.
- Спокойной ночи.
- Пока, спокойно ночи.
- Я хотела сказать, что с первого числа ухожу на пенсию.
- Я знаю.
Так я подумала, если
бы вы решили завести ребенка,
- я смогла бы помогать его нянчить.
- Нам еще рано об этом думать.
Как это рано? Ведь Роман ни о чем
другом не говорит последнее время.
Спокойной ночи.
Тебе не кажется, что заведующий,
в отделении которого работает
врач с высшей ученой степенью,
чем у него самого,
выглядит слегка комично?
- Добрый день, пан заведующий.
- Добрый день.
Пан заведующий, я слышала,
меня уведомили...
- что скоро буду назначена старшей сестрой.
- Да, верно.
Значит, да. А не могли вы мне сказать,
когда это будет, чтобы я могла подготовиться?
- А к чему?
- Ну, закуски там, вино... к приходу директора.
- Директор не придет. - Как это?
- Что бы он здесь делал?
Но ведь он всегда в таких
случаях приходит, нет?
Это абсолютно лишнее
для подобных мелких акций.
А можете мне сказать, когда
случится эта мелкая акция?
- Где-то на будущей неделе.
- Ага, спасибо.
Соберите всех для
клинического обхода!
- Есть. Мне тоже явиться?
- Можете. - Клинический обход...
- Как тебе удалось меня остановить?
- Нажала кнопку, он и послушался.
Ты прямо любимица фортуны,
что захочешь, то и случается.
А кого это я видела, кто отвозил
тебя домой с моей свадьбы?
- Надеюсь, ты ничего такого не подумала?
- Я? Моментально. - После всего, что было?
- Заново обретенные радости самые сладкие.
- Только не для меня.
- Добрый день, Дана! Привет, Альжбета.
- Приветик!
Не смотри так, я же сказала - не для меня.
- Внимание, поторопитесь, обход!
- Уже бегу!
- Добрый день.
- Добрый день.
Пациентке 15 дней назад сделана
операция крышки вертлужной кости,
объективных и субъективных осложнений нет.
- Боли есть?
- Нет, пан заведующий.
Пациентка десятый день
после операции мениска,
был небольшой экссудат в колене,
после пункции все снова в порядке.
Скажите, пожалуйста, пан заведующий,
когда меня пустят домой?
- Вы информировали пациентку о её состоянии?
- Да.
Значит, вы в курсе.
- Да, но нельзя ли как-нибудь пораньше?
- Нельзя.
Добрый день.
Пациентка после операции
цервикокапитального эндопротеза,
жалобы на постоянные боли
и проблемы при движении.
- Очень болит, пан заведующий.
- А что у вас болит?
Здесь, внутри.
Сустав весь огнем горит.
- Когда была операция?
- Восемь недель назад.
Покажите мне снимок.
Операция была успешной,
положение протеза правильное.
Попробуем вам помочь.
Та операция была неудачной.
- Но снимок...
- Показывает поротическую кость.
А головка суставного протеза
слишком глубоко погружена.
- Что за спектакль он тут устроил?
- Дорогая Альжбета,
сложно возражать тому, кто прав,
как и возражать власть имущим,
а здесь мы имеем и то и другое.
- Добрый день. Могу я вас подвезти?
- Вы очень любезны, но боюсь, что нет.
- Почему? - Потому что я не еду
в цивилизованном направлении.
- А куда же вы едете?
- В какое-то... Тыниште.
- Ну вот видите. И я тоже туда еду.
- Да бросьте...
Я Сова, а вы доктор Фастова,
если не ошибаюсь.
Не ошибаетесь.
- Вы и вправду Сова?
- А что в этом удивительного?
То, что вы не производите
впечатления неудачника.
А почему я должен его производить?
Когда врач оказывается на закате
карьеры в каком-то там Тыниште,
что, мягко говоря,
можно назвать задницей мира,
то ничего иного
о нем нельзя подумать.
По крайней мере,
я и есть неудачница.
Расскажите мне,
как вы туда попали?
- Это долгая история.
- То есть, развал в семье, как и у меня.
Муж нашел себе киску, хоть и дуру,
но с красивой грудью,
так я ему предложила
сматываться из дому.
Но он решил остаться, и
притащить ее в нашу квартиру.
Тогда я хотела договориться с детьми,
чтобы они помогли мне выгнать его,
но они мне сказали,
что он им совсем не мешает.
Еще бы он им мешал. Сына
подкупил карманными деньгами,
а дочери разрешил по
ночам таскать к себе парней.
Тогда ушла я.
Противная история, правда?
- Вы развелись?
- Нет, зачем?
- Ну, если вы смирились с ситуацией...
- Абсолютно.
Не знаю как вас, но меня
в этом Тыниште и похоронят.
Вот обживетесь тут, обязательно
оцените здешнюю красоту.
Моим прокуренным
легким это уже не поможет.
- Приветствуем вас, пан заведующий.
- Я привез вам помощницу.
- Это доктор Фастова.
- Вероника. - Фастова.
Черт побери, наш дом теперь
будет называться "У трех девиц"!
- Добрый день.
- Добрый, добрый.
- Привет, Ина. - Добрый день.
- Вот это к нам гости!
Писаная красавица, но черт ее знает,
что носит она внутри сердца своего.
Хотя, тут и сам о себе
иногда мало что знаешь.
- Привет, Марта.
- Привет.
Угадай, к чему я сейчас
так быстренько готовлюсь?
- Тебя назначат старшей медсестрой.
- Откуда ты знаешь?
А, ну да, ты знаешь, это же
твоя свекровушка отчаливает.
Я так ждала этого дня,
чтобы все ей высказать,
а главное, как высказать.
Но знаешь, что я решила?
Что я буду выше этого.
Я буду к ней добра и великодушна.
Как думаешь?
- Марта, возьмешь меня обратно?
- Что? Куда? Сюда?
- Так возьмешь?
- Ну...
Но ведь тебе пришлось
уйти из-за Блажея, нет?
- Из-за свекрови.
- Это тоже, но главное... Да?
Девочка моя, Блажей
никогда это тебе не подпишет.
Знаешь почему? Из-за своей женушки.
- Ну позволь мне хотя бы помогать в ночные смены.
- В ночные...
Марта, все уже собрались,
иди повышаться над нами.
Уже бегу. А что Роман?
Роман не будет против?
- Он ничего не скажет, если у нас будет ребенок.
- Так ты ждешь ребенка?
Нет, еще нет.
- Так когда я смогу приступить?
На следующей неделе? - Что? Нет.
Подожди, мне пора. Позже.
- Добрый день
- Добрый день.
- Добрый день.
- Добрый день, пани доктор.
- Много уколов сегодня?
- Много, пора начинать.
Тогда приготовьте перевязки,
затем уколы, потом пациенты.
- Но мы так не делаем...
- Меня это не интересует.
Извольте поступать так, как я сказала.
Я работала со многими
врачами и заведующими,
и все были мной довольны,
позволю заметить.
А я от себя хочу заметить,
что я за свою жизнь уничтожила
больше медсестер, чем любовников,
а их у меня было немало.
Почему у вас ведро так далеко?
