Доктор Преображенский (3 сезон, 2026 год). Цитаты и фразы из сериала

«Доктор Преображе́нский» — российский телесериал производства студии «Cosmos Studio». Действие сериала происходит в 1966 году. Фильм расскажет о способном пластическом хирурге Льве Григорьевиче Преображенском, мечтающем открыть собственный институт красоты.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Здравствуйте, товарищи!
Вас приветствует вестник Института красоты.
Новый тележурнал, который
будет рассказывать зрителю
о главных событиях из жизни нашей клиники.
Единственной клиники в СССР, где работают
под девизом в красивом теле здоровый дух.
За три года существования института в нём
было проведено более двух
тысяч пластических операций.
Накоплен огромный хирургический опыт.
Однако создатель и главный врач клиники
Лев Григорьевич Преображенский никогда
не останавливается на достигнутом.
Пластические хирурги нашей клиники
регулярно повышают квалификацию,
осваивая самые современные технологии.
Недавно началось строительство
нового корпуса нашего института.
Но, несмотря на это, двери клиники не закроются
ни на один день, и приём будет продолжаться.
Ведь сердца наших врачей,
живущих ради заботы о людях, открыты всегда.
Вестник Института Красоты будет регулярно
знакомить вас с последними новостями.
До новых встреч, дорогие товарищи!
Светлана Геннадьевна!
Разрешите вас подвезти?
Я даже не знаю.
Разве что до метро.
Поплыли?
Тёма ведь у отца сегодня?
Угу.
Вечер наш.
Угу.
Значит, едем ко мне.
За что ж ты, приображенский,
так мою квартиру не любишь?
Твою?
Хорошо, Люсь, но...
Но живу ты в ней, я?
Зато я не люблю, что ты в ней живёшь,
а не в моей квартире.
Лёва, переедем мы, переедем.
Я Тёмку подготовлю.
Ну, просто два года уже.
Давай не сегодня, а?
Просто проведём хороший вечер.
Можем мы?
Нет, мы не можем.
Просто обязан.
Так прекрасно встретиться вновь.
Куда ты?
Подари мне красоту и ещё одну весну.
Ты прости мою мечту, даже если я уйду.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Даже если я улыбаюсь,
я останусь там, где ты навсегда.
Подари мне красоту, я поверю в чудо.
Отыщи мою звезду, за которую
я пойду никуда из себя.
Он бы даже отвернуть не успел.
Зафиксируйте это.
Да зафиксировал я, граждане, тише.
Вот здесь показали, да?
Найдем.
Ну ты как?
Я вызову тебе такси.
Подожди, а тебя что, забирают?
Нет, мне нужно ехать с ним в больницу.
Я с тобой поеду.
Тебе зачем?
Лёв.
Я люблю, когда коллеги людей сбивают.
Приезжаешь на всё готовенько.
Ну, вы, в общем-то, всё верно разглядели.
Бедро, лицо и мелкие гематомы.
Симптомов сотрясения даже нет.
Рентген всё равно делать?
Само собой.
Для уверенности.
Лицо-то она нормально себе распахала.
И не первый раз, кстати.
Увидели, да?
В смысле?
Лицевая кость сломана.
Не сегодня.
А как фамилия?
Рубимская.
Ася Наумовна.
Давайте я уберу вам рубец.
Но перелом с головой кости,
будь он свежий, я бы вправе тут...
Я не могу так больше жить.
Я не могу больше.
Если вы не возьметесь, мне придется уехать.
А это навсегда.
Понимаете?
Я не могу ломать, Асина.
Не могу ломать вам лицо.
Я только хуже сделаю.
Можно сразу везти в психиатрическую.
Все равно милиция туда сообщит.
Зашить могут и там.
Такое лицо уже не испортишь.
Тогда в ближайшую.
Везите ко мне в институт.
И сечём рубец, и будем зашивать.
Скальпель.
Интересно, она нарочно тебя подкараулила?
Что бы именно по твою машину?
Не знаю.
Что говорил девки?
И ты мог её насмерть.
Не знаю, может, она так и хотела.
Ну, и себя, и меня.
За то, что я ей заново лицо не стал ломать.
Вот она, видишь?
Костная мозоль.
Слушай, давай попробуем.
Сломаем.
Аккуратненько.
Должно получиться.
Должно.
А если не получится?
Ну, нельзя же вот так.
Скандачка.
Подготовиться надо.
Долго готовиться?
Месяц, по-хорошему.
И еще не факт, что Минздрав
такую операцию одобрит.
Лёва?
Ты что, ты только сейчас домой собрался?
Нет, я собирался после операции,
но сдуру просил на пять минут отдохнуть и отключился.
Теперь опаздываю в Минздрав.
Подожди, какой Минздрав?
Тебя в таком виде даже в рюмочную не пустят.
Вид?
А что вид?
Ну, как вид?
И вообще, зачем Минздрав?
Ты что, переживаешь,
что из-за аварии будут какие-то последствия?
Нет, я не знаю.
Мне надо получить разрешение
на операцию для девушки.
Все, я уже красив, как бог.
Тихо, тихо.
Спасибо.
Доброе утро, дорогие товарищи.
Начинаем утреннюю зарядку с
разминки для плечевых суставов.
Выполняйте вращательные движения руками вперед,
считая раз, два, три, четыре.
Раз, два, три, четыре.
Будьте здоровы.
Всё будет хорошо.
Потерпи немножко.
Добрый день.
Ася, здравствуйте.
Вы её отец?
Руимский Наум Яковлевич.
Очень приятно.
А вы, видимо, Преображенский?
Нет.
Я психотерапевт Эдуард Лыков.
Ася, скажите, вы хотели умереть?
То есть вы специально ждали машину доктора, так?
Что он сделал?
Кто?
Он выправил кости.
Вам зашли раны после аварии
и старый рубец тоже убрали.
А перелом?
Нет, никто не стал рисковать ломать лицевую кость.
Московское время восемь часов тридцать минут.
Министр здравоохранения СССР подписал указ...
Алексей Данилович, у меня есть основания полагать,
что решение о закупках принималось
вами не совсем объективно.
А вы не ходите вокруг да около,
товарищ замминистра.
А конкретно скажите, в чем вы меня обвиняете?
Пока только в нерациональности.
И напирать на меня не надо.
А то бывают случаи, напирают,
а потом быстро на пенсию выходят.
Да, Валентина.
Преображенский?
Ну конечно, пускай заходит.
Алексей Данилович, больше вас не задерживаю.
Анатолий Федорович?
Да, проходи, проходи, садись.
Ну и что там у вас за пациентка?
Доложили уже.
На неё голобольда упала с крыши в Новосибирске.
В Новосибирске, представляете, крупный город.
Но даже там не смогли нормально
лицевую кость совместить.
Молчу, какой ей рубец там наваяли.
Она пришла к нам два дня назад.
Мы собрали консилиум и
большинством голосов постановили,
что оперировать слишком рискованно.
Сразу после травмы было бы нетрудно
вправить ей скуловую кость.
Но теперь её можно только
сломать и срастить заново.
А такого у нас ещё никто не делал.
Но ведь жалко девчонку.
Молоденькая совсем и красивая.
Представляете, какая-то трагедия для нее.
Если бы она сразу попала к пластическому хирургу,
она сейчас была бы здорова.
Она бы замуж выходила.
Поэтому я решил, что мы не
должны так быстро сдаваться.
Не зря я столько лет положил
на создание Института красоты.
Именно Института, а не просто больницы.
Послушайте, доктор Преображинский,
именно Института, чтобы толкать науку вперед.
А ты как ее толкаешь?
Сколько раз тебе говорили, открой ординатуру.
Я открою.
Я могу завтра хирургов набрать.
Но не только этим двигают науку, поймите.
Нужны эксперименты, а мы боимся даже пробовать.
Слушай, действительно народ боязливый.
Никто тебе не даст её оперировать без гарантии.
Но я пробил новый всесоюзный комплекс
санаторно-здоровительных учреждений.
Мы по этому комплексу целый комитет создали.
Там за полгода такая работа проделана.
И вот если возьмешься мне с этим помочь...
Я помогу вам здесь, а вы меня прикроете.
Соображаешь?
Дам тебе зеленый свет.
Только вот тут у нас печальное событие случилось.
Главой комитета был Юров Сергей Михайлович.
Наверное, слыхал.
Да, конечно.
Земля пухом.
Вроде и не старый был.
Ну, сердце такое дело.
Да.
Так вот, комитет остался без главы.
Если ты свою голову на плаху положишь,
будет больше шансов твою идею туда протащить.
Меня главой комитета в Минздраве?
Да вы шутите.
Шутник тут только ты у нас?
Да меня не утвердит даже никто.
А это мы посмотрим, пободаемся.
Скажите, раньше у Аси были попытки?
Покончить с собой?
Да нет, что вы, нет, нет.
Асенька, конечно, была подавлена,
но чтоб такое, нет.
Понимаете, ваш институт был
последней надеждой для меня.
Хотя я сразу говорил, не ходи.
Мы из Новосибирска приехали,
чтобы подать документы на выезд.
На выезд?
Да, в Америку.
Там делают эти операции,
только Ася очень не хотела уезжать.
Вы не отдавайте её.
Простите, кому?
В психиатрическую.
Она ж под машину кинулась.
Мы оба знаем, что за ней придут.
А в этой лечебнице
Её же закроют.
На всю жизнь.
Вы только подумайте.
Вот сюда, пожалуйста.
Вы ведь сразу её заберёте?
Хотелось, конечно.
Чего время терять?
Выписку подготовили?
Подготовила.
Вот как раз наш психотерапевт.
Эдуард Борисович, это Зоруевская.
Я сейчас пришлю медсестру, она её и соберёт.
Прошу прощения, куда соберёт?
Пациентка спит.
Она под воздействием обезболивающих.
У нее ночью была операция.
Ну и чего?
В машине у нас поспит.
В какой машине?
В машине скорой психиатрической помощи.
Больная пережила хирургическое
оперативное вмешательство.
Это во-первых.
Во-вторых, вы санитары?
Вы диагноз ставить не можете.
Сначала ее должен насмотреть психиатр,
выписать заключение, потом можете вывозить.
Я ее лично осмотрел, нашел вполне вменяемой.
Ничего себе вменяемая.
Да она самоубийца.
Под машину сиганула.
По-вашему вменяемая?
Никуда она не сигала.
Она оступилась на тротуаре.
Я там была и видела.
Это несчастный случай.
Светлана Геннадьевна,
вы об этом в милиции расскажете.
Клавдия Ефимовна, не затыкайте мне рот,
будьте так любезны.
Ее нельзя перевозить, пока она не восстановится.
Послушайте, вы руководитель отделения
косметологии, а не ее лечащий врач.
Ну, по крайней мере, я врач.
И давала клятву Гиппократа.
А насчет вас я не уверена.
Девушка!
Здравствуйте, меня зовут Даша Смирнова.
Где я могу найти доктора Преображенского?
Мне в регистратуре сказали, что если рана свежая,
можно без очереди показаться.
А где у вас свежая рана?
На сердце, девушка.
Но свое сердце я открою только врачу.
Да не пугайтесь вы.
На плече рана.
А, это насчет вас директор
института геологии звонил.
Я пойду узнаю, подождите.
Хорошо, спасибо.
Ну вот, носогубки ничем не уберешь.
Только тянуть.
А я слышала, есть такие маски.
Да это дым.
Процедура такая.
Окуривание.
От носогубок помогает.
Сидите, сидите, Клавдия Фимовна.
Приятного аппетита.
До меня интересные новости дошли.
Что пока меня не было, вы выписываете пациентов?
Может быть, вы оперировать их будете?
Мы с коллегами уйдем в отпуск.
С такими коллегами, Лев Григорьевич,
вы не в отпуск уйдете, а в районную больницу.
И не главврачом.
Они удерживают невменяемую женщину,
которой бог знает вообще, что в голову придет.
Я тут одна вас защитить пытаюсь.
Защитить меня?
Главврача от пациентов?
От неприятностей.
Вчера просто повезло.
Но если в милиции узнают,
что Дронова лжесвидетельствует...
Думайте, что говорите.
Я как раз думаю.
Я думаю.
Это она не думает.
Послушайте, Лев Григорьевич,
эта женщина подведет вас под монастырь.
У вас что, врагов нет?
А тут Дронова такой подарочек устраивает.
Вы что прицепились-то к Светлане Геннадьевне?
Я сам принял решение привезти
пациентку в институт.
Да, вы привезли, вы операцию провели и всё.
Больше вас ничего не касается.
Но если они вам начнут за это претензии предъявлять,
имейте в виду, я молчать не стану.
Я скажу, кто виноват.
Да, конечно, не станете.
Будете анонимки снова писать?
Что?
Вы думаете, я не знаю,
что вы тогда донос на Дронова написали?
Анонимки не буду.
В следующий раз подпишусь.
Подпишите заявление по собственному.
Боюсь, Клавдия Ефимовна, мы не сработались.
Мне сказали, что все врачи на операциях,
так что лично вы посмотрите.
Да-да.
Это то, что я думаю?
Ага.
Мишка.
И как же это произошло?
Ну как?
Сидел я, собирал малину с куста.
А он подходит сзади и говорит...
А вы ему?
Я, конечно, попыталась извиниться,
но боюсь, он не услышал,
потому что Гриша начал громко стрелять.
А почему повязку не наложили?
Это чудо, что нагноение не началось.
Так повязка сползала все время.
Я же на себе магнитометр тащу.
Но нагноение не началось,
потому что на меня весь наличный спирт вылили.
Так что мне надо поскорее возвращаться.
Ребятам спиртовые запасы пополнять.
Понимаю.
Геологоразведка под угрозой, да?
Для начала вам нужно сделать
профилактику столбняка и бешенства.
И вообще, почему вы сразу в больницу не пошли?
Там, в ЧИТе.
Так меня все равно с маршрута сняли,
в Москву отправили.
Я решила к вам пойду.
Говорят, шьете хорошо.
Ну, если вы хотите совсем без шрамов,
то здесь пересадка.
Да нет, шрам-то ладно.
Мне главное, чтобы на следы когтей похоже не было.
А то придется от родителей
всю жизнь плечо прятать.
Я-то им заливаю, что у нас экспедиция безопасная.
Так что они, если про
медведя узнают, с ума сойдут.
Ну, медведь-то ладно.
Опасно, что у вас в группе врача нет.
А так я вас с собой позову.
Поедете?
Для начала это вы останетесь у нас.
Мы сядем вас в палату, сделаем все анализы.
Только можно я сначала отмоюсь?
Конечно.
Ну и что ты там пытаешься вычитать в своей карте?
Ничего.
Просто пытаюсь найти зацепку.
Мозг Аси не травмирован, так что психиатрический
диагноз ты по её истории болезни не поставишь.
Да диагноз и так понятен,
у неё классическая депрессия.
Я хочу понять, почему она
замкнулась, чего она боится?
Уехать или остаться с изуродованным лицом?
Ну, допустим, ты поймёшь.
И что дальше?
Если проблемы не сняты, с ней можно работать.
Но это же работа не на один день.
Ты же не будешь ее год держать в институте.
Ну, хорошо.
Подожди, ты предпочла бы сдать ее в дурдом?
Я предпочла бы, чтобы ты
думал не только об этой Асе.
Хорошо.
Ладно.
Зося, больше не буду рассказывать о своей работе.
Расскажу о своей.
Московское время, девятнадцать часов.
Тридцать минут.
Что, как думаешь, он там?
Если свет горит, значит, мама дома.
А если мама дома, то и он.
Они же у нас всё время так,
то она к нему, то он к нам.
Тём, я, наверное, не пойду.
Не буду заходить.
Как?
Будешь?
Пап, они там всё время ругаются, правда.
Главное, почаще перед мамой мелькай,
а она вспомнит, как вы жили хорошо.
И вспомнит, как мы с ней ругались, да?
Да вот ты из-за ерунды.
Она с ним ругается, потому что замуж не хочет.
И переезжать не хочет.
Давай.
Как она и ко мне возвращаться не хочет.
Захочет.
Она же тоже скучает.
Я знаю.
Пошли.
Нет, ну опять штаны порвал.
Сумасшедший дом какой-то.
Слушай, а может тебе это и нужно было,
чтобы эта Клава-идиотка твою девочку в психушку сдала?
Клаву я уволил.
Хотя, знаешь, по-хорошему надо было вас обеих.
Тоже мне ловко придумали решать всё за меня.
Да?
Ну так давай я напишу по собственному.
Давай дурака не валять.
Свет, ты представляешь, как мне вчера повезло?
А если бы она в окно вышла у меня в институте,
я бы уже съедел бы наверняка.
Привет.
Опять ругаетесь?
Добрый вечер.
Привет.
Ну, наконец-то.
Как фильм?
Нормально.
Только лучше бы ещё раз на низкий нас ходили.
Да сколько можно, Артём.
Там хоть смешно.
Костя, оставайся с нами чай пить.
Я могу кофе сварить.
Спасибо, но мне уже пора.
Да ладно, пап.
Мам, скажи ему.
В другой раз, сынок.
Здравствуйте, Клавифория.
Здравствуйте.
Простите меня, что я вас вызвал на взгляде,
но вот это ваше увольнение, дело тёмное.
Илья Григорьевич недальновидный человек,
а ещё умеет большой начальник.
Лев Григорьевич не виноват.
Да его и не было.
Ну, конечно, он бы сам до этого не додумался.
С Дроновой и так все ясно.
Но разбрасываться такими сотрудниками, я не знаю.
Лев Григорьевич прямо учудил.
Но вы не переживайте,
мы обязательно найдем для вас теплое местечко.
Спасибо.
Спасибо вам, Алексей Данилович.
А вот этот папа этой девочки,
Он что, тоже того, чего он хочет?
Чтобы ею в институте все кости переломали?
Нет.
Нет, он как раз понимает,
что такую операцию здесь никто не сделает.
Здесь?
Это в каком смысле здесь?
Пациентка уже готова,
анестезия должна была подействовать.
Да, хорошо, сейчас приду.
Вы зачем вышли?
Сестра, давайте помогайте.
Так, потерпите, Дарья Михайловна,
сейчас будет полегче.
Можно, Даша?
У вас оказалась аллергия на лидокаин.
В общем, на сегодня операция отменяется.
Ваш организм пережил стресс, так что...
Надо же, отродясь никаких аллергий не было.
Может, я от медведя заразилась?
Ну, может быть, вам попался косолапый аллергик.
В общем, возьмем пробы, все выясним.
Ему?
Нет.
Ему, я так понимаю, уже ничего не нужно?
Вам, конечно.
И если все нормально,
завтра проведем операцию под общим наркозом.
Как под общим?
Лев Григорьевич, вы серьезно?
Из-за царапин?
Дышите так, я потерплю.
Знаете, однажды я проводил седацию при помощи
стакана со спиртом, но это в военное время.
А сейчас шить на живую, да еще и без обезбола.
Ну не знаю, Потапыч меня рвал без наркоза
и совершенно не переживал по этому поводу.
Это, получается, медведь храбрее льва?
Получается, я к такому не готов.
Ну ладно, как скажете.
Сегодня в нашей передаче
«Ровесники» мы расскажем вам,
дорогие товарищи, о замечательной инициативе
восьмиклассников из районного центра...
Ну, я же съем ее.
Ну, ешь на здоровье, дети должны хорошо кушать.
Я уже не деть.
Кстати, а чего ты на работу не идешь?
А я прогульщица.
Решила с тобой побыть, каникулы скоро начнутся.
Побывка я иду.
Можно я буду с папой жить?
А я?
Ну, ты к дяде Лёве переедешь.
Просто папа один, ему грустно.
Мне тринадцать, и я вроде имею право сам решать.
Да, имеешь, но просто, понимаешь,
папа, он тоже может встретить кого-нибудь,
женщину, и ему гораздо проще встречаться,
знакомиться, пока он живет один.
А пока не нашел, пускай мучится?
Тёмка, я же тоже без тебя потом мучатся.
Да?
С дядей Лёвой будешь мучиться?
Я пойду воды попью.
Так, я понимаю, что вы сейчас
о распределении только думаете,
но про комсомольскую работу забывать тоже нельзя.
Извините, товарищ Назаров, что помешал вашей
комсомольской работе, но причина уважительная.
У нас гость.
Лев Григорьевич Преображенский,
главный врач Института красоты.
В Институте красоты открывается ординатура.
Всего три места для трёх наших лучших студентов.
Лев Григорьевич, так вы сами расскажете лучше.
А давайте по-другому.
К вам поступил пациент с большим
пигментным невусом на лице.
Ваши действия?
Может быть попробовать его удалить?
Ума не приложу.
Попробуйте всё-таки приложить ум.
Иногда это помогает.
Аккуратное стечение скальпелем.
А дефект закрыть кожей из бедра.
Хотя я слышал, что на западе
уже лазером прожигают.
Так откуда ты слушаешь-то про запад, Самсонов?
Ещё версии?
А что у нас, в стране эпидемия невусов?
В институте красоты рук не хватает?
В институте хватает.
Просто мне хочется, чтобы подобные
институты были по всей стране.
А для этого нужны грамотные специалисты.
А зачем по всей стране?
Многим людям Фролову присуще
нездоровое желание быть красивыми.
Вот такой вот буржуазный пережиток.
А будут ещё варианты?
А мы вообще уверены, что это пигментный невес?
Может быть уже меланома?
Ваша фамилия?
Ямин.
Я беру Ямина, Смирницкого и Жигунова.
Ямина?
Да вы видели только что выходящего из церкви.
Побойтесь Бога, Лев Григорьевич.
Вы их видели первый раз.
Ну разве так можно составить полное впечатление?
А мы этих ребят шесть лет учили.
Так что было бы грамотно
доверить выбор ординаторов нам.
Я правильно понимаю, вы этот выбор уже сделали?
Так он очевиден.
Фролова, Самсонов и Шевцов.
Фролова...
Это та галтелая...
Активистка, отличница,
девушка безупречных качеств.
Герман Самсонов, сирота, детдомовец,
родители в войну погибли.
Ну, а Шевцов?
Смазливое хамло, да?
В импортных шмотках.
А он, часом, не сын того Шевцова,
ну, кардиолога из Кремлевки?
Михаил, блестящий студент, вот.
А мне нужны врачи блестящие, понимаете?
Не активисты, не детдомовцы, не блатные тем более.
Вам нужны надёжные люди, которые не сбегут за
границу при удобном случае и не
подведут вас, как уже бывало.
Ну, а что вас смущает, Алексей Данилович?
Я лично считаю предложение
товарища Бурмина рабочим
Мы все знаем Преображенского как
человека упорного, принципиального.
Вот гору может свернуть.
Нам нужен такой руководитель комитета.
Тем более он уже набирает ординатуру,
и у нас в перспективе будут новые
сотрудники для нашего института красоты.
Меня, товарищ министр, не смущает
кандидатура доктора Преображенского.
Я считаю, что он как минимум выдающийся хирург.
Меня смущают открывшиеся обстоятельства.
Я считаю, что данное медучреждение
работает абсолютно безответственно.
Они решили проводить экспериментальную операцию,
успех которой не гарантирован.
И оперировать они будут не обычную женщину,
а душевно больную, которая бросилась
под автомобиль главного врача.
Но её отказались класть в
психиатрическую лечебницу.
А почему отказываются?
Да никто не отказывается.
Просто не провели еще психиатрическую экспертизу,
и пациентка не восстановилась еще.
А по моим сведениям,
ее отец собирается ввести ее в США.
Так что можно вставить опыты, а если не получится,
все равно американцы поправят.
Я понимаю, что доктор Преображенский,
товарищ, очень принципиально.
Спасибо, товарищ Вепрев, за доклад.
Идите работайте.
А с вами, Анатолий Федорович,
я хотел бы лично обсудить эту неприятную ситуацию.
Да он просто мерзкий тип, Гер.
Вот знаешь, слово такое есть, чванливый.
Вот это он.
Что ты смеешься?
Как он смотрел на нас сверху вниз,
как выбирал, как разговаривал через губу.
Чего не через губу?
Чего ты придумываешь?
Не хочешь нас брать, имеешь право.
А я и сама не хочу.
А я хочу.
Эта клиника уникальная.
Одна на всю страну.
Там самые предавые.
Ты слышал, что он сказал?
Сейчас одна, а потом разрастутся, как грибы.
И поедешь ты в Институт красоты в Туруханск.
Да не волнуйся, нас так и так ушлют куда-нибудь.
Почему Турухань?
Распределение.
Это вон, Шевцова никто не
посмеет посылать из Москвы.
А мы-то?
А это почему не посмеют?
Я, может, сам попрошусь.
В Сочи.
Ты попросишься.
Папа твой попросит.
Простите, Катрин, я не виноват,
что у меня есть папа.
Слушай, Кать, а ты выходи за меня замуж,
вместе в Сочи поедем.
Не выйду.
Дело твое.
Как будто все так мечтают за него замуж выйти.
А как будто нет.
Девки мечтают замуж, а парни мечтают быть как он.
Ну бред бредовый же, да?
Ну ты же не мечтаешь, Гер, не мечтаешь.
А почему?
Потому что у тебя талант, у тебя цель есть.
А у него, у этого дурака,
ничего кроме чужих денег нет.
Гер, ты самый лучший, пожалуйста,
никогда в этом не сомневайся.
Хорошо, Кать.
Пойдем?
В общем, Лев Григорьевич, подвел ты меня красиво.
Я тебя продвигаю на такой пост.
Да не нужен мне этот пост.
Да мне мой нужен.
А из-за тебя я могу запросто
его лишиться, понимаешь?
Срочно проведи операцию.
Ни в коем случае нельзя допустить,
чтобы эта психбольная выехала в США.
В твоём институте проведут проверку.
Пройдёшь её грамотно, прооперируешь девушку
и покажешь всему миру силу нашей медицины.
Что мы вообще-то тут не хуже, чем они лечим.
Без подготовки, правда, не возьмусь.
Ну, тогда выписывай.