Вы мазюкаете тут грязной тряпкой!
- Старшая сестра!
- Слушаю!
- Захватите те снимки на утреннее совещание.
- Будет исполнено. Да.
Вечером провели репонацию
сломанной лодыжки и наложили гипс.
Обработали три рваные раны.
У молодого Чапа кровоточил
послеоперационный шов, мы подвязали.
У бабушки Хейдовой была температура 37,5. Все послеоперационные в порядке, все в норме.
У кого-нибудь есть вопросы? Спасибо.
- Сестра, подайте снимки коллеге Сове.
- Да.
Пожалуйста.
- Это та цервикокапиталка?
- Да, это она.
Похоже, что кость действительно
слишком рыхлая,
и головка протеза
погрузилась еще глубже.
Похоже. Что вы об этом
думаете, пан коллега?
Я бы пока подождал с радикальными
мерами, облегчил бы бедро
и начал бы рекальцинацию.
Вы предлагаете решение,
но не мешало бы задуматься над тем,
почему дошло к этой ситуации.
В принципе, у нас было три варианта.
Либо попытаться провести реконструкцию
и заштифтовать сломанную шейку,
- однако известно, что послеоперационное
восстановление было бы слишком долгим. - Верно.
Либо мы могли пойти сразу
на тотальное эндопротезирование,
однако, при операции такой сложности...
Что?
Обыкновенный цервикокапитальный
эндопротез оказался...
Подожди, кажется Арношт думает,
что операция была проведена плохо.
Не плохо, она не должна
была проводиться вообще.
- А что должно было проводиться?
- Тотальное эндопротезирование.
Ведь рекальцинация с растяжками
ничего не исправят.
Эндопротез в качестве конечного
решения мы тоже рассматривали.
Рассматривайте это
как первое решение.
Попрошу вас соблюдать
рекомендации.
Пока это не запущено,
но может обостриться.
- Спасибо, пан заведующий. До свидания.
- До свидания.
- Много там еще у нас?
- Вы же этого не допустите, правда?
- Чего не допущу?
- Чтобы я работала с доктором Фастовой.
Я об этом еще не думал.
Вам ведь Трохтова говорила,
что они на ножах,
что она с ней долго не выдержит.
И что вы ей на это сказали?
Что переведете меня к ней.
А вы бы не хотели
помочь коллеге Фастовой?
Я убедился что она,
хоть и своеобразная дама,
- но как врач весьма квалифицирована.
- Это я знаю.
- И потом, вы не будете с ней конфликтовать...
- Это я тоже знаю.
- Так в чем проблема? Ну?
- Ни в чем.
(стук в дверь)
- Да?
Добрый вечер, пан заведующий.
- Добрый вечер.
- Звонят из приемного, там серьезная травма.
Прошу.
- Как это случилось?
- Он наехал на меня с ножом.
Я не понял что это, и хватанул.
Пошевелите пальцами!
Это будем шить у нас. Пойдемте.
Ну, хочу вас здесь
видеть завтра в полдень.
- До того времени рука должна
быть в покое. Понятно? - Да.
И по возможности,
держите ее так над головой.
- До свидания.
- До свидания.
- К кому мне надо записаться?
- К пану заведующему Блажею.
(звонит телефон)
- Слушаю.
- Это я. Искала тебя полчаса назад.
- Я зашивал рану.
- Мне сказали.
- Я достала летние путевки на море. Ты рад?
- Да, ты молодчина.
- Будешь еще работать?
- Нет, у меня уже голова болит.
- Так выпей таблетку и ложись. Может,
тебя оставят в покое. - Может быть.
- Так спокойно ночи.
- Спокойной ночи.
Я говорила, чтобы все стекла
мылись. Почему не сделали?
Завтрак! Стоп! Опять задержка.
Минута тринадцать секунд.
Не оправдывайтесь,
я каждое утро стою здесь с часами.
Что это такое? Это детское
отделение? Чей ребенок?
- Мой. - Что он здесь делает?
- Хотела показать девочкам.
Быстро показать и исчезнуть!
- Новая Яхимша. - Еще хуже.
- А еще сама на нее гнала, бабища.
К сожалению, еще молодая бабища.
- Что? Какая бабища?
- Да Форейтова из четверки.
То, что у вас теперь в помощницах
один умирающий лебедь,
не означает, что вы будете ползать,
как в замедленном фильме.
Что это такое!?
Сигаретки, кофеек? Вон!
Пока я здесь, будет
вестись война никотину.
Добрый день, пан заведующий.
Я тут к дисциплине приучаю.
- У вас не хватает людей на ночные дежурства?
- Да. То есть, нет.
Две девочки болеют,
одна в положении,
так я одолжила старых
проверенных работниц... Вот.
- Привет.
- Привет, добрый день.
Идешь как раз вовремя.
Подпиши план операций
на следующую неделю.
- Это та реоперация по цервикокапиталке?
- Да.
- Что ты там черкаешь?
- Убираю твою ассистенцию. Беру это сам.
- Всем доброе утро.
- Добрый день.
- Семейство, у меня с утра плохие новости.
- Что случилось?
Блажей отстранил меня
от реоперации и записался сам.
- Это что, выражение недоверия?
- Совершенно верно.
(клаксон автомобиля)
Чего дуришь? Что происходит?
С ума сошел?
Сошел. Я тебя жду.
Поедем за Элишкой в садик?
- Я-то еду, а тебе зачем?
- Но ты же разрешила на нее посмотреть.
Не помню такого.
Когда я тебе об этом спросил,
ты сказала: "Сейчас, ночью?"
Из этого логически вытекает,
что днем ее увидеть можно.
Садись давай, я и
правда очень хочу ее увидеть.
Эли! Эли! Я ужасно по тебе соскучился!
- Я по тебе тоже. - Тоже?
- Я тоже.
Залазь в бочку, я на тебя рыкну.
Гафф! Иди сюда, я тебе что-то покажу.
У меня новый зуб, вот! Железный.
Старый у меня выпал,
а новый не вырос.
Так куда мы отправимся?
Пойдем к вам домой, навестим игрушки?
- Считай, что я через дочку добиваюсь тебя.
- А не поздновато ли?
Эли, игрушки мы навестим
в другой раз, сейчас у меня нет времени.
Вылазь. Видишь, как бывает:
то я не могу, то твоя мама...
Возможно, мы еще договоримся,
и у нас обоих появится время.
Тогда пока.
Пока, Дана. Всего хорошего.
- Ты говорил с ним? - С кем?
- С Арноштом. - Нет.
- Почему нет?
- Да я и не знаю о чем с ним говорить.
- Об этой его ассистенции.
- Он имеет на это право.
Но еще никогда не менял
план Штросмайеру, и вдруг такое...
Но он имеет на это право, верно?
Прости, но я воспринимаю это
как уступку с твоей стороны.
Возможно это и уступка,
но небольшая.
Неужели человек
не может сообщить открыто,
что хочет заниматься наукой,
достичь чего-то.
Ты ведь делаешь это не для себя,
это принесет пользу всем -
больнице, пациентам, тому же Арношту.
- Так почему ты должен делать это втихую, тайно?
- Потому что речь идет о Блажее.
- Тогда с ним поговорю я.
- Вот этого точно не нужно.
Но если ты не хочешь, то я должна.
Но я могу защитить работу только
с одобрения своего шефа.
Он должен это подписать?
Без него невозможно подать
заявление на допуск к защите диссертации.
Пойдем ужинать.
- Удачи, и пусть ночь пройдет спокойно.
- Спокойной ночи.
Я все равно разорву Гунькову за то,
что она посылает тебя на ночные смены.
- Нам же нужны деньги.
- Ну, хорошо.
- Но лучше я буду брать дополнительную работу.
- Как хочешь.
- Пожалуйста.
- Пожалуйста.
- Простите.
- Не извиняйтесь.
- Лучше ответьте мне на один вопрос.
- На какой?
- Ина снова работает у нас?
- Нет, она только помогает в ночные смены.
Ну вот! Почему я такой невезучий?
Почему у меня нет ночного дежурства?
(стук в дверь)
- Хотите кофе?
- Нет, спасибо.
- Хотите, я перекрещу вас?
- Почти готова.
- Это не первая ваша тоталка и не последняя.
- Но очень важная.
Могу вас уверить, что если вы сделаете все хорошо, Блажей это оценит.
- Даже стоя на тропе войны?
- Да, я его отлично знаю.
Нам уже пора.
Не слишком ли он переживает?
(музыка)
Вы только посмотрите, та головка
чуть не провалилась в таз.
Хорошо еще, что мы это вскрыли.
Давление понижается,
дайте ей отдохнуть.
Это старый протез,
очень трудно выбить.
Слишком сильно кровит.
(музыка затихает)
Отмените следующие операции,
эта была вдвое дольше обычного.
Я там наверху еле выдержал,
кому приятно такое слышать!
Вы что-нибудь понимаете? И это
единственная оценка такой работы.
Я не слишком люблю поговорки,
но одна так и просится на язык.
- Какая?
- Кому надо собаку бить, тот и палку сыщет.
Тебе это кажется смешным?
- Что с вами случилось?
- Ничего.
Просто в приличной форме напросился
на пощечину, и таки получил ее.
И еще: вы должны решить вопрос
о вашем пребывании в отделении.
- Каком пребывании?
- Как известно,
члены одной семьи не могут
работать в одном коллективе,
поэтому вы или вы должны в ближайшее
время перевестить в другое место.
Прошу своевременно
дать ответ о своем решении.
Да... Сегодня нам еще только
не хватает чесотки и ветрянки.
У Яника Лебеды сыпь,
боюсь, что это ветрянка.
Ну, что я говорил!
А я что-то чесаться начинаю.
(стук в дверь)
- Да!
- Привет. - Привет, Инуля.
Посмотри, что я тут придумала.
У каждой девушки
будет кружочек своего цвета,
я гляну одним глазком и сразу вижу,
у кого ночная смена, кто
дежурит в субботу и в воскресенье.
- Классно, да?
- А мне когда дашь дежурство?
Девочка, я тебе скажу
пряменько в глазки, да?
Так вечно не может
продолжаться, люди могут заметить,
а у меня здесь достаточно
ответственная должность, так что...
- Но между мной и Арноштом ничего нет.
- Как нет? - Нет.
- Ты хочешь сказать, что вы с ним не... не дружите?
- Нет.
- И вы ни о чем не договаривались?
- Нет.
- Ну так... Ой, что я делаю?
- Так ты дашь мне дежурство?
- Ну, тогда...
- Тогда может, послезавтра?
- Ну, давай послезавтра.
- Спасибо.
Послезавтра.
Послезавтра вторник. Ай...!
Пан коллега, приветствую вас у нас!
Я уже думал, что вы не появитесь.
Я не мог поверить,
что это действительно здесь.
Мы играем здесь 38 лет,
по крайней мере я, но есть и такие,
кто вскоре будут праздновать
"золотую свадьбу" с шахматной королевой.
- Пан инженер, веду вам нового члена.
- Добрый вечер.
- Я уговаривал его четверть века.
- Почти столько же я не играл.
Приветствую.
Я очень много о вас слышал.
В связи с каким-нибудь переломом,
но явно не с шахматами.
- Мне для оценки хватило одной игры с ним.
- Спасибо.
Не хотите для начала
поиграть с нашей Олдришкой?
Вы меня не слишком цените,
предлагая играть в подростковой категории.
Мы не делим игроков
на возрастные категории.
- А Олдришка играет интересно.
Это доктор Штросмайер. - Привет.
- Он хотел бы с тобой сыграть.
- Вы на каком месте таблицы играете?
- Какой таблицы? - Ну, мы составляем такую
таблицу по результатам сезона.
- Ага.
- Олдришка, пан доктор у нас впервые.
- Так вы просто начинающий?
- Почему ты так думаешь?
Если бы вы уже где-то
играли, я бы о вас слышала.
- Ну, я долго играл под псевдонимом.
- Под каким?
Капабланка, Алехин...
Почему именно мне всегда
новичков подсовывают?
Ну, начнем, пожалуй?
У кого белые?
- Ты собираешься работать?
- Да.
Но ты хотел сегодня написать заявление.
Я передумал.
Карел, ты не можешь ему уступать,
тебе его надо написать.
Если ты хочешь чтобы я тебя
уважала, сделай это.
(звучит органная музыка)
(музыка заканчивается)
Ты ради меня сюда ходишь?
Хожу.
Но ты понимаешь,
что это бессмысленно,
что все это кончилось,
и ничего нельзя вернуть?
- Понимаешь или нет?
- Понимаю.
Так что ты здесь делаешь?
Почему ты здесь?
Какая в этом логика? Никакого будущего...
(звонит телефон)
Прошу тебя, больше не бери
ночные дежурства у нас.
Не буду больше.
Сильная боль под грудинной костью.
Или я смертельно болен,
или меня так встряхнула потеря ладьи.
Ребята, что-то мне эта
партия чертовски не нравится.
И это при том, что мы только начали.


Серия 15

Продолжение нашего рассказа о Больнице на окраине города
начинается со свадьбы младшего Совы
и доктора Альжбеты Ченьковой.
Свадьба, на которой собрались старые знакомые,
была праздничной и веселой.
Как сказал бы поэт,
все вокруг залито солнцем.
Но при появлении первых конфликтов,
становится ясно,
что работать под началом
Блажея Карлу будет нелегко.
А защитить кандидатскую
на работе будет еще тяжелее.
Сова-старший приводит
в Тыниште доктора Фастову,
женщину с резким,
но самобытным характером.
Ее приветствует весь персонал,
проявляя чрезмерное любопытство.
.
Марта Гунькова, точнее, Зябликова,
становится старшей медсестрой.
Ина Яхимова просит дать ей
возможность дежурить по ночам.
Блажею это сначала не нравится,
но позже снова поддается ее чарам.
Его жена еще не подозревает,
какие проблемы несет
в ее жизнь это событие.
Сильная боль под грудинной костью...
Или я смертельно болен,
или меня так встряхнула потеря ладьи.
Ребята, что-то мне эта
партия чертовски не нравится.