Только она сразу из твоего
института в психбольницу поедет.
Ну, а если я решусь на операцию,
её потом всё равно запрут в лечебнице?
Ну, до операции не закроют,
да и проверять её сейчас никто не будет.
Ну и потом, если всё хорошо пройдёт,
её же на руках носить будут.
И тебя, кстати, тоже.
Победителей не судят.
Сколько дадите времени подумать?
До завтра.
Завтра утром к тебе придёт
проверяющий из Минздрава и психиатр.
Вот ты и решай, кто из них останется.
Хорошо, решу.
Только я прошу тебя, пожалуйста,
что бы ты ни решил, ну, веди себя аккуратно,
не вступай ты в конфликты.
Московское время, девятнадцать
часов тридцать минут.
Начинаем вечер лёгкой музыки для всей семьи.
Любезные родичи, спешу поздравить,
вашего отпрыска не взяли в институт красоты.
Родичи в курсе, ректор уже звонил.
Не, ну какая сволочь, а?
Ты уверен, что он денег не возьмет?
Ну ты представляешь, сколько там
зашибают в своем храме красоты.
Денег много не бывает.
Нет, ну правда, чего вы так убиваетесь?
Свет клином сошелся на этом институте красоты.
Мишель, ты в уме?
А что?
Ну нельзя сказать, что у тебя
большой медицинский талант.
У Преображенского тебе самое место.
Там не медицина, а так.
Папилломы, хрящи-прящи.
У них контингент одни бабы.
И не простые, а золотые.
Они тебе в очередь выстроятся.
Товарищи, здравствуйте.
А вы к кому?
Ярцев Антон Денисович, старший инспектор.
Прибыл с доктором Лиховцом,
чтобы провести психиатрическую
экспертизу гражданки Рувинской.
Асина Умойна?
Да.
Ну, а зачем эти громкие слова «экспертиза»?
Мне просто поговорить бы с девушкой,
узнать, как у неё дела, как настроение.
Ну, вы знаете, девушка была бы счастлива с
вами пообщаться, уважаемый доктор Лиховец.
Ей у нас скучно лежать.
Хочется, вот, живого общения.
Но, к сожалению, разговора не выйдет, товарищи.
Это почему же?
Пациентке Руимска рекомендована абсолютный покой.
Она начала медикаментозное лечение
перед операцией, так что, увы.
Вы все-таки решили оперировать?
Да.
Ну, тогда и вынуждена остаться и
провести всеобщую проверку Института красоты на
соответствие норм оказания медицинских услуг.
Ну что ж, приступайте, проверяйте,
чувствуйте себя как дома.
Виктор Петрович, к коллеге.
Коллега, кого-то ждете?
Не меняли?
Германа, и я тебе не коллега.
А кто ты мне, Фролова?
Невестой быть моей отказалась, разбила сердце мне.
Я врач, я сам.
А почему тебя тогда в институт красоты не взяли?
А вот меня взяли.
И Германа твоего.
Так что ещё большой вопрос, кто из нас тут врач.
Тебя взяли, понятно, почему.
Родители пропихнули.
Сначала в мед, потом в ординатуру.
А в медицине ты полный ноль, а не врач.
Ты почитаешь всех нулями, а единицу из себя.
Я, может быть, и обиделся бы на тебя,
Катюша, если б не понимал.
Отчего ты ко мне всё время так цепляешься?
Это кто к кому ещё прицепился?
Ты, Фролов, была бы очень даже ничего.
Тебе бы только одеться
поприличней и макияжем немножко.
Иди к чёрту, Шевцов.
Но ж пор внезапный звон раздался,
и муж Катюшин показался.
Самсонов!
Гера!
Я тут к твоей невесте пристаю.
Может, дашь мне по морде, а?
Миш, хирургу руки не на то нужны,
чтобы мусор раскидывать.
Да.
Пойдём, Катя.
Правильно, Гер, не морайся.
Вы должны предоставить мне всю документацию.
Медицинскую, административно-финансовую,
карты пациентов, а списки пациентов,
записанных на прием,
вы обязаны подавать мне на утверждение.
Списки на утверждение?
Вы нам будете пациентов утверждать?
Совершенно верно, я наделен
подобными полномочиями.
А лечить вы их сами будете?
Нет, лечить их будете вы,
но под моим руководством.
Полный план лечения, схема операции.
Подавать на утверждение вам, правильно?
Совершенно верно.
И никак иначе.
А если я не подам?
Доктор Михайлов подаст.
Это он так шутит.
Шутки же не надо у вас утверждать?
Нет, шутки у меня утверждать не надо.
Но можно легко обойтись без шуток.
Шутить вы будете дома.
А здесь вы на работе.
Разрешите приступать?
Приступайте.
А вещи мои где?
Вернуть?
Это что за новость?
Отказ от операции?
Да.
Решила не тратить ваше время.
Сама заживет.
Я вас не выписываю.
Ну и ладно, так уйду.
В таком виде?
Думаете, мне слабо?
Да что за упрямый народ, геологи?
Я вас никуда не отпущу, ясно?
Ого.
Так, во-первых, мы не исключили бешенство.
Вы, конечно, можете отказаться
от самой операции, но...
Но от обезболивания отказаться не могу.
Не имею такого права.
Право имеете, но вам что себе вообще не жалко?
Ну, очень жалко.
Я же потому не хочу,
чтобы меня всякой химией травили.
Пожалуйста, пройдите в палату.
Погода на завтра.
В Приморском крае ожидается переменная
облачность, местами небольшие осадки.
Дневная температура будет колебаться в
пределах плюс десять-двенадцать градусов.
Ночью около шести градусов тепла.
А что ее отец-то говорит?
Сказал, оперируйте.
Ну, что ему оставалось?
Ну, видишь, как хорошо.
Все в тебя верят.
И он, и Минздрав, и я тоже.
Минздрав.
Да, они хотят этой операцией
Западу Кукиш показать.
А если я не справлюсь?
Они закроют институт к чертовой матери.
Вот видишь, мам, а ты говорила,
что только плохие врачи боятся операций.
А дядя Лёва же хороший врач?
Дядя Лёва очень хороший врач.
Ты будешь?
Может, и не такой хороший.
А что читаешь?
Юнтервильска.
И как?
Страшно?
Да нет, смешно.
Да, мам, ты же читала.
Мы сами меня с папой учили
не бояться того, чего нет.
Ну, в жизни, да.
А вот, например, в книге и в кино мальчик страшно.
«Ви», например, смотрел?
Конечно, смотрел.
Да мы все втроём ходили.
С папой, с мамой.
А помнишь, мам, тебе было страшно,
и ты в папу утыкалась.
А мы хохотали.
Ладно.
Сегодня заявил мне, что хочет жить с отцом.
Ты чего, я боялась.
Может, настроение такое?
Какое настроение?
Ты мне про переезд, про свадьбу.
Так он вообще из дома сбежит.
А если не поженимся, то не сбежит, потерпит.
Ты шутки шутишь?
Смешно?
Лёва, два года прошло.
За два года можно было хоть как-то
попытаться с ним подружиться?
Мы старались.
Я вижу.
Я бы давно с ним подружился, если бы мы
жили у меня, а не в старой чужой квартире.
Кстати, и вправду, очень вкусно.
Спасибо.
Как же это так, товарищ Назаров?
Он же сам от нас отказался.
Ну, как отказался, так и согласился.
Видать, надавили на него.
Германа он берет, Шевцова он берет, а меня нет.
Нет, ну хотя понятно все.
Гера у нас гениаля, это ясно.
А за Шевцова просто взятку сунули.
Катерина, ты ж сама туда не хотела.
Говорила, что это клиника самая буржуазная,
что у них не медицина, а лакировка.
Ну, было?
Или ты переживаешь,
что тебя распределят в деревне лопухи?
Ты не переживай, ты у нас отличница.
Мы тебе в столице место найдем.
Нет, мне с Германом надо.
Вместе.
Зачем?
Вы же с ним жениться собирались.
А вам в таком случае вместе нельзя.
Так мы поженимся.
После ординатуры и поженимся.
Ну, товарищ Назаров,
ну как вы не понимаете, нам нужно вместе.
Гера же за себя постоять не сможет.
Ну я могу помочь некоторым образом.
Только ты, Фролов, должна понять,
От тебя польза должна быть не только
Самсонову, а всей советской медицине.
Угу.
Зелёва, ты домой.
Я не могу больше без тебя.
Я не могу без тебя.
Ну, что же делать?
Ты соскучилась?
Он ей спит.
Он уже большой парень.
Он всё понимает.
Вот именно.
Был бы маленький, никаких проблем.
И кто тебе звонит в это время?
Мне кто звонит?
Это кто тебя звонит в это время?
Это тебя ищут, Преображенский, на твоей работе.
Да?
Да.
Алло, Кость?
Да, что?


Серия 2

Доброе утро, товарищи!
С вами очередной выпуск
Вестника Института Красоты.
Мы расскажем о последних событиях в жизни клиники,
где людей делают красивыми.
Наши хирурги провели срочную операцию девушке,
которую доставила карета скорой
помощи после несчастного случая.
Пациентка находится под наблюдением врачей,
быстро восстанавливается и скоро
сможет вернуться в родной Новосибирск.
Институт Красоты начинает набор
молодых медиков в ординатуру.
Главный врач товарищ Преображенский побывал в
медицинском институте и лично
выбрал троих лучших выпускников.
Эти молодые люди вытянули счастливый билет
и будут обучаться пластической хирургии
у самых опытных специалистов в СССР.
В Институте красоты с энтузиазмом встречают
старшего инспектора из Министерства
здравоохранения товарища Ярцева.
Врачи клиники хорошо понимают
важность проведения проверок,
чтобы придерживаться самых
высоких стандартов в работе.
Каждый пациент может быть уверен,
что в наших стенах он найдёт не только красоту,
но также идеальную чистоту,
заботу, уважение и радушный приём.
До новых встреч, дорогие товарищи!
Здравствуйте.
Здрасте.
Кость, держись.
Ну, хочешь постоим немного?
Да?
Надо собраться.
Они не знают.
Кто не знает, что?
О чём ты?
Родители.
То есть, мама.
Я ей не сказал.
Ты не рассказал, что мы развелись?
Папа очень болел.
Я не хотел его расстраивать.
Он тебя так любил.
Ну ладно, хорошо.
Давай пока не будем говорить.
Спасибо, Свет.
Тут у меня...
Наденешь?
Сохранил мое?
Ну, не выбрасывайте же.
Подари мне красоту И еще одну весну
Я люблю тебя так же, как раньше.
Ты прости мою мечту, даже если я уйду.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Даже если я уйду, я останусь с тобой навсегда.
Подари мне красоту, я поверю в чудо.
Отвечи мою звезду, за которой я пойду,
не путаясь ниоткуда.
Подари мне красоту.
Доброе утро, уважаемые радиослушатели!
В эфире утренний заряд.
Первое упражнение – ходьба на месте.
Ноги вместе.
Готов?
Шагом марш!
А у вас даже лаборатория своя, да?
Мы все-таки институт, а не медпункт.
Лаборатория рентген выше этажа.
Здесь палаты, смотровые,
чуть дальше отделение косметологии.
Катюш, тебе туда.
Операционная где?
Операционная в самом конце.
Вы туда не торопитесь, надо сначала
научиться слушать, а потом только резать.
Доброе утро.
У меня для вас отличная новость,
сегодня вас будет принимать целый консилиум.
Что ж, начинайте, я присоединюсь.
Пройдемте.
Туда, да?
Пожалуйста.
Антон Денисович, на пару слов.
Эти госпины, они болят у вас?
А должны?
Нет, в том-то и дело.
Они должны были зурпуцеваться и не беспокоить вас.
Очень даже беспокоят.
Ирина Георгиевна, дорогая, поверьте,
оспины можно попробовать немного закамуфлировать.
Почему они у вас такие глубокие?
Вы применяли какие-нибудь народные средства?
Да.
Бабушка у меня в детстве их чистотелом мазала.
Ну теперь все понятно.
Сок чистотелы едкий и токсичный.
Теперь это можно решить только одним способом.
Пройдемте на осмотр.
Я не понимаю, что вы хотите найти в этих картах?
Их только завели, это первичный осмотр.
Ну, первичный осмотр тоже должен
иметь какие-то основания, правильно?
Или вы людей с улицы записываете,
они у вас потом по полгода стоят в очереди.
А вы знаете, я предлагаю вам
регистрировать пациентов лично.
Просто в отсутствие зама по ОХЧ обычный
порядок нарушен, и нам пригодится ваша помощь.
Знаете, я справлялся в управлении кадрами.
Вам сегодня пришлёт нового зама,
так что эта проблема уже решена.
А почему вы решили, что я одобрю его кандидатуру?
Согласен, это не безболезненно,
но химический ожог выровняет кожу.
Ну чего мелочиться,
может быть сразу пересадку сделаем?
Ирин, давайте я вас с актрисой
из театра Вахтангова познакомлю.
Она вас так гримироваться научит,
что мать родная не узнает.
Ой, а это какая актриса?
Ну что, коллеги?
Здравствуйте.
Я вас слушаю.
У пациентки наблюдаются
глубокие рубцы от ветряной оспы,
усугубленные самолечением и народными методами.
Я предлагаю использовать для лечения
легкое химическое воздействие,
которое вызовет ожог поверхности кожи.
Я не считаю, что требуется какое-либо лечение.
Потому что это не болезнь,
это последствия болезни, которые уже в прошлом.
Ну, для меня совсем не в прошлом.
Вы знаете, как меня за глаза называют?
Обратная сторона Луны.
Послушайте, если бы я реагировала на все насмешки.
В вашем случае, доктор, это не насмешки,
а здоровая товарищеская критика.
А в вашем случае, доктор,
это просто некомпетентность.
Чтоб знакомиться с актрисами,
не нужно быть медиком.
Большое спасибо, коллеги.
Я предлагаю закончить эту дискуссию.
Ирина Георгиевна, да?
Да.
Будьте добры.
К сожалению,
Оспины ни хирургическим,
ни химическим путём удалить нельзя.
Но есть методы, которые помогут
сделать их менее заметными.
Вот направление в отделение косметологии.
Спасибо.
Приходите, пожалуйста.
До свидания.
Ну и что это за балаган?
Неуважение друг к другу
означает неуважение к профессии.
Это не балаган.
Это консилиум.
Мы пытались найти верное решение.
Но не нашли, а только переругались.
Лучше бы я нанял одного Ямина вместо вас троих.
Армен, надо заменить этих ординаторов.
Не справляются?
Смотря с чем.
Грызня между собой им отлично удается.
Нет, все-таки зря я прогнулся.
Надо было самому всех выбрать.
А ещё, представляешь,
мне нашли какого-то нового зама по АХЧ.
Думаю, что я его и возьму.
Не хватало нам ещё одного козачка засланного.
Козачок-то это полбеды.
Мне бы атамана найти среди своих.
Ну, на меня даже не смотрится.
Армен.
Армен, пожалуйста, давай хотя бы обсудим.
Лех, ну какой из меня главврач?
Я не потяну, это точно.
Илья Григорьевич, а я вам нового зама привела.
Не нового, а кандидата.
Пусть только насчёт здесь распоряжаться.
Здрасьте.
Это что такое?
Засели в ординаторской посреди
рабочего дня, лудеря гоняют, а?
Ну-ка, быстро все встали,
построились и пошли историю рассказывать.
Вот тебе здрасте.
Это не новый, это старый.
Хлеб Григорьевич, я бы попросила.
Прошу прощения.
Не старый, а опытный.
Какими судьбами?
Армэ.
Вот, пожалуйста, знакомьтесь.
Михаилов Андрей Иванович.
Очень приятно, Галина Ефимовна.
Ну что, не могу я без вас.
Ой, друзья, ну закисла я в районной поликлинике.
Уходила от вас с внуком сидеть.
Теперь он в садике.
Ну а я в цветущий сад красоты и здоровья.
Мне нравится ваш позитивный настрой.
Только сегодня.
С завтрашнего дня начну ворчать и ругаться.
А это уж нужно.
Вы как раз скучали по этому.
Домашний Наполеон Галина Ефимовна.
Он не снился.
Торт фантастический, вы просто на все руки.
Правда.
Шьет, моет, вести переносит.
Поддерживать порядок просит.
Порой с барином шалит.
Порой на барина кричит.
Андрей Иванович, добавки.
Кстати, отложите три кусочка,
у нас в полку прибыло, вы слышали?
Да, Галина Ефимовна, у вас добавится хлопот,
а у нас проверяющий, присмотрите за ним.
Лев Григорьевич, я вас умоляю, я внука,
до года горшку приучила, у меня опыт есть.
Верочка, а давайте к нам тортика,
а может шампанское.
Я не могу, Галина Ефимовна, я на телефоне,
там секретарь министра звонила.
Министра?
Да, но не нашего, Тургуменского, просит дочь
его принять, Шекера Садыкова, а вы примите,
Я записала, она вот-вот подойдет.
Евгений Григорьевич, примем?
Ну, куда мы денемся?
Что, простите?
Вы все прекрасно расслышали с первого раза.
Решил уточнить, вдруг послышалось.
Вы хотите изменить азиатскую форму век.
Именно так я хочу европейские глаза.
У вас прекрасные глаза,
я не вижу никаких оснований для операции.
Не тратьте время на дешевые комплименты.
Вам звонили насчет меня?
Да.
Нас просили принять дочь министра.
И мы приняли.
Без учереди.
Но резать человека из-за его капризов...
Вы хотите, чтобы я позвонила отцу?
Пожалуйста.
Вы должны мне помочь.
Меня хотят насильно выдать замуж.
Отец ждал, пока я получу диплом.
Я еле вырвалась в Москву на учебу.
За меня всегда мама заступалась,
но год назад она умерла.
Она бы не позволила это.
Подождите, звонила секретарша вашего отца.
Он в курсе.
Это я звонила.
Если бы он был в курсе,
меня бы давно уволокли отсюда.
Даже если вы даже не в курсе, кто ваш будущий муж?
В курсе.
Это дядя Балы.
Он, когда приезжал к нам,
всегда дарил мне куклы разные, подарки, конфеты.
На колени сажал.
Если бы не мама, меня бы еще
после школы за него выдали.
Ну а чем вам поможет другая форма глаз?
Если у меня будут глаза, как у вас,
то ни один уважающий туркмен не возьмет меня замуж.
Это позорно сцедить со своей кровью.
Отец отречется от меня,
и я останусь здесь, в Москве.
В принципе, это вариант.
Значит, я вам официально заявляю,
я категорически против этой операции.
Для неё нет никаких оснований.
Медицинских оснований нет,
но есть другие аспекты, человеческие, например.
Вы же всё слышали.
Это не человеческие,
это национальные аспекты, это традиции.
Это варварские традиции.
Так вот, с варварством нужно
бороться цивилизованными методами,
а не резать лицо здоровому человеку.
Вы чем тут вообще в этом институте занимаетесь?
Оспу они рассматривают, опухоли изучают.
Это вообще не ваше дело.
Рентгеном людей и облучают лишний раз.
А вы пробейте нам ультразековый аппарат УЗИС-II,
и мы не будем лишний раз облучать.
Нам что, диагностику вообще не проводить?
Нам не вникать в жизнь пациентов,
не переживать за них?
Это всё-таки люди.
Они там.
Приехали за мной, пожалуйста,
спрячьте меня, спрячьте меня, пожалуйста.
Успокойтесь, успокойтесь.
Кто, кто они?
Пожалуйста, это люди отца.
Не отдавайте меня, умоляю.
Успокойтесь.
Они сюда не войдут.
Они схватят меня, как только я выйду.
А вы выйдете отсюда через несколько дней.
Уж обследование мы вам точно можем провести.
Асимметрия молочной железы, верно?
А что это?
Одна грудь больше другой.
Не-не, одна грудь меньше другой.
Мы вас сейчас осмотрим.
Наденьтесь, пожалуйста.
Нет-нет, не здесь, вам удобнее будет за ширмой.
Вот видите, очень заметно, да?
Да, разница есть.
Асимметрия появилась недавно?
Вообще давно, но она увеличивается.
Увеличивается?
Так вам, может быть, к другому врачу?
Причина, может быть, в опухоли?
Это проверяется методом пальпации.
Вы не против?
Пожалуйста, я только за.
Отлично.
А, доктор Шевцов, давайте,
наверное, лучше я. Пожалуйста.
Доктор Фролова, скажите,
вы там футбольный мяч ищите?
Елизавета Павловна, позвольте?
Пожалуйста.
Так.
Ну, по моим ощущениям,
у вас все просто замечательно.
Так как у нас собрался консилиум,
экспертиза должна быть полной.
Доктор Самсонов, может быть,
вы тоже осмотрите пациентку?
Послушайте, ну мы так можем до вечера.
Пальпировать, да, коллеги?
Вместо того, чтобы сделать рентген.
Послушайте, ну у меня же ничего не болит.
Ничего просто некрасиво.
Правда же, доктор?
Ну что вы, это просто изумительно.
В эфире научно-познавательная передача для
юных радиослушателей «Если посмотреть вокруг».
Год неумолимо движется к концу,
а на дворе осень в самом разгаре.
Костя.
Это всё заходит уже слишком далеко.
Я согласилась не говорить правду,
но врать я не соглашалась.
Ты не врёшь?
Конечно.
Зато наш сын вдохновенно врёт.
Какая у нас прекрасная семья.
Что ещё хуже, ему это даже нравится.
Слушай, смерть Дена – это первая
большая потеря в его жизни.
И вот эта игра, то, что у нас все хорошо,
это попытка справиться с этим.
Ты его вечно оправдываешь, поэтому он считает,
что папа хороший, а мама плохая.
Тебя не это беспокоит, ты знаешь, а то,
что ты видишь, что он не может смириться с разводом.
Да глупость, он взрослый мальчик и все понимает.
Нет, что вы делаете?
Вы зачем арбуз притащили?
Здесь медицинское учреждение, больница.
Давайте поросят на вертелю сюда таскать ещё.
Ну, вы посмотрите, вы своим
арбузом весь коридор загадили.
Всё липнуть будет.
Я всё уберу.
Что вы кричите?
Я всё уберу.
Ну, треснул, видите?
Я с ним упал.
Да с дуба вы упали.
Кто вас вообще просил его сюда приносить?
Он любит мою дочку арбуза.
Ну, может, хоть немножко поедет.
Войдите в моё положение.
Мы нормально кормим всех три раза в день.
Обойдётся ваша девочка без арбузов.
Не ест она, как вы не поймете, ничего не ест.
В смысле не ест?
На уме кличи.
А равно Ася перестала есть.
Вчера прям впихнули в нее немножко супа,
днем, ну чуть-чуть и все.
Асенька, давай попробуй шарбузик,
а сладкий невероятно.
Давай, иначе сам его съем.
И вы это хотели скрыть от меня?
Я хотел разобраться.
С чем?
Эдуард Борисович, у пациентки явное ухудшение.
Нет, что вы, она просто упрямая у меня.
Упрямство здесь ни при чем.
Если бы она протестовала, она бы что-нибудь хотела,
а так она просто отказывается от еды.
Диагноз ставить еще рано,
но да, у Аси явное ухудшение.
Почему?
Она же хотела операции, я согласился бы.
Может, она не поняла меня?
Ася, я готов делать операцию.
Вы слышите меня?
Так это не работает, Лев Григорьевич.
Депрессия нерациональна.
Думаю, что она впала туда,
когда бросилась под колеса.
Когда сделали операцию, и они стали ломать кости,
она начала погружаться еще глубже.
Куда?
В себя.
Можно её убеждать, можно
призывать к разуму, но разум спит.
Нужны способы, чтобы его пробудить.
Нужны крючки.
Какие крючки?
Ей нужно лечение.
Медикаментозное лечение у специалиста.
Нет, нет, я прошу вас.
В этой психбольнице её же,
ну, обколют всякой дрянью.
И что тогда?
Ну, у меня ключ.
Я не могу делать операцию без согласия пациентки.
А своего она дать не может.
Я отправлю её к профессору Белявскому.
Лев, дай мне несколько дней.
Всего несколько, я попробую её вытащить.
Эдик, три.
Дальше буду говорить с Херцовым.
И глюкозу внутривенную поставьте ей.
Опухоли нет.
Что дальше?
Ничего.
Говорим поздравляем, у вас нет рака.
Можете ехать домой.
А плечить я её не могу.
Она же к нам не из-за опухоли пришла.
Нам надо одну грудь увеличить до размера другой.
Уменьшить.
Это проще.
Но кто тебе даст уменьшать такое богатство?
Да люди с настоящими уродствами, со шрамами,
с ожогами месяцами ждут очередей.
А мы тут...
Нет, мы должны сиськи ровнять.
А если...
Если это увидит только её муж?
Послушай, Катя, нам надо держаться с тобой вместе.
А мы что, не вместе?
В смысле, единым фронтом.
Преображенский хочет выкинуть одного из нас.
Ты же согласна, что этим одним должен быть Шевцов?
Да, но он сказал, что выкинет
того, кто не справится.
Так вот, если мы будем заодно,
то и справляться будем одинаково.
Значит, мнения разделились.
Вы, Шевцов, за увеличение груди,
Самсонов наоборот, верно?
Нам важно устранить асимметрию.
И я считаю, что уменьшение влечёт за собой
меньше рисков, поэтому она предпочтительна.
Да.
Что да?
Да, нужно уменьшать.
Какой пассаж.
А кто сейчас кричал, что ничего делать
не нужно, нужно отправить её домой?
Шевцов, я не кричала.
Я говорила, что пациентке ничего не угрожает.
Но если уже оперировать, то,
конечно, нужно уменьшать.
Ясно.
Коалиция.
Лев Григорьевич, ну а вы что
думаете, кто из нас прав?
Никто.
И это видно на снимке.
Посмотрите внимательно.
Кто найдет ответ, будет
ассистировать на ближайшие операции.
Мы искали опухоль и не заметили сколиоз?
Браво, Фролова.