И это при том, что мы только начали.
Ну дает, черт!
Парень сгреб штаны,
поблагодарил мамашу и папашу,
и в одних трусах и майке
отправился через центр.
Вот это место отныне
и есть моя матушка-кормилица.
(музыка)
- Где ваши бахилы?
- Ага, старшая сестра.
Не заговаривайте мне зубы.
Вы кто такой?
- Ничтожнейший из пресмыкающихся здесь докторов.
- Ага.
Значит, высшее образование
вместо бахил носите?
- И куда же вы пресмыкаетесь? К заведующему?
- Точно так. - Это туда.
Нам по пути.
(стук в дверь)
- Момент!
- Это был пан заведующий?
- Да.
- Он там с какой-то дамой?
- Почему с дамой? У него там доктор Сова.
Ага, значит, я могу войти.
Доброго дня всем,
я ищу пана заведующего Блажея.
Добрый день, подождите минуту за дверью.
Простите. Я доктор Пэтэрка,
докладываю о своем прибытии.
Пан коллега, прошу вас подождать,
хотя бы в ординаторской.
А, вот как. Понял.
Сорри.
Смотрю глазами, у вас тут
порядки как в армии.
- А вы ожидали порядки как в кабаре?
- Ищете ординаторскую? - Да.
- Дверь за вами.
- Спасибочки.
- Привет.
- Привет.
Слышите ушами?
Говорю - дверь за вами.
- Добрый день.
- Добрый день.
Если это ординаторская,
то меня сослали сюда,
чтобы я не мешал каким-то
секретным разборкам.
- Меня зовут доктор Пэтэрка.
- Совова, присаживайтесь.
Напротив заведующего сидит ужасно
серьезный человек весь в поту,
бедняжка выглядит так, как
будто сидит на электрическом кресле.
- Этот потеющий страдалец - мой муж.
- Гм, сорри.
Вы не должны на меня обижаться,
что я так долго медлил с ответом.
- Пришлось поразмышлять над вашим заявлением.
- Я не обижаюсь.
- Это было не так просто, я ведь еще никогда не был рецензентом. - Я понимаю вас.
Я даже ходил к профессору
Халабе из-за этого. Знаете его?
- Только по имени.
- Однако он мою задачу вовсе не облегчил.
- В чем? - Он не уточнил сколько
надо ждать - год, два или три.
Он же такой максималист,
для него и пять лет не срок.
По его мнению, за пять лет ортопед
научится только основам своей профессии.
Но он ничего не знает ни обо
мне, ни о моей работе.
Конечно, поэтому я и не воспринимаю
все его суждения так дословно.
- И вы уже приняли решение?
- Да.
Я думаю, что таких два-три
года будет вполне достаточно.
А через два или три года мы сможем
со всей ответственностью решить,
можете вы претендовать на
кандидатскую степень или нет.
Вы забыли здесь свое заявление.
Пэтэрка.
- Ну что?
- Подождать два или три года.
- Два или три года?
- Тогда только будет видно.
Невероятно. Что ты ему на это ответил?
- Я Сова.
- Я Пэтэрка.
Кажется, я появился
не в самое лучшее время?
- Ничего, выдержать можно.
- Тогда я пошел выдерживать.
Так что ты ему на это ответил?
Как я понял, пан коллега, кроме учебы
у вас нет никакой практики, или она минимальна.
Не совсем, я работал
после окончания каждого курса
- в ортопедическом отделении.
- Я и говорю - минимальная практика.
Значит, начнем с самого начала,
чтобы вы привыкли к режиму
и методике нашей больницы.
- Мне кажется, я справлюсь с этим.
- Потом видно будет.
- Как долго хотите у нас пробыть?
- Около десяти месяцев, потом год армии...
- Ну а потом до самой смерти...
- В случае двусторонней заинтересованности.
- Возьми конфетку, меня угостил
один перелом бедра. - Спасибо.
Я как раз хотела тебе звонить.
В пятницу у тебя дежурство.
- Не буду уже брать.
- Как это? Тебе деньги больше не нужны?
Нужны, но... Я жду ребенка.
Ой! Нет! Да? Ты ждешь малышонка?
А Роман уже знает? А Яхимша?
- Они еще не знают.
- Так я им брякну.
- Нет, прошу тебя, не надо.
- Ну, так нет.
Лучше сама, да?
- Добрый день, пан доктор.
- Добрый день. - Пан доктор, что это...
Ну что? Вы никогда
не видели настоящих красавцев?
- Боженьки мои! Кто вам это сделал?
- Не могли бы мы говорить о погоде?
- Это воспаление надкостницы?
- Да, да, кажется дождь собирается.
- И что врачи говорят?
- Какие врачи? Что врачи?
Вы не знаете, что существуют и другие
врачи, которые лечат зубы?
Это их проблема, у меня
и без того забот хватает.
А мое тельце с одним зубом
как-нибудь само справится.
Представляю вам нашего нового
сотрудника доктора Пэтэрку.
- Войтеха.
- Войтеха.
С доктором Штросмайером вы уже знакомы с утра,
доктор Кралова, анестезиолог.
- Приветствую вас.
- Очень приятно.
- Ну что, первый раз беретесь за расширители?
- Уже успел надержаться.
Пан коллега, вы не знаете,
что нельзя трогать стерильными
перчатками нестерильную маску?
Простите, я неосознанно.
Так в дальнейшем осознавайте.
Сестра, новые перчатки, пожалуйста.
- Доброе утро, подвезете меня?
- Разумеется, садитесь.
Я не случайно там стояла.
Мне нужно задать вам один вопрос.
Сразу предупреждаю, мой муж
не знает об этом разговоре.
Вы можете назвать мне настоящую причину,
по которой вы не приняли
заявление Карла на кандидатскую?
Не существует ни настоящей,
ни выдуманной причины.
То есть, я должна поверить тому,
что проблема только
в недостающем опыте Карла?
Да. Если бы подобное заявление подали вы,
ответ был бы тот же самый.
Только меня постоянно терзает мысль,
не играет ли в этом роль ваша
боязнь потенциальной конкуренции?
В таком случае, хочу уверить, что
ваши опасения напрасны.
- Карел и мыслей не допускает, чтобы здесь...
- Вы не хотите выйти?
- Вы меня выгоняете?
- Нет, просто мы уже приехали.
Ага, простите.
Предложу вам одно решение.
Вы можете остаться в нашем отделении,
а ваш муж перейдет в другое.
Возможно, там ему разрешат
писать кандидатскую сразу же.
Добрый день, пан заведующий.
С прачечной уже все в порядке,
- они неделю не работали, но теперь начали.
- Спасибо.
Еще хотел спросить, с ночными
дежурствами сейчас все нормально?
Что? Да. Что вы имеете в виду?
То, что не вижу в графике дежурств
помощников из других отделений.
Ага. Помощь закончилась,
вернее, от нее отказались.
- С нашей стороны? - Нет, с их стороны.
- Спасибо.
(звонит)
- Добрый день.
- Добрый день, Вероника.
- У вас сегодня закрыто?
- Да, но пан заведующий в саду.
- Что он делает в саду?