Сколиоз вызванный?
Деформация позвоночника
из-за большого размера груди.
Значит, нужно уменьшать обе молочные железы.
Готовьтесь к операции, Фролова.
Нет, Лев Григорьевич, нет.
Я хотела бы уступить это место Герману.
Он в хирургии сильнее нас всех
и поэтому должен быть первым.
Как угодно.
В общем, Самсонов, идите
в операционную, освоитесь.
Шевцов, сообщите решения пациентке.
А вы, Фролова, идите в
отделение косметологии, хорошо?
Так, летучка окончена, всем спасибо.
Подождите, но это же не медицина.
Да, я помню, вы считаете, что проблемы
внешности не требуют
медицинского вмешательства, да.
Но, может быть, вместо того,
чтобы отправлять пациентов одного за другим домой,
вы найдете способом помочь?
Здравствуйте, Ульяна Филиппова?
Да, я. Пойдемте, пожалуйста.
Спасибо.
Здравствуйте.
Я могу вам чем-то помочь?
Где полота Серувинской, не подскажете?
Вы, наверное, Антон Денисович, правильно?
Да.
Здрасьте, мне очень приятно.
Я Галина.
Новый зам...
Зампаха чей, я знаю.
Простите, можно я украду вас на пару минут?
Мне нужно с вами посекретничать.
Вы знаете, я тут недавно
еще не во всем разобралась,
поэтому мне очень бы пригодился
ваш цепкий независимый глаз.
Для чего?
Для порядка.
Если заметите что-то такое неправильное,
подмигните мне, а я вам подмигну.
Мой цепкий независимый глаз не привык подмигивать.
Потом я в курсе, что вы с доктором
Преображенским много лет работаете
и находитесь в теплых отношениях.
Что значит отношениях?
Вы на что намекаете?
Я намекаю о том, что вы
подосланно ко мне шпионите.
И намерен поговорить с
доктором об этом немедленно.
Обязательно поговорите.
А еще поговорите с нашим
психотерапевтом Лыковым тоже.
С ним о чем?
А паранойя?
Очень вам советую.
Кость, ты молодец.
Это благодаря тебе.
Все как будто по-прежнему.
К несчастью или к счастью,
Истина проста.
Никогда не возвращайся в прежние места.
Даже если пепелище выглядит вполне,
не найти того, что ищем, ни тебе, ни мне.
Кость, ну прошу тебя, ну возьми себя в руки.
Пожалуйста.
Понимаешь, ты на дне.
Ты оттолкнись и выплывай.
Ну да, ну это, это хорошая идея.
Это как на похоронах.
Проститься с человеком, увидеть,
как земля падает на гроб и
принять неизбежное и жить дальше.
А можно просто жить дальше.
Не обязательно хоронить всё то хорошее,
что между нами было.
Ты домой потом, мне тебя не ждать.
Нет, я ненадолго.
Надо просто проконсультироваться с коллегой.
Насчёт Аси, разумеется.
Разумеется.
У нас пациентка пищу не принимает.
И вообще не реагировать я
должен что-то делать, нет?
А может она просто манипулирует,
чтобы все крутились, крутились вокруг нее?
Все это кто?
Ну ты сегодня полдня провел у нее в палате,
как будто у нас других пациентов нет.
Есть, но не у всех психические отклонения.
А если у кого-то из наших сотрудников
болезненный приступ ревности, то...
То это не потому что кто-то дает повод, правда?
Ой, я надеюсь не помешала.
Галина Ефимовна, чей их значит гоняете?
А я, с вашего позволения, кофейку.
А вы не переживайте,
Эдуард Борисович как раз собирается уходить.
Да, собираюсь уходить, только мне
нужно снять ещё кое-какие данные.
Галина Ефимовна, ваш торт просто объедение.
Спасибо.
Зоська, какая же ты счастливая.
Как хорошо, что всё удачно так сложилось.
Да, Галина Ефимовна, так удачно,
что даже новую работу нашла.
Это что за новость?
Что за работа?
В библиотеке иностранной литературы есть вакансии.
Несерьёзно.
Это мы обсудим.
Главное, братцу своему не говори.
Это почему?
Потому что он любит,
когда ты всегда под присмотром.
Вот, Галина Васильевна,
под присмотром, под присмотром.
Как будто бы я больная,
только меня не лечит, потому что неинтересно.
Да?
Да?
Смотрите.
Да, сейчас, одну минуту.
Засенька, тебя.
Меня?
Да.
Алло, это вы?
Вы получили мое сообщение?
Да, скажите, а мы можем с вами встретиться?
Завтра?
Да, могу.
Отлично, буду.
Спасибо, до свидания, до встречи.
Это кто?
Библиотека?
А какая разница?
У тебя что, болезненная редкость?
Так.
Ну вот, вторую зашила.
Как вы, Дарья Михайловна?
Будете дальше терпеть?
Иголку буду, а Дарью Михайловну не вынесу.
Меня так сроду никто не звал.
А сами ты как, доктор?
Я?
Ужасно.
Я просто садист какой-то, а не доктор.
Ну вы смотрите на это, как на приключение.
Еще внуком будете рассказывать,
как закрылись в смотровой с
пациенткой и шили тихонечко,
чтобы проверяющий из Минздрава не застукал.
Романтика.
Вы с такой романтики
Надо отпуск брать и в санаторий ехать.
Да не в санаторий, а в экспедицию.
Нас там никто к пустякам не переживает.
И вы быстро отучитесь.
Опять вы за свою агитацию, да?
Нет, этим вы меня не соблазните.
А соблазнять вас я не начинала.
Ой, не могу, я спиной чувствую, как вы краснеете.
Вы что там, третий глаз?
Как бы его не зашли случайно.
Ну правда, а вот что вас в Москве держит?
Кольца нет, значит, не женаты.
Я, может быть, собираюсь жениться.
Так и женитесь.
На мне.
Распишемся и в тайгу.
Да стар я для тайги.
И для вас тоже.
В общем, здесь у нас аппаратная
косметология, а там как бы ручная.
Массажи, чистки.
Поняла.
Просто лицо мажете.
Просто, да не просто.
У нас тут средства.
А это всё импортное?
Откуда?
Пациенты особенные.
Не стоим, куда деваться.
А хочешь, тебе маску сделаю питательную?
Не стоит.
Да, для начала надо быть чистку.
Ты давно делала в последний раз?
Никогда и не собираюсь, я и так чистая.
Да ладно тебе, потерпишь немного,
зато потом не кожа, персик.
Человека невозможно заставить быть красивым,
если он сам этого не хочет.
А не каждый красивый человек
может считаться человеком.
Есть такие уродства, которые ни
один французский крем не скроет.
Вася, а у вас что, новые сотрудники?
Штатные хамы?
Нет, это не наши сотрудницы, она уже уходит.
Слишком много внимания своей внешности уделяют те,
кто хочет скрыть свою пустоту и никчёмность.
Простите, Ирина Викторовна,
это ординатор, и она первый день.
Галина Ефимовна, я кардиограмму сделала.
Что мне дальше делать?
Пожалуйста, только в
косметологию меня не отправляйте.
Меня выгнали оттуда и вообще...
Господи, погоди.
Сейчас из врачей кто-нибудь придет.
Антон Денисович, давайте я вас кофейком угощу.
Вы зря ко мне подлизываетесь,
Галина Ефимовна, если думаете,
что я не сообщу об этом безобразии.
Да я ничего не думаю.
Я один день как пришла.
Я не понимаю, что происходит.
Ее вы прекрасно понимаете, Галина Ефимовна.
Ваш главный врач не считается со мной,
как будто я с улицы пришел, а не из министерства.
Товарищ Ярцев.
Что еще?
Простите, что оторвал, там пациентка требует.
Самое высокое начальство меня
Лев Григорьевич за вами послал.
Давай иди с ними, поможешь уговорить пациентку.
Да чего ее эту Дулину уговаривать?
Так Фролова.
Ладно.
Ну вы кого мне привели?
Он же ни черта не соображает.
Ну вы чего, Антон Денисович
самый большой начальник у нас.
Как он скажет, так и будет.
Я вам официально заявляю,
как сотрудник министерства здравоохранения,
вам показана редукционная монопластика.
Вы знаете, что вы вот эти вот свои сложные
словечки вот для кого-нибудь другого там оставьте?
Хорошо, я скажу проще, Елизавета Павловна,
вы красавица, но большая грудь,
она вам не на пользу.
Что?
Вот это не на пользу?
Да.
Что, с ума сошли, что ли, тут все?
У меня красивая грудь,
а вы мне её хотите отрезать!
Послушайте, ну что здесь красивого?
Ничего.
Ну, в смысле, у вас вот на фоне
груди голова маленькая, кажется.
Так, я поняла, вы все тут сговорились.
Значит так, либо вы мне увеличиваете одну грудь,
либо я выбрасываюсь в окно!
Молчать!
Все!
Молчать!
Если вы отказываетесь от
квалифицированной медицинской помощи,
вы можете покинуть данное
медучреждение добровольно.
А если вы продолжите истерику,
получите принудительную психиатрическую помощь.
Понятно?
Понятно.
Понятно.
И я покину.
Я вам настоятельно рекомендую пройти
обследование позвоночника в районной поликлинике.
Она раньше никогда не отказывалась от еды.
Вспомните, может, в детстве такое было?
Да нет, даже наоборот.
Как-то раз она объелася рисок до того,
что больше не могла есть конфеты целый месяц.
Лев Григорьевич, операцию Рувимской вы отменили?
Да, я.
Ей пока займется, Эдик.
Психологическое состояние пациентки нестабильное.
Что ж, радует, что это не распоряжение Ярцева.
А эту дочку министра мы так и будем здесь прятать?
Да, ситуация с девушкой ужасная,
надо как-то решить это каким-то другим способом.
Операция — единственный способ,
который нам доступен.
Мы либо решаем так, либо никак не решаем.
Хорошо, обследование?
Она все сделала, кроме ЭКГ.
Ну, представляете, как мы по шапке получим?
И от нашего министра, от этого Туркменского,
он, Ярцев, уже побежал свой отчет строчить.
И пусть строчит.
Он здесь не начальник решения,
принимаю я. У Ярцева серьезные полномочия.
Алена, спасибо.
Андрей Иванович, организуйте ЭКГ для
пациентки и приходите в операционную.
Самсонов, за мной.
Андрей.
Откажись.
Мне себя годилось.
Ален, я не понимаю, почему ты против?
Ты же женщина.
Девочку насильно отдают замуж
за старика, а тебе плевать.
Ну, зато мне на тебя не плевать.
Ну, хуже, если она спустится в
авантюру, полгода руку лечили.
Хватит трястись за меня.
Операция все равно будет.
Я не могу оставить Леву
одного с неопытным мальчишкой.
Все будет хорошо.
Так, Самсонов, приготовьтесь.
Сейчас я отделю этот лоск,
а то вы будете его держать.
Да, понял.
Готов.
Прихватывайте.
Держите?
Да.
Я сейчас еще вот здесь уберу.
Не напрягайте так руку.
Хорошо.
Переживает пацан, это нормально.
Чего тут переживать, не пыльная работа.
У хирурга должны быть железные нервы, Герр.
Кто бы он иди, анестезиологи, они все психованные.
Сам иди, сами кто угодно, с ума сойти.
Так, Андрей, не надо дергать
тигра за усы, не злей Сосаныча.
Он не злой, он просто людей недолюбливает.
Здорово.
Спокойно, спокойно, я сушу.
Коагулировать будешь?
Нет, зашью лучше.
Коагуляции пять останется.
Простите.
Начинаю шить.
Так.
Мы справились.
Мы, да.
А вы, Самсонов, потрудитесь
объяснить, что произошло.
Что случилось с вашими руками
в самый ответственный момент?
Переуновался, бывает.
Лев Григорьевич, такого больше не повторится.
Это временно.
В смысле временно?
Это правда, я ручаюсь.
Пролова.
Здесь не комсомольское собрание.
Пожалуйста, оставьте свои замашки.
Я слушаю.
У Германа была травма.
Никакой травмы, все в порядке.
Не лезь здесь, если не знаешь.
Подождите.
То есть вы знали о его травме,
но все равно предложили поставить на операцию?
Вы намеренно его подвели?
Гер...
Гер, ну...
Послушай, я же...
Ты же не подумал, что я специально?
Гера!
Ну что ты молчишь?
Молчание, Кать.
Золото.
Я знаю, что ты не подлый,
но язык у тебя без костей.
Кто просил говорить о моей травме?
Я хотела тебя защитить.
А кто просил меня защищать?
Ну...
И правда, Кать.
Он же просил тебя только поддакивать
ему и победы свои отдавать.
Чего?
Сам всё профукал, а она виновата, да?
Чего ты лезешь, придурок?
Гера, стой.
Не смешно?
Иди сюда, если мужик.
Гера, остановись.
Мужик у нас ты, а я хирург.
Руки берегу.
Чё ты его постоянно защищаешь?
А может он прав?
И ты не ради меня в ординатуру
напросилась вместе с нами?
А может быть он прав?
И я действительно для тебя просто подпорка?
То есть за меня ты драться не стал,
когда он ко мне лез?
А тут пожалуйста!
А знаешь что?
Что?
А всё.
Гера, куда ты пошёл?
Не твоё дело.
Пусть тебя этот клоун провожает.
А мне некогда.
В эфире музыкальная программа «Добрый вечер».
Миша, осторожней!
Не переживай.
Я, может, как медик и бездарен,
но в этом искусстве у меня равных нет.
Да не болтай, тоже мне бездарен.
Мы вообще за твою ординатуру пришли пить?
Нет, мы пьем за верных друзей,
благодаря которым я попал в эту ординатуру.
Да.
Виват!
Виват!
Виват!
Судаков, это виват в твой огород.
Мы с Леночкой рук не приложим.
Инна Аркадьевна, вам виват уже с Леночкой за то,
что вы украшаете этот мир.
Да, вот инга, ты-то наш мир хоть иногда украшаешь,
а Леночку мы не видели сто лет.
Ты думаешь, мы сами её видим?
Вырастили заразу, пропадает в своём
Минздраве к родителям ни ногой.
Мамуль, ну я зайду, у меня работы много.
А у тебя пластический хирург.
Много работы?
Покой нам только снится.
Родные родители бросили в ров со львом.
Что, зловствует, Лёва?
Да наплюй ты на него, Мишань.
А его к нам переводят, главой комитета.
Все уже об этом говорят.
Странная какая-то история.
На чертам он такой нужен?
Да ещё вместо Серёжи Юрова.
Нет, он точно не нужен.
Мишенька, а мы с тобой когда
виделись-то в последний раз?
Вроде курсы на третьем.
Да, вроде.
Слушай, а ты после института
сама решила в Минздрав?
Предки постановили?
А мне-то что, мне это кровище,
знаешь, как за шесть лет хватило?
Так что лучше уж бумажки разносить по кабинетам.
Да, родители у тебя здорово все организовали.
Работа не пыльная, хата отдельная.
Они у меня вообще в жизни секут.
Так что выбор жениха я им
тоже вполне доверить могу.
Кстати, дочь туркменского министра
отказалась выходить за друга семьи.
Дура какая.
А мне, знаешь, все равно за кого выходить.
Лишь бы зарабатывал хорошо и жить не мешал.
Здоровый цинизм тебе идёт несказанно.
Надеюсь, как и эти духи.
И?
И давай сбежим отсюда.
Мишенька, ты не понял.
Мне с кем жить всё равно,
а с кем спать мне не всё равно.
За духи с мамочки на утряну я как-то не готова.
Хочешь по-взрослому?
Ухаживай как большой.
Тогда столик завтра.
Национально.
Ну, для начала пойдёт.
Мерси.
Жених.
Отведите меня к моей дочери.
Чем вы тут вообще занимаетесь?
Эксперименты ставите над людьми.
Азиз Бешенович, я Лев Григорьевич
Преображенский, главный хирург.
Пожалуйста, не волнуйтесь.
Это была очень простая операция.
Я знаю, что это за операция.
Мне товарищ Ярцев доложил.
Я не волнуюсь.
Я требую пропустить меня в палату.
Не шумите, пожалуйста.
Ей сейчас нужен покой.
Я сам решу, что ей нужно.
Я был категорически против этой операции.
Вы понимаете, что меня
просто никто не стал слушать.
Да, и я беру всю ответственность на себя.
Да я плевал на вашу ответственность.
Почему меня не пускаете?
Почему меня не пускаете?
Ей там плохо?
Сейчас она в порядке.
Но любой девушке было бы плохо,
если бы ее насильно выдавали замуж за старика.
Шикер выходит замуж?
За кого?
За вашего друга, дядю Балы.
Да вы что милите?
Балы Тимурович женат, у него трое детей.
О чем вы говорите?
Подождите, а эти ребята, которые приезжали, они...
Это мои племянники.
Они учатся в МГУ.
Вчера она позвонила, сказала,
чтобы я их сюда доставил.
Ясно.
Какой позор.
Я все для нее.
Захотела быть актрисой, пожалуйста,
поступила в театральный.
Теперь она вбила в голову,
что ей не дают роли из-за ее восточной внешности.
Я даже боюсь представить, что она вам наплела.
Я вам только одно могу сказать.
Ваша дочка потрясающая актриса.
Сочувствие пациента может навредить.
Лев Григорьевич, я, конечно,
человек системы, но я вам не враг.
У меня нет цели закрыть институт,
напротив, я хочу предотвратить нарушения,
чтобы потом не писать о них в отчете.
Кстати, у меня для вас хорошая новость.
Я выбил для вас аппарат визит.
В самом деле?
Антон Денисович, благодарю вас,
что даже Вепрев не возражал.
А вы что, считаете,
что я Вепреву сообщаю о каждом своем шаге?
Нет, я ему вообще ни о чем не сообщаю,
но сигналы от него получаю.
И не могу их игнорировать.
А от кого он получает сигналы?
От кого?
От кого-то из молодых сотрудников.
Я могу на кухне лечь и спать.
Не брось, Костя.
Это твой дом.
И твой тоже.
Помнишь, ты здесь с Темкой жила,
пока ему год не исполнится?
Да, твой папа все время с ним
хотел гулять и меня не пускал.
Говорил,
Отдыхай.
Всю жизнь мечтал с внуком гулять.
Мне здесь всё время скучно.
Я только ждала, когда ты на выходные приедешь.
Я приезжал.
Я бы всё отдал, чтобы сейчас туда вернуться.
Где папа жив?
И Тёмку на руки можно взять.
И ты меня ждёшь.
Кость, это улица односторонняя.
Назад не поедешь, а мы уже нет.
Ты та.
Та же девчонка, которая воровала пюре у младенца.
Я снимала пробу.
До дна.
Я вам тогда целый рюкзак в электричке на себе пёр.
Вообще не было такого.
Вот.
Я тебе завтра куплю, ты за раз три банки слопаешь.
Нет.
Нет?
Не покупай.
Ну, купи.


Серия 3

Дорогие друзья, с вами Новый
Вестник Института Красоты.
Среди главных событий последних дней нужно
отметить открытие в клинике ординатуры.
Вчерашние студенты немедленно приступили к работе.
Вели приём пациентов,
проводили обследование и поставили первый диагноз,
остеохондроз, как причина
асимметрии молочной железы.
Один из ординаторов в первый же день
ассистировал на операции по изменению
разреза глаз самому доктору Преображенскому.
Поздравим ребят с первым шагом
в блестящее медицинское будущее.
Настоящим праздником для всего коллектива
стало возвращение опытной сотрудницы,
которая вместе с главным врачом стояла
у истоков создания Института Красоты.
Отныне вся административно-хозяйственная часть клиники
находится в самых надежных руках.
В институте полным ходом идет проверка,
санкционированная Министерством Здравоохранения.
Старший инспектор товарищ Ярцев
детали рабочего процесса, общается с пациентами
и выражает всяческую поддержку
молодым специалистам.
Люди приезжают на лечение в нашу
клинику со всех концов Советского Союза.
Только вчера хирурги провели операцию
на глаза гражданки туркменской СССР.
Верим, что рано или поздно в столице каждой
республики появится свой институт красоты.
Давай, рассказывай, что это всё было ошибкой,
что это больше не повторится,
и на тебя чувства нахлынули.
Я как-то хотела тебя
поддержать, как-то удерживать.
Из жалости, да?
Свет, давай ты не будешь себя обманывать.
Ты этого хотела не меньше, чем я,
потому что скучаешь, по мне скучаешь.
Костя, ты мне очень дорог.
Но вчера это было вчера,
и это больше не повторится, пожалуйста.
Собирайся, я пойду попрощаюсь с твоей мамой.
Я люблю тебя так же, как и ты.
Ты прости мою мечту, даже если я уйду.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
И даже если я уйду,
я останусь там, как и навсегда.
Подари мне красоту, я поверю.
Катрин, ты от общаги идёшь?
Ночевала у Самсонова?
Во времена унравы.
Отстань, не ночевала я там,
я только на минуту зашла.
Ну и судя по тому, что ты одна,
Самсонова тоже не было, да?
Отвяжись, я на работу опаздываю.
Так мы вместе опаздываем, Кать, давай довезу.
Ну чего ты так переживаешь?
Ну он, может, для тебя всю ночь
за ГДРовскими колготками стоял, а?
Поехали.
На эти улицы знаешь какая очередь?
Таких машин на всю страну по пальцам пересчитать.
Серьезная машина.
А что у тебя с руками, Самсонов?
Ты хирург или кто?
Да нет, так.
Так?
Олег Григорьевич, видите,
мы весь Ленинградский НИИ на уши поставили,
что нам без очереди аппарат удалили.
Главное, что теперь не забрали.
Здравствуйте.
Здравствуй.
А почему вдруг забрать-то должны?
Да там опять сапер Улимский.
Главное, чтобы вообще не закрыли.
Да кто на нём работать будет?
Оператор кто на место?
Ролова, Шевцов?
А что происходит?
Почему вы опаздываете?
Это я опоздала, а Шевцов меня просто по
дороге захватил, поэтому он тоже задержался.
А кто вас судит?
Я в ленинградском НИИ практику проходил.
Серьёзно?
Да, белыми ночами Айн-Ане, а днём НИИ.
Я тоже видел, как на нём работать.
Могу попробовать.
Один кутил, другой видел.
Помогайте разгружать.
Я гляжу, ты полюбила на машине кататься?
Да.
А ещё я на работу опаздывала,
потому что утром заходила с тобой в общагу.
А ты, оказывается, там не ночевал.
Ещё будут ко мне претензии?
Ты прямо с поезда?
Устала?
Как ты вообще?
В похоронах мало веселого.
Поэтому лучше на работу хоть отвлекусь.
Ну и правильно.
Мне как раз есть чем тебя отвлечь.
Что опять случилось?
Буду отказываться от операции в Руинск.
Там все плохо.
И, скорее всего, за это нас попытаются закрыть.
Что значит за это?
Они же должны какую-то
официальную причину оттаскать.
И найдут.
Ты уж за них не переживай.
Я как раз хотел об этом с тобой поговорить.
Один из наших юных ординаторов стучит в яприво.
Прекрасно.
К себе в отделение я их не пущу.
Поздно.
Один из них уже там.
Я хотел попросить тебя устроить
небольшое представление.
Можешь сделать вид,
что вы получили от пациентки деньги
и спрятаете в каком-нибудь
укромном месте на глазах у Шевцова.
Проверка дезинформации.
А другим-то что придумал?
Самсоном займется Андрей,
а Фролову возьмёт себе Галина Ефимовна.
Тебе же достался самый
подозрительный и самый блатной.
То есть, если Шевцов окажется стукачом,
через полчаса явится Ярцев,
деньги найдут, меня арестуют и посадят, да?
Может быть.
Поэтому лучше забрать деньги до прихода Ярцева.
Я шпионским игром не обучена, Лев Григорьевич.
Самсонов, поможешь мне тут все подключить?
Шевцов, топай в косметологию.
Почему Самсонов?
Я тоже могу.
Топай в косметологию,
проверь карты пациентов на предмет бардака,
пока до них Ярцев не добрался.
Фролова в лабораторию забери, результат анализа.
Слушай, Гера, без обид.
Это, конечно, не моё дело,
но ты вчера маху дал на операции.
Ты что, по ночам грузчиком, что ли, работаешь?
Андрей Иванович, чего вы взяли,
что я грузчиком работаю?
Ну, у тебя ладони и запястья
все в ссадинах, занозах.
Ящики таскал, что ли, правильно?
Меня не обманешь.
Я на зоне разные руки видал.
Что, прям так деньги нужны, что ли?
Всё в порядке, Андрей Иванович.
Не беспокойся за меня.
Смотри, заработаешь копейку, потеряешь руку.
Ты хирург, твои руки это твоё богатство.
Не, если у тебя край, не скажи, я тебе выручу.
Спасибо, но не надо.
Это я. Всё достал?
Молодец.
Тоже всё с собой.
Так, давай через час в сквере
на углу Герцена и Семашка.
Там в это время народу мало.
Давай.
Добрый день.
Светлана Геннадьевна.
Наконец-то, дорогая моя.
Ирочка, у вас сегодня азот.
А завтра, когда придёте, я сама вами займусь,
как раз будет четвёртый день,
он самый важный в курсе, помните, да?
Так, вы новый ординатор?
Да, Михаил Шевцов.
Очень приятно.
Меня вот послали к вам карту проверить,
а я вот стою и пялюсь, как в кино.
Ну невозможно оторваться, когда на твоих
глазах природную красоту делают вслепительной.
Вот это другое дело, бывают же воспитанные люди.
Не то, что эта новенькая,
которую вчера обхамил Ирина Викторовна.
Это что ещё за новости?
Ирина Викторовна, вы не
сердитесь на нашу Катеньку.
Богиня, они же должны быть снисходительны к тем,
кто еще не понял, какая страшная сила красота.
Ну, не так уж ваша Катерина и не поняла.
Я вчера видела, что у нее тут и жених имеется.
Да, жених.
Одно слово жених.
Ося, деточка, спасибо.