- Работает там с доктором Фастовой.
Кто это к нам пожаловал! Чему обязаны таким неожиданным визитом?
Решили проветриться и посмотреть,
- как ты тут садоводствуешь.
- Вероника, организуйте нам кофейку, ладно?
А Блажей назвал конкретную причину, по которой
он не дает добро кандидатской?
Блажей - мой преемник
на посту заведующего в Бору.
- Сколько ему лет?
- Почти сорок.
Он похвалился Карлу, что
советовался с самим Халабой.
- Это профессор из клиники.
- Ну, этого я знаю.
- Кому принести кофе? - Мне.
- Мне тоже. - Значит, три.
- Мне двойной.
- С двойным сахаром.
- А что такого? Пусть тетка толстеет,
верно, девонька? - Значит, четыре.
Кусочков - шесть.
- Что это с ней?
- Что бы было, ревнует.
Но просто кофе не принесет,
будет еще как минимум штрудель.
- А другой причины нет? - Мол, я недостаточно
долго работаю в ортопедии.
Он лишь не хочет, чтобы кто-то
в отделении получил степень,
- в то время как у него самого ее нет.
- Тогда все очень просто.
- Нужно бросить наживку.
- Какую наживку?
- Устроить кандидатскую и для него.
- Блажею? - Разумеется.
Пани коллега мыслит
весьма прагматично.
Так, если Вероника вместе с той кофейной
бурдой принесет еще и штрудель,
то я организую вашему заведующему
рекомендацию на кандидатскую от Халабы.
Он бы мог это для вас сделать?
Мог бы, ибо много лет был моим любовником.
- Пани доктор, разумеется, шутит.
- Вы имеете в виду любовника?
Ну, тут я не могу ничего сказать.
Как говорит моя старая тетя:
я им свечку не держала.
Но против протекции я решительно возражаю.
В медицине талант должен пробиваться сам.
Ну, что я говорила? Штрудель.
- Сегодня испекла.
(смех)
Готово, можно шить.
Оой!
Я уже договорилась в стоматологии.
Можете отправиться туда
немедленно, если не боитесь.
Не провоцируйте меня страхом.
- Вам же страх неведом.
- Наоборот, я боюсь ужасно.
И чем дольше я в этом
ремесле работаю, тем сильнее.
Я позабочусь, чтобы они обращались
с вами очень нежно.
- Да знаю я, мы тут тоже самое говорим.
- Вам сделают местную анестезию!
Еще и это до кучи. Знаете, как я
боюсь местной анестезии?
Говорят, это просто ужас!
- Так я вас тогда усыплю!
- Как? Я не могу смеяться.
Вы могли бы скорее
пробудить меня к жизни.
- А вы серьезно могли бы меня усыпить?
- Ну да.
Хорошо, я посоветуюсь со своим
телом, и дам вам знать.
Пан доктор, пожалуйста,
гляньте на доктора Пэтэрку.
- Он с шитьем не справляется.
- Дать по морде и выгнать!
Пан коллега, я сказал
зашить, а не заштопать.
Получили второго Цваха.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
- Ну что, дети, хорошо себя вели?
- Хорошо.
- Ну, пойдем. Привет. - Привет.
- Что нового?
- Тебе письмо из клиники от Халабы.
- Мне?
- Ничего не понимаю. А ты?
- Думаю, да.
Он предлагает мне начать
работу над кандидатской.
Это я еще понимаю, но почему
при этом обязательно должно быть
сотрудничество еще с кем-то
из компетентных коллег...?
А тебе не кажется, что все письмо
было организовано ради этой фразы?
В смысле?
Что кто-то из Совьего окружения обратился к Халабе с просьбой похлопотать за Сову-младшего.
- Тогда не стану с этим спешить.
- Есть причины?
Разумеется. Ему еще надо
многому учиться в ортопедии.
Я сейчас о тебе говорю, есть ли у тебя
причины отказаться от кандидатской?
Тем более, что у тебя уже
сдано столько экзаменов.
- Но какое отношение это имеет к Сове?
- Думаю, большое.
- Предполагается, что ты ему поможешь.
- И не подумаю!
В медицине каждый должен самостоятельно
карабкаться по скользкой горе вверх.
В таком случае гарантирую тебе,
что ты на свою гору будешь карабкаться
у Халабы с большими проблемами.
- Привет, проходи.
- Я к вам с приглашением.
- На собрание?
- Нет, на бал. Я не могу.
- Буду в Ракоусах. Пойдете?
- Вряд ли. - Что там за вечеринка?
- Это их больница проводит.
- Разве ты не получил приглашения?
Получил, она на столе, но ты же
никогда не ходила на балы.
- Сейчас пошла бы.
- Ну, ясное дело!
Мужчины завяжут галстуки-бабочки,
женщины оголят плечи, и вперед!
Видите, позвоночник
искривляется в левую сторону.
(звонит телефон)
- Наклонись.
Да, здесь.
Пока все не так страшно,
но требуется наблюдение.
- Пан заведующий, вас вызывают в реанимацию, авария.
- Уже иду.
Покажите мамаше корректирующие упражнения
и пригласите на прием через два месяца.
- До свидания.
- Так, мамочка, позвоночник мне не нравится.
Подойдите сюда. Здесь
и неопытным глазом видно,
что позвоночник
отклоняется влево. Видите?
Теперь уже вижу.
Пока все не так плохо, но нужно
совместными усилиями побороться.
- А что делать надо?
- Ничего сложного.
Сестра вот, покажет вам упражнения,
и увидимся через два месяца.
Если хотите, можете подождать пана заведующего,
- он вам все подробно объяснит.
- Я бы подождала.
- До свидания.
- До свидания.
- Зачем вы это ей сказали? - Что?
- Чтобы она подождала заведующего.
- Он ее лечащий врач.
- Но выглядело это так,
будто я здесь коридорный, не умеющий
даже бумажку с картинками подать!
- Добрый день. Простите, что отвлекаю,
но пан заведующий здесь? - Да, там.
(стук в дверь)
Этот рентгеновый усилитель нам
должны были установить уже давно,
и я не понимаю, почему
снова нужно объяснять все сначала.
Пан заведующий, не могли
бы вы прерваться на минуту?
Как я должен объяснять
значимость этого оборудования,
- если они не хирурги!
- Пан заведующий, речь идет о человеческой жизни!
Минуту, я должен
прерваться. Что случилось?
Я Добиашова. Может, знаете: торговля
овощами-фруктами на площади.
И сегодня с ним случилось
несчастье, он упал с грузовика.
Привезли мандарины, он
поскользнулся и подвернул ногу.
Да, открытый перелом со смещением,
готовимся к операции.
- Из-за этого я здесь.
- Из-за чего?
- Кто его будет оперировать?
- Доктор Сова. - А почему не вы?
Сегодня операционный день у доктора Совы,
а у меня другая работа.
- А нельзя это изменить?
- Почему я должен что-то менять?
Потому что...
Поймите меня правильно,
я не хочу, чтобы в нем
ковырялся какой-то новичок.
Доктор Сова не новичок,
и прекрасно сделает эту работу.
Вы понимаете, какую огромную ответственность
берет на себя этот человек?
Напоминать об этом излишне.
На нас эта ответственность лежала
и до того, как ваш муж получил травму.
- Честь имею.
- Тогда отложите эту операцию.
- Открытый перелом не терпит отсрочки.
- Тогда я не дам согласия на операцию.
- Согласие дал ваш муж.
- Да он же на любое смолчит!
- Он что, без сознания или невменяемый?
- Да что вы!
- Тогда все ясно.
- Пан заведующий! - Я уже иду.
А что если спросить этого доктора Сову,
может, он сам откажется?
- Не стоит перед операцией
заставлять его нервничать. - Так...
Я жду, мне нужно дверь запереть.
Прошу вас.
Как бы кому однажды не пожалеть об этом!
Дорогой коллега,
первое самостоятельное дежурство,
это как если бы я вас впервые отпустил
одного в публичный дом.
Я там еще никогда не был.
Жаль, что их у нас нет.
Есть. Только называются по-другому.
Во время ночного дежурства вас
могут ожидать разные сюрпризы,
от серьезной аварии до истерички,
которая не может уснуть.
- С этим я уж как-то справлюсь, нет?
- Осторожно!
Как бы не налететь на субъект
из рядов медицинского персонала.
- С вами такое уже случалось?
- Почему со мной?
Я уже никого не интересую и
не вселяю ни в кого надежд,
но вы, бесконечно молодой
и безгранично холостой...
Короче говоря, романтические заигрывания,
все эти любви прекрасные порывы,
те можете устраивать где хотите,
но только не на ночных дежурствах.
Я как-то... Ладно, не будем об этом.
Послушайтесь моего совета.
Обещаю, что буду
вести себя целомудренно.
А что касается травм, то вот номер
моего шахматного клуба.
Если что, брякните,
и я моментально буду здесь.
- Как же так? Вы не пойдете на бал?
- На бал? Я?! Что мне там делать?
Во-первых, у меня распухло
лицо как у ренессансной девы,
а во-вторых, чтобы полюбоваться парадом
плоскостопий мне не надо облачаться в смокинг
и перекрикивать духовой оркестр,
я это вижу каждый день в приемной.
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
- Добрый вечер, пан доктор.
- Добрый вечер, драгоценная моя.
- У вас ночное дежурство?
- Да.
Мы бросили жребий и я,
разведенная, проиграла.
Остальные идут плясать на бал,
а я и "Цвах Второй" дежурим.
- Зузана, запомните номер 62909. Повторите.
- 62909.
- Вас можно будет там найти?
- Да.
- Если что, незаметно появитесь на проводе.
- Ясно.
- Привет, везу вам аварию, кажется
надо оперировать.- Уже иду.
- Кто сегодня дежурит?
- Доктор Пэтэрка.
- Он что, будет сам оперировать?
- Сказал, что да.
- Добрый вечер, пани доктор.
- Добрый вечер.
- Как это с вами произошло?
- Я налетела на стеклянные двери.
Скорее поздно пришла со свидания,
а папаня ей врезал такой подзатыльник,
что она пролетела сквозь двери.
- Пани доктор, рука не будет сильно порезана?
- А что?
Если останутся шрамы, придется
всю жизнь носить длинные рукава.
Не бойся, все будет хорошо.
Это полный комплект?
Не волнуйтесь.
Справимся и в таком составе.
- Господа и дама! - Уже пришел!
- Лечу, аж сердце останавливается.
- А я уж думал, что вы ускользнете от меня.
- Мне нужно в себя что-нибудь опрокинуть.
Дайте мне рюмашку.
А лучше две, чтобы в себя прийти.
А мы вам соперника
приготовили. Догадайтесь, кого.
Я должен отыграться за
прошлое позорное поражение.
- Вы снова хотите играть с Олдришкой?
- Само собой.
Я приготовил для
нее изысканный дебют.
Юная леди, разрешите
пригласить вас на танец?
Я не сказала Карлу о
необходимости ухода из отделения.
- Но я не говорил, что именно он должен уйти...
- Я помню ваши слова.
- А потанцевать со мной вам велела ваша жена.
- Да.
Ваше счастье, что признались.
До меня донеслось...
Не от Арношта, тот ничего не скажет,
- кое-что о каком-то вашем споре.
- У меня не было с ним спора.
Он просто не подписал
мое заявление на кандидатскую.
- А сколько раз вы его подавали?
- Ну... один.
Но этого недостаточно!
Его нужно долбить постоянно.
Он очень капризный человек, я бы вам
об этом могла часами рассказывать.
Особенно, если за вас такие люди хлопочут из Праги.
Откуда вы знакомы с Халабой?
Я не знаком с профессором Халабой,
и он меня тоже не знает.
Ну да. Наверное.
Может быть, мне позвонить кому надо?
- Заканчиваем! Время? - 40 минут.
- А что, неплохо по-моему!
- А вы все проверили?
- Не волнуйтесь, все так, как и должно быть.
Позвони в ортопедию,
спроси, кто там есть на телефоне.
- Что? Что-то не так?
- Ничего, я просто спрашиваю, куда ее положить.
А развязывать меня кто будет?
- Где же я ошибся?
- Еще на двадцатом ходу.
Карпов сыграл конем на G1,
но вы сделали малую рокировку.
А как ты запомнила, из какой это партии?
Да-да, пан коллега, этот молодой мозг сохраняет
всю информацию, как календарь.
Всю? Снимаю шляпу!
Пан доктор, не хочу беспокоить,
но вам звонят из больницы.
Какое там беспокоить, - это освобождение.
Проснитесь! Как вас зовут?
Рената.
Рената, все хорошо. Но больше
не дефилируй сквозь двери.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер. Что вы здесь делаете?
Я всегда захаживаю сюда после шахмат
слегка развеяться.
Так, покажите. Больно? Очень?
- Да...
А я и не подозревал, что
доносы являются вашим хобби.
- Но это обычная практика.
- У вас, может быть, когда вы начинали.
Хотя сомневаюсь, что вы еще помните
события полувековой давности.
- Пан коллега, вы все проконтролировали
перед тем как зашивать? - Разумеется.
И какие были результаты?
Пани доктор, вас просят вернуться,
будут оперировать снова.
Уже идет.
- Добрый день.
- Добрый день.
Пан заведующий! Я уж и не помню,
когда последний раз вас видела!
- Я тоже не помню.
- Как у вас дела? - Спасибо, хорошо.
Столько свободного времени,
только успевай оборачиваться.
А вы здесь почему? Болит что-то?
Да где там, я здоров
прямо до неприличия.
- Мне тут нужно решить одну малость. Можно?
- Конечно, пожалуйста.
(звонок)
- Желаю доброго дня.
- Здравствуйте.
- Не могли бы вы позвать доктора Кралову?
- Она сейчас не может.
Ничего, я подожду.
Берем левой рукой подбородок,
как человек, не как курица,
большой палец с другой стороны,
правая рука на лоб.
- Осторожно подносим. - Меня уже подносит.
- Ну, это вы умеете.
- Приложить губы, пожалуйста.
- И дуть. - И дуть.