Сегодня вечером не умываться,
завтра ждем к одиннадцати.
Конечно, я помню.
Ну, так и что же наши карты?
У вас все прекрасно,
образцово-показательное отделение.
До завтра.
До свидания.
Позвольте на прошлый совет?
Да.
Вы будьте с этим поосторожнее.
Буду иметь ввиду.
Галина Ефимовна, а вы, а вы что это делаете?
Пролова.
Меня ищешь?
А я видишь, вон препараты списываю.
Половина в бутылках испорчена.
Так вот только что их сами...
Что сами?
Испортили.
Эдуард Борисович!
Закройте сейчас же дверь.
Эдуард Борисович, что такое?
У меня психотерапевтический
сеанс, все под контролем.
Руководство знает.
Закройте дверь.
А как-то потише, что ли?
Ну, это и ваши хоть быхны,
а других больных сейчас конрад.
Закройте дверь.
Давай, давай, давай, Катя.
Ничего не работает.
Ни хорошее воспоминание, ни плохое.
Если даже в мамину духе.
Знаете, я ее просто соберу.
Прямо сегодня и увезу домой.
Не будут же они специально за нами гоняться,
чтобы закрыть ее в лечебнице?
Нет, не будут.
А кормить вы ее чем будете?
Как ухаживать в таком состоянии?
Из такого состояния самостоятельно не выходят.
Нет у меня другого выхода.
Дочь потерять навсегда или бежать.
Принёс?
Давай.
Полегче, Виталик, не переигрывай.
Чё ты туда напихал?
В цирке дружба.
Не раздави, удивишься.
Чё это за цирк, Андрюх?
Проверка связи.
Если связь правильная,
нас прямо сейчас с тобой повяжут.
Чисто праздник.
А че жрать?
И так ты барыгу не похож, это не хреново.
А вот это и обидно.
Ой, Светлана Геннадьевна, а это то, что я думаю?
Не-не-не, это просто чёрная икра.
Ну правда.
Так, губы не раскатываем,
у меня каждая икринка на счету.
Первый, седьмой, задание выполнено.
Миша заметил деньги?
Ещё как заметил.
В общем, даже отреагировал, пообещал не выдавать.
Это может он втирался в доверие?
Может, он просто заигрывал.
Тогда он точно вылетит, даже если не стучал.
Давай помогу.
Ты что?
Ещё разобьёшь.
Я эту усакскую грязь три месяца ждала.
Я эту грязь таскать за
тобой готов, а ты не ценишь.
Заедешь сегодня?
Лёв, давай не сегодня.
Тёмка ещё не отошёл от похорон деда,
не хочу его одного оставлять.
Понимаю.
Ну, прости, дай нам немножко
времени прийти в себя.
Конечно.
Зосенька, я на перерыв.
Не злись.
Ты же не думаешь, что я там с кем-то ночевал?
У меня дела были.
Только мне, пожалуйста, не рассказывай какие.
А то у меня язык без костей.
Я проболтаюсь.
Ну ладно тебе.
Я правда грузы таскал.
Какие грузы?
Зачем?
Что-то случилось?
Тебе деньги нужны?
Так ты бы у меня попросил.
Ну, Гер, у меня же от папы осталось на книжке.
Ну вот еще не хватало тебе деньги клянчить.
Ничего не случилось.
Понадобилась некоторая сумма.
Раз.
Пойдем.
Олеги, давайте быстрее начинать
и еще быстрее заканчивать.
Все в сборе?
Давайте быстро и по делу.
Эдуард Борисович, начнем с вас.
Кир, что мне?
Ты спрашиваешь или хвастаешься?
Значит, он не просто тебе на машине катает,
но и презентами одаривает.
Понятно.
Ну что ж, будем переводить другое медучреждение.
Тем лучше для нее.
В смысле?
А в этом институте допускаются
такие злоупотребления,
что лучше всех пациентов куда-нибудь перевезти.
Кать, если вы так сильно волнуетесь о пациентах,
может быть, для начала перестанете им хамить?
Что?
Кому?
Моей пациентке Ирине Ермолаеве ваша
новая сотрудница наговорила гадостей.
Вы, может, директора универмага?
Она мне первая нахамила.
Ну, конечно, вы очень
пострадали, вы бедная девочка.
Знаете что?
Я ни от кого хамства терпеть не буду.
Ни от начальства, ни от пациенток с универмагами.
Эти стервы калёные с маникюрчиком,
они детей бросают, мужей бросают
просто потому, что хотят жить лучше.
Всё, прекратите истерику.
Лев Григорьевич, там Ярцев пришёл,
сразу в косметологию рванул.
Очень хорошо.
Коллеге есть ещё, что обсудить?
Тогда за работу.
Я впечатлён, Катарина,
довела ремесло Инквизитора до совершенства.
Иди ты к чёрту, Шевцов.
И больше меня не подвози.
Ты думаешь, я не понимаю,
что ты пытаешься сделать?
Ты пытаешься клиент бить между мной и Германом,
чтобы мы тебя из института не выжили.
Может, я тебе просто приятно хотел сделать?
Ну, твоему же не хуже некогда, да.
Ты обиделась?
Ну, что?
Что я не выгнал эту дурочку?
Надо сначала разобраться с Шевцовым.
С Шевцовым все понятно, я ни на что не обиделась.
Я уберу Фролу.
Просто чуть позже.
То есть не только она,
но еще и ты считаешь меня стервой, да?
Я не просила увольнять эту девочку.
Тем более, что она сказала правду,
меня все осуждают по делу.
Что за чушь?
Никто тебя не осуждает.
Мы поженимся, и все забудут,
что у тебя это не первый брак.
Ну, конечно.
Ну, так возьмут и забудут, да?
И сын мой тоже забудет.
Ты помнишь, что мы хотели
поговорить насчет нашей свадьбы?
Я помню.
Сейчас самый подходящий момент, ты считаешь.
Лёва.
Катя, работаете?
Не буду вам мешать, я только посмотреть,
остался ли колонозипам.
Да, десять.
Вы плачете?
Не нужно.
Сдали нервы, это со всеми случается.
Можно просто извиниться и...
Ещё чего?
Всё будет хорошо.
Перед Гермалаевой я не извинилась.
Не перед ней, а перед Светланой Геннадьевной.
А, перед Светланой Геннадьевной клиентку обидели.
Какой ужас!
Ну, вы ещё намекали на её личную жизнь,
а это действительно некрасиво перед коллегами.
На чью личную жизнь?
Троновой.
Я вообще никакого понятия
про её личную жизнь не имею.
Она от мужа ушла, да?
Все равно я извиняться перед ней не собираюсь,
потому что она из той же породы.
И пусть меня увольняют за то,
что я говорю правду, но на стервах Алены,
а весь этот ваш институт гнилой.
В молодости, Катя, многие
вещи кажутся черно-белыми.
Я себя знаю.
Это счастливое время, так проще.
А потом со временем понимаешь,
что не всё так просто.
И что ты не всегда прав.
Я думаю, товарищ Вепрев просто дует на воду.
Но раз уж научно-технический совет решил
взять на вооружение западные технологии,
то, наверное, они их изучили досконально.
Так мы довооружаемся.
Помяните мое слово.
Ну, а вас что смущает, Алексей Данилович?
Вы что, предлагаете совсем
игнорировать зарубежные опыты?
Нет, я предлагаю не затыкать
каждую бочку их опытом.
Вот этот институт красоты,
который так Арияна защищает...
Дался вам этот институт, Алексей Данилович?
он вам почему-то дал, все уж прямо не знаю почему.
Приплачивают что ли?
Конечно, я же с каждой клиники
дань беру на охрану от вас.
Ну ничего, там проверка идет,
скоро нас всех разоблачат, бандитов.
Да, и прямо во время проверки
вы издеваетесь над пациентами.
Вместо того, чтобы оперировать Рувимскую и
доказывать превосходство советской хирургии,
они ставят эксперименты над
душевно больной девушкой.
Вы про эксперименты Милиграмма слышали?
Когда пациентов током бьют, нам что,
вот это тоже брать на вооружение?
Ради Бога, простите.
Это правда вы?
Товарищ Гринберг?
Невероятно.
Анжела, меня кто-то ещё узнавал.
Ну как же, что вы?
Мы на все ваши концерты
ходили с покойной супругой.
Когда вы в Новосибирск приезжали.
Да.
И дочку специально в Москву
возили на ваши концерты.
У неё есть ваша пластинка, самая любимая.
Заслушала до дыр.
Правда?
Она здесь лежит, моя Россенька.
Если бы она только знала.
Благодарю вас.
Дочке привет передавайте.
Да.
Я извиняюсь, мне нужны процедуры.
Конечно, конечно.
Добрейшись, позволяя не сказать, денёк.
Антон Денисович, у меня к вам разговор.
Приватный.
А мне как раз надо бежать.
Лёв, я пойду.
Присаживайтесь.
Я догадываюсь, о чём будет разговор.
Выливка с металлургией?
Да.
И хочу вас очень сильно огорчить.
Я хочу перед вами извиниться.
Это я попросил разыграть спектакль для вас.
Я хотел вычислить, от кого исходит сигнал.
Вы же ничего не нашли?
Нашел.
Как раз нашел именно то, что искал.
Импортная косметика у нас не сертифицирована.
Это хорошо, что я ее на полке обнаружил.
А если бы её использовали
во время работы с пациентом?
Ну, как вы понимаете,
я не могу не отразить это в своём отчёте.
Это я пока оставлю у себя.
Значит, не Шевцов.
Он бы про деньги сказал.
Какие деньги?
Лев Григорьевич.
На уме ключ.
Извините.
Там Гринберг.
Я его встретил прямо у входа, он на приём пришёл.
А Борис Гринберг,
любимый пианист Тасеньки.
Сам Гринберг билетов раньше был не достать.
Вам нужна операция?
Да.
Хотелось бы убрать этот неприятный
довесок с моей физиономией.
Видите ли, замаячили гастроли.
Кто знает, может быть, последние в моей жизни.
Зато какие.
В Альберт Холле.
А я в таком виде буду там, как грустная собака.
Борис Михайлович, операция несложная.
но, к сожалению, для него нет верских причин.
Ну, Лев Григорьевич,
вашу принципиальность никто не сомневается,
но я думаю, что для народного артиста,
любимца всего союза,
мы можем сделать маленькое исключение.
Вы полагаете?
Да.
Я даже уверен, что мое
руководство не будет возражать.
Кто я такой, чтобы перечить вашему руководству?
Анализы КГ и рентгена.
Так я вот же тут уже все подготовил,
все взял в своей районной поликлинике.
Тут и анализы.
Оринген, смотрите.
Красота.
Я курю много, зато легкие у меня очень чистые.
Но мы должны быть уверены.
Я думаю, что если Борис Михайлович так хорошо
подготовился, то что же мы будем тянуть-то?
Тем более, что нужно время для того,
чтобы как-то восстановиться перед гастролями.
Ну, как скажете, Антон Денисович.
Отрадно, что для вас человеческий
подход важнее приписаний.
Михаил, подготовьте отдельную
палату товарищу Гринбергу.
Лев Григорьевич, я вот вам
подготовил небольшой сувенир.
Не стоило, благодарю.
Вы знаете, у меня будет к вам небольшая просьба.
Я с радостью.
Чем могу помочь?
Ася, детка, ты не поверишь, кто к нам пришёл.
Здравствуйте, Борис.
Сам Борис Криндер?
Ась, ну вспомни, когда мы приезжали в зал
Чайковского, ты же мечтала взять автограф.
Малыш, ну пожалуйста.
Такого шанса больше не будет.
Алона Яковлевича, я думаю, достаточно.
Простите, пожалуйста,
Борис Михайлович, и спасибо вам.
Асенька, я тебя умоляю, ну вспомни, пожалуйста.
Ты же каждый день ставила его пластинку,
на которой Борис Михайлович Шопен исполнял.
Ты уроки под неё делала.
И риски свои любимые жевала.
Вспомни, Асенька, ну.
Что?
Эдик, давайте за Шопеном в мелодию, быстро.
Далмитрич, а вы за Ирискиным в магазин.
Простите.
Давайте я провожу вас в палату, ладно?
Света, подожди, пожалуйста.
Что?
Прости меня.
За что мне тебя простить?
За то, что дурак.
Ты должен был сразу догадаться,
почему тебе так задели слова этой Кати.
Это же из-за похорон, да?
В каком смысле?
Там же родня мужа.
Наверняка на тебя косо смотрели,
кто-то что-то говорил, осуждали.
Ты же там не была после развода?
Лёв, ты...
Вообще...
Я вообще не понимаю, как ты это всё вытерпела.
А я вместо того, чтобы тебя поддержать,
Можно я приеду сегодня?
Просто по-дружески.
Получилось.
А может, арбуз передадим?
Нет, нет, не будем спешить.
Улучшения, конечно, налицо,
но нужно еще понаблюдать.
Пусть она этот опыт переживет и пережует.
А вечером я еще с ней поработаю.
Давление у меня всем на зависть.
Как вы двадцать лет.
С таким давлением хоть час можно жениться.