Плохо. Вот видите, и к чему
все эти ваши челки нужны!
- Как следует поверни голову!
- Эй! - Не мешайте, прошу вас, не мешайте!
- Ах, простите, пан заведующий. Ищете кого-то?
- Вас.
Ага, простите, я уже иду.
А ты дуй. И все попробуйте.
И не сломайте его, он у нас только один.
И сильно дорогой, предупреждаю!
- Да, я здесь.
- У меня небольшой вопрос.
Как сейчас обстоят дела с медперсоналом?
С медперсоналом у нас все в порядке.
- Значит, на дежурства людей хватает.
- Хватает.
- И субботние, и воскресные?
- Да. - И ночные?
Так значит, собственно,
помощь нам не требуется.
Ну, разве что...
Возможно, да, только она не захочет.
- Почему?
- Я думала, вы знаете, что...
- Что?
- Ну, что... Нет? Что она...
- Беременна?
- Да.
Слышал краем уха. Ну тогда
конечно, не будем ее беспокоить.
Спасибо, до свидания.
Буду вызывать вас один за другим,
чтобы не было задержек.
- Добрый день.
- Добрый день, пан заведующий.
- Иванка, у нас народу полно,
пойдите, разберитесь там. - Хорошо.
Ты этого ребенка организовала,
чтобы уничтожить меня?
Ну, спасибо тебе за это!
Я долго буду ждать первого пациента?
- Как ваше имя?
- Вртишка.
- Доктор Вртишка? - Доктор Вртишка.
- То есть, заведующий? - Заведующий.
- Пан заведующий, входите!
- Добрый день. - Заходите!
Нет, нет, а то еще занесу вам чего-нибудь.
Мне нужна ваша помощь.
Знаете, у меня есть один хороший
знакомый и, глядя на него,
начинаю замечать некоторые
признаки ангины пекторис,
и вообще, что с его сердечком не все в порядке.
И мне нужно, чтобы вы как-то
ненавязчиво сделали ему ЭКГ.
- Вас он, возможно, послушается.
- Обещаю, что сделаю это для вас.
- О ком идет речь?
- О докторе Штросмайере.
- Да что вы?!
- Понимаете, я иногда играю с ним в шахматы.
И эта одышка, боли под грудной костью...
- Я буду рад, если ошибаюсь.
- Но он никогда ни на что не жаловался.
И никогда не станет.
Но затащить его на ЭКГ
будет непросто, да?
- Ничего, что-нибудь придумаем.
- Поэтому я к вам и обратился.
- Не хотелось бы, чтобы это от меня исходило.
- Не беспокойтесь.
Иначе он больше не придет на шахматы,
а что мы без него будем делать?
- Он так хорошо играет?
- Вовсе нет.
Но он в эти фигурки вкладывает
поэзию, философию и политику...
И это все туда помещается?
- У него - да.
- Это правда, у него - да.
(стук в дверь)
- Да?
- Можно войти?
- Разумеется. Что случилось?
Ничего. Я ходила проверить глазное дно и подумала:
- может, ты поедешь домой пораньше?
- Вполне возможно. - Вот и прекрасно!
Но я должен еще заглянуть
в послеоперационную.
- Тогда я тут позанимаюсь пока.
- Ну ладно.
- Может, сразу в машине подождешь?
- Нет, мне здесь удобно сидится.
- Хорошо, тогда я пошел. Я быстро.
- Пока.
- На звонки можешь не отвечать.
- Да? Замечательно.
(стук в дверь)
- Да?
- А, добрый день, пани! Шефа нет?
- Придет через минуту.
- Можете оставить это здесь.
- Спасибо.
- Какое красивое платьице. Кашемир?
- Да. До свидания.
Йезус-Мария, елки-моталки!
- Что еще?
- Я забыла там кое-что дописать.
- Я хочу посмотреть график дежурств мужа.
- Я вам прочту.
Я что, похожа на неграмотную?
- Это прошлый месяц.
- Ага.
- Простите.
- Достаточно? - Вполне.
Фрактура в идеальном положении,
выглядит в порядке. Другие проблемы?
В операционной не было, но я слышал,
что пани Добиашова устроила
вам концерт из-за меня.
Всегда найдется какая-нибудь пани Добиашова.
Не пускайте ее сюда.
Пан заведующий, я жду вас.
Они меня не хотят пускать.
Это я велел. Операция прошла прекрасно.
Я только что видел пациента и снимки.
А это доктор Сова, которому
вы так категорически не доверяли.
Ну что вы, это не совсем так.
Я просто думала, что
было бы лучше, если бы...
Если бы это делал кто-то другой.
Позвольте откланяться.
Пан доктор, так вы считаете,
что он скоро будет ходить?
Не волнуйтесь, пани, обязательно будет.
Отлично! В торговле без мужичка не обойтись,
а чужого нанимать я бы не хотела.
- Пани Добиашова, до свидания.
- До свидания.
Добрый вечер, пани доктор. Ищете кого-то?
- Доктора Штросмайера. Он у себя?
- Да. Позвонить ему?
Я к нему постучу. У вас на вечер никакой работы нет?
- Нет. А что?
- Ничего, спасибо.
(стук в дверь)
- Открыто!
Ну надо же! Мне приснилось,
что кто-то стучал и разбудил меня,
а теперь вижу, что мой сон продолжается!
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
Вы бессовестно лжете!
Я вам не снилась.
Фигура и лицо были
расплывчаты, это признаю,
но умыслы, с которыми
та женщина ко мне вошла, были те же.
- Чем обязан такой радости?
- Та женщина тоже приходила из-за вашего зуба?
Вот теперь вы меня сурово пробудили.
Только прошу вас, не говорите,
что не пьете вино. Ничего другого у меня нет.
С радостью, спасибо.
- Ну так что? Зуб так и болит?
- Не то слово.
Я несу вам новость,
в четверг можно все сделать.
- Удаление?
- Не знаю, посмотрим.
Вы посмотрите в четверг,
а я это вижу уже целую неделю.
- Вы говорили им насчет анестезии?
- Они согласны делать под наркозом.
- И теперь ржут надо мной, да?
- Вам должно быть все равно.
Вы правы, в определенной стадии боли,
человеку становится все равно.
Я с этим зубом не могу есть,
так хоть выпьем.
Завтра сделаем вам ЭКГ, а послезавтра
будет конец мучениям. Хорошее вино.
Подождите! Кардиограмму?
Врачам это тоже нужно делать?
Вы же знаете, что без этого
я не могу вам дать наркоз.
Только не надо, не надо! Вы просто меня
голым хотите видеть! И это не удивительно!
Как вы меня разоблачили.
Только не так громко говорите об этом!
Так может, прямо сейчас?
Представь себе, младший Сова
не имеет понятия о той протекции сверху.
- Это сути не меняет.
- Не скажи.
Когда такой профессор
протежирует кого-то незнакомого,
- это уже о чем-то говорит.
- Ешь!
- А еще говоришь, что на тебя не давят.
- Так и не давят.
Я не уверена.
Не было бы разумнее подать этому
Сове более существенную надежду?
- Мне пора на дежурство. Спасибо.
- Пожалуйста.