С другим, правда, есть большие сложности.
Потому что вам не двадцать лет.
Какой у меня строгий доктор достался.
Ну ничего, стану после операции
молодым красавцем, тогда вы опомнитесь.
Но только будет поздно.
Можно я пойду покурю?
Вы куда вернее станете молодым
красавцем, если бросите курить?
Ну вы загнули.
Ещё скажите мне фортепиано бросить.
Илья Григорьевич, пациент Гринберг.
Вы сказали мне готовить его к операции,
но его нельзя оперировать.
Ну, если вы про отсутствие медицинских показаний,
то это согласованно с министерством.
Нет, у него есть показания, есть.
Просто к другому.
У него рак.
С чего вы взяли?
У него мешки под глазами, обвисшая кожа,
Вообще, видно, что он
недавно очень сильно похудел.
У него этот кашель постоянный, одышка.
Всё в точности, как у моего отца перед смертью.
Я сочувствую вам, Фролова,
но мы не ставим диагнозы по детским воспоминаниям.
Ставим их на основании обследования и анализов,
которые у Гринберга в полном порядке.
Лев Григорьевич, нужно ещё раз его обследовать.
Можно еще все перепроверить.
Я уверена в этом диагнозе.
Довольно.
Вы донесли информацию, я ее принял.
И надеюсь, вы догадаетесь
не доносить ее до пациента.
А если я вас ослушаюсь, вы что, меня уволите?
Вы, кажется, любите товарищеские суды.
Так вот, завтра коллектив
решит, что с вами делать.
До свидания.
До свидания.
Шевцов, как хорошо, что ты еще не уехал.
Чего тебе?
Наконец поняла, что тебе со мной хорошо.
Миш, а ты можешь, пожалуйста, задержаться?
Для тебя нет.
Меня Столик в семь националь ждет.
Завтра сходишь в свой националь.
В общем, этого пианиста Гринберга
нужно на ультразвук проверить.
Ты же можешь?
Там, на этом аппарате показывает опухоль легких.
Если большая, должно показать.
Хорошо.
Ты серьезно вообще?
Да.
Нужно сейчас его проверить, пока нет никого.
Алло.
Ты всегда у нас была
ошибанутая, но чтоб настолько.
Нас отсюда с тобой, как котят, выкинут.
Тебя не выкинут.
Я скажу, что ты ничего не знал,
что я тебя обманула.
А Гринберг, он вообще ничего не поймет.
Эти аппараты УЗИ, кто вообще
знает, как они выглядят?
Никто не знает, что это.
Миш, тебе самому разве не интересно?
Да мне-то интересно.
А тебе зачем?
Опять свою правоту хочешь доказать?
Нет, я хочу правильный диагноз поставить.
Я врач или кто?
Гер?
Ну как там Ася?
Ася?
Тьфу-тьфу-тьфу, есть прогресс.
Одна ириска это прогресс?
Ну, это же не совсем ириска, это же реакция.
Движение вперед.
Нужно просто понять алгоритм,
что-то за этими ирисками стоит.
А может это просто ириски, а?
Человек просто хочет домой,
чтобы его не лечили, не приставали.
Дома хочет музыку слушать.
И чтобы я с ней не возился, да, Зовси?
Хотя хочет домой к нормальной жизни.
В этом что-то есть.
Ты у меня умница.
Эдуард Борисович, поздравляю.
Доигрались вы со своими
экспериментами над Рувимской.
Что вы имеете ввиду?
Весь Минздрав на ушах.
Преображенского завтра вызывают
на ковер к замминистра.
Я пойду с ним, у меня есть результаты.
Ну уж нет.
Давайте на этом и остановимся.
Преображенский распорядился.
Пациентки вас больше не допускать.
Как не допускать?
Калина Ефимовна, подождите.
Эдуард Борисович, я не хочу это комментировать.
Добрый вечер.
Скажите, пожалуйста, господин Петти
ещё не возвращался в гостиницу?
А вы передавали ему моё сообщение?
Я поняла, да.
Поняла, да.
Спасибо.
До свидания.
Лев Григорьевич, а это то,
о чем вы мне собирались тогда сказать?
Да.
Ну, раз уж это дошло до руководства,
и догадываюсь, каким способом,
вынужден признать, а психическое состояние
Рувимской не позволяет провести операцию.
Она что, буйная?
Нет.
Если она не буйная, сначала оперируйте,
а потом отправляйте ее кому угодно.
Это как?
А если буйная, все равно оперируйте.
Америку они мне тут открыли.
То, что она больная,
об этом было известно всем и всегда.
Здесь не медицина.
Эта операция имеет политическое значение.
Вы это понимаете?
Отлично понимаю.
Что вам, как и министру, нет дела до пациентки.
А вот мне дело есть.
И мне плевать на политику.
О чем, кстати, я завтра сообщу товарищу Бурмину.
Это очень непрометчивое решение.
Допускай.
Пускай меня увольняют, закрывают этот институт,
но ломать лицо невменяемому человеку я не стану.
Ну, как знаете.
Ну что, долго тебе ещё?
Как раз закончил.
Это очень даже приличный шов получился.
Да, ничего так, ювелирненько.
Значит, больше тебе и тренировки не нужны?
Ну, вообще-то, я хотел бы.
Только не на коже.
Мне теперь голова нужна.
А точнее, лицевая кость.
В смысле, только козь без головы?
Нет-нет, с головой.
Мне нужна голова, у которой можно скуловую ломать.
Вот ты, брат, замахнулся.
Я понимаю, трудно подобрать материал,
но вдруг появится такая возможность?
Появится, куда ж она денется?
Только эта башка тебе в копеечку влетит.
Я постараюсь, я соберу как-нибудь.
С этим тоже могу подсобить.
Если захочешь, выработку найду.
Правда?
Для меня?
Ну что нет?
Грех такому парню способного не помочь.
Здорово.
Спасибо.
Да не за что.
Это такая процедура, как физиотерапия.
На область сердца и вообще всей грудной клетки.
Это очень нужно прямо, прямо на ночь,
перед операцией, чтобы наркоз лучше перенести.
Так у меня с сердцем все в порядке,
так же, как и с давлением.
Ну, надо так надо.
Простите, Катюш, а тут как бы...
Ой, да.
А я все время путаю, куда же я вас привела сейчас.
Я же тут недавно работаю, нам,
по-моему, вообще в другую сторону.
Пойдёмте.
Вы должны закрыть глаза, дышать ровно.
Ну, без сигареты я уже ровно дышать не умею.
Вы за роялем тоже курите?
Да, дома, конечно.
Думаю, вот только в Альберт
Холле мне уже этого не разрешат.
Борис Михайлович, тихо, не разговаривайте.
Всё, молчу.
Что?
В эфире музыкальная передача Всесоюзного радио.
Сегодня вечером мы предлагаем вашему
вниманию увлекательную программу,
наполненную лучшими мелодиями и песнями любимыми
миллионами слушателей нашей необъятной Родины.
Эдик, ты дома?
Почему дверь не заперта?
Зинаида Григорьевна, добрый вечер.
А где же вы так долго ходите?
Мы заждались.
Эдик!
Филиппов Юрий Матвеевич.
Так где же вы были?
На работе.
И прямо с работы сюда пришли?
Нет, я ещё гуляла.
А где вы гуляли?
Не у гостиницы, интурист случайно.
Вообще-то я тебя не звала.
Между прочим, я за этой курицей
по всему городу гонялся.
Да ты что?
Где поймал?
В сорок первом гастрономе.
На Кузнецком?
А?
А чего конфет не взял?
Чтоб ты их не съел до ужина.
Успокойся, пожалуйста.
Куплю я тебе завтра эти конфеты.
Ты же сказала, что он не придёт.
Ешь давай.
Спокойно.
Привет.
Лёв, тут так получилось.
Мам, ну ты скоро?
А то мы с папой всё сами съедим.
Ну, значит, я не очень помешаю?
И кого вы искали в Интуристе?
Одного знакомого.
Его, наверное, как-то зовут?
Я не помню.
Послушайте, это просто случайный знакомый.
Зося.
Что Зося?
Я не понимаю, в чем меня обвиняют.
Зинаида Григорьевна, это ваше?
Да, моё.
Вам известно, что внутри?
Валюта.
Эдик ничего не знал.
Но когда мне передавали этот конверт,
я не знала, что там.
И передал вам этот конверт тот самый знакомый?
Слушайте, это было три года назад.
Этот человек потом уехал.
Я сейчас узнала, что он в городе.
Хотела вернуть ему этот конверт.
Договорилась о встрече, на которую он не пришёл.
но, разумеется, не пришел.
Гражданин Франция Жен Петти
задержан по подозрению в шпионаже.
Вы, гражданин Лыков, пока записаны свидетелем,
а с вами, Зинаида Григорьевна,
остальное нам лучше обсудить
в более спокойном месте.
Константин, это просто мед, а не курица.
Снимай шляпу.
Я рад, я рад.
Это любимое блюдо Тёмы, да, Тём?
Угу.
Каждый день бы ел.
Каждый день не надо, надоест.
Это такое торжественное блюдо.
К такому торжественному блюду хочу
сделать торжественное заявление.
Света, Тёма, вы переезжайте ко мне.
На самом деле,
Мы это обсуждали.
Тём, твою комнату я уже подготовил.
Поставил там шведскую стенку,
кольца, канат, турники, в общем...
Свет и Лев, поздравляю.
Ты знаешь, Кость, не с чем.
Мы пока ещё не решили.
Да, Преображенский.
Много я от тебя ожидала, но не такого.
Какого?
Это подло.
Это удар под дых.
Мы с тобой договорились
подождать, подготовить его.
Ты взял и все вывалил.
Если бы я не вываливал,
ты до сих пор бы тянул резину и ворола.
Зато теперь я знаю, что ты не хочешь со мной жить.
А ты, Света, вообще меня любишь?
Тебе вообще бывает стыдно?
Я ради тебя семью разрушила,
а тебе этот враг зачем?
Тебя что, такого холостого в Минздрав не возьмут?
Что, у меня в такое время никто не звонит?
Только Костя, но он здесь.
Что ты стоишь?
Иди, перетру трубку.
Да, слушаю.
Да, я. Жду.
Ты кем себя возомнил?
Гелировским?
Бехтеревым?
Ты теперь вместо носов людям
будешь мозги вправлять?
Нет, если ты решил податься
психиатрию, милости просим.
Мы тебе устроим палату номер шесть.
Вы эту Рувимскую собираетесь оперировать или нет?
Или она вам для опытов нужна была?
Ну чего ты молчишь?
Язык отрезали?
Сестру арестовали.
Чего?
За что, знаешь?
Валюту нашли, но есть подозрение,
что шлют в шпионаж.
Вы можете помочь, Анатолий Федорович?
Помочь?
Да, заступиться.
Я понимаю, что пост мне не видать,
да и пускай, пускай даже институт закроют,
если в вепрь вот так не мется,
Пускай даже меня посадят, я не знаю,
за эксперименты, за шпионаж, за госизмену.
Ты чего несешь?
Какая...
Анатолий Федорович.
Так.
Иди, оперируй эту Рувимскую.
Но только завтра.
Преображенский, ты меня понял?
Твои личные обстоятельства никого не интересуют.


Серия 4

С добрым утром, товарищи!
В новом выпуске нашего тележурнала «Вестник Института
красоты» мы поделимся с вами радостным событием,
о котором ещё недавно могли только мечтать.
Приказом Министерства
здравоохранения Институту красоты
был выделен аппарат УЗИС-II последнего поколения.
Это новейшая разработка Ленинградского
НИИ медицинской техники.
Аппарат позволяет исследовать состояние внутренних
органов пациента при помощи ультразвуковых волн.
К работе с этой передовой технологией
немедленно подключились молодые энтузиасты.
В стенах нашей клиники нередко происходят чудеса.
Пациентка из Новосибирска, которую сейчас
готовят к повторной и очень сложной операции,
неожиданно встретила здесь
своего любимого пианиста,
чьи пластинки слушала еще ребенком.
Мы не сомневаемся, что очень скоро они
будут совершенно здоровы и встретятся
вновь на одном из его концертов.
А нам остается только пожелать
и скорейшего выздоровления всем нашим пациентам!
Здрасте, Лев Григорьевич.
Вы когда ночью трубку бросили, я подумал,
что Николай Сергеевич не хочет меня знать.
Да, и ты моим коллегам не надо знать,
что мы с тобой общаемся.
Я же дело твоей сестры не веду.
Там следователь Филиппов, да?
Да, забавный хлипик такой.
Вечно форму носит, чтоб страшнее казаться.
Что ему нужно, Анзуси?
Ну, показания вестимы.
Они взяли Жанна Пятей.
Ты с ним не пересекался?
Нет.
Ну, я читал его статьи, знаю,
что он приезжал на разные симпозиумы.
Сам лично никогда.
Ну, вот уже хорошо, что ты с ним никогда.
Короче, Елипов решил из него шпиона соорудить.
Некоторым людям очень трудно без ордена живётся.
А как?
За кем он мог шпионить?
Слушай, ну я подробностей не знаю,
но знает Григорий не сама