С кем ты сегодня дежуришь?
С Гуньковой или как обычно?
- Пока не знаю.
-Значит, с молодой пани Яхимовой?
Молодая пани Яхимова у нас
уже по ночам не дежурит,
потому что мне сообщили, что она беременна.
Спокойной ночи, дети.
- Тогда пока. - Пока.
- По поводу Совы я еще подумаю.
У меня к вам просьба, коллега.
- Не могли бы вы завтра
прооперировать ту шейку? - Хорошо.
Это может пригодиться для
вашей кандидатской работы, верно?
Такая ведь была тема, если я не ошибаюсь?
"Зависимость срока заживления кости
от формы линии слома
шейки бедренной кости".
- Как далеко вы с этим продвинулись?
- Мог бы дописать за полгода.
- Тогда дописывайте.
- Но мне же не разрешили.
Это был вопрос времени.
При тогдашнем положении
с персоналом было рискованным
позволить вам работать
еще и над кандидатской.
Теперь, после прихода доктора Пэтэрки,
ситуация несколько изменилась.
Но попросил бы вас строго
придерживаться графика операций.
- Этот Халаба отлично подействовал.
- С чего ты взяла?
Это же ясно, доктор Фастова
выполнила свое обещание.
- Мне кажется, ты ошибаешься.
- Так спросите ее сами.
Но она же знала, что я
принципиально против этого.
А я была бы рада, если бы
вы поблагодарили ее от нас.
- Ее нам прямо небеса послали. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
- Хотел бы я познакомиться с этой дамой.
- С доктором Фастовой? - Да.
- Чем она вас так заинтересовала?
- Это первая женщина,
которая обратила свое прелюбодейство
на пользу человечеству и прогрессу.
Из литературы мне это тип знаком,
но вживую встречать не приходилось.
(стучит в дверь)
Это я. Можно на минутку?
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
Представьте себе, моя сноха думает,
что вы таки подключили к делу Халабу.
Это как сказать. Я просто написала письмо,
он его подписал и послал заведующему Блажею.
Почему вы не садитесь?
И зачем вы это сделали?
Вы же знали, что я был против.
Где бы я была сейчас, если бы
делала только то, что хотят мужчины?
Вы действительно сами написали?
А вы думаете, что профессор бы напрягался?
Тот напрягался, когда меня в постель
хотел затащить. И то не очень.
Простите. Я забыла, что вы
не любите разговоры о сексе.
Что интересного вы читаете?
Перечитываю Томаса Вулфа,
"Взгляни на дом свой, ангел".
Он так смачно описывает папенькино
обжорство, что у меня разыгрался аппетит.
Приготовлю-ка я кусок мяса, мне один
мошенник свежатинку принес.
- Составите компанию?
- Не знаю, я так поздно не ем.
Да бросьте, если уж вас
постельные радости не интересуют,
так хоть порадуйте себя приличной едой.
Готово. Могу позвать вас
на кофе? Вина у меня нет.
Ты слышишь? Это ж часики, а не машинка!
А поршни, глянь! Раз-два-три-четыре...
Это же красота!
Аж даже жалко, что завтра
уже нечего будет делать.
Не переживай, я уже для тебя кое-что нашла.
- Не пугай, что такое?
- Только это не совсем работа.
Ты так всегда начинаешь, когда
нужно помыть окна после маляров.
Нет... знаешь, Вашечек, что мне нужно?
- Я бы хотела попросить помочь Ине.
- Подрезать горло свекрови?
- Нет. У нее неприятности.
- Какие?
Вернее, неприятности ей
устроила я. Она беременная.
- Подожди, но это же не ты ей сделала?
- Это - нет, это Блажей, но...
- Она по-любому ребенка не хочет.
- Ну, чем дальше, тем веселее.
- Поэтому она должна пройти спецкомиссию.
- На которую за руку притащит нашего зава.
- Нет, конечно.
- А кого тогда? - Тебя.
- Кого-кого...?!
- Вашечек, ты должен сделать это для Ины.
Ну, Марточка, почему я должен
идти на абортную комиссию?
Что я им там скажу?
Извините, я тут напроказничал ...
Не лучше ли прямо к Блажею пойти?
- Этим бы ты ей не сильно помог, и мне тоже.
- Почему тебе?
- Ты-то с этим что общего имеешь?
- Я ей давала эти ночные дежурства.
- Но они же взрослые люди.
- И мне ее очень жалко.
Тебе ведь тоже ее жалко, правда?
Марточка, на меня
в жизни девчонки не были падки,
а тут я должен играть роль соблазнителя
самой красивой девушки в округе?
- Мне же никто не поверит!
- Вашек, тебе обязательно поверят.
- Кривая кардиограммы не в порядке.
- А что во мне вообще в порядке?
-
- Есть там небольшие ишемические изменения.
- Что вы называете небольшими?
Я думаю, вас должен
осмотреть кардиолог,
но я считаю, что
необходима госпитализация.
Ангина пекторис?
- Когда ляжете в клинику?
- Этого от меня не дождетесь.
Тогда кроме медикаментов, должна
буду дать вам еще несколько советов,
хотя вы и сами лучше меня все знаете.
Прежде всего: не курить,
не пить, не волноваться.
Воздерживаться от нагрузок, легкая гимнастика,
прогулки, ходьба, приседания.
Регулярно и много спать, одному.
Не есть животных жиров,
сбросить вес. Это так страшно?
- Это рекомендации или приказы?
- Приказы.
Если я вас правильно понял,
вы хотели сказать,
- что пришел конец моей буйной жизни.
- Можно так сказать.
Спасибо за прямоту. А теперь
несколько советов от меня вам.
- Советов или приказов?
- Приказов.
Во-первых, о моем состоянии
не пророните никому ни слова.
Во-вторых, молчать не только в больнице,
но и за ее пределами.
В-третьих, все лекарства мне будете давать вы,
на свое имя я ничего получать не буду.
В-четвертых, ни на работе, ни в другом ином месте,
никогда даже намеком не припомните
о том, что я должен себя щадить.
И пятое, вы скажете заведующему Вртишке,
что со мной все в порядке, и он ошибся.
Вртишке? Почему Вртишке?
Потому что я, болван, только сейчас догадался,
что это он вам наябедничал. Обещайте сделать это.
Но почему?
Потому что я иначе не смог бы здесь существовать,
зная, что меня жалеют и щадят.
Но так вы себя обрекаете на полное одиночество
в борьбе за свое сердечко, понимаете?
Так я всегда один и был. А вы нет?
Простите, что вместо поклона не сделал приседание.
- Ржегорш.
- Что ты делаешь?
- Дана, это ты?
- Слушаешь музыку?
- Прямо сейчас - нет. А ты что делаешь?
- Я?
- Я на дежурстве.
- Дана, ты плачешь?
Нет. Мы с Элишкой как-нибудь
позвоним тебе, спокойной ночи.
О, спасибо, юная леди!
У вас как всегда, такое настроение!
Зато у меня сегодня был ужасный день.
Не отчаивайтесь, еще не вечер,
любой день может еще улучшиться.
Или наоборот...


 

////////////////////////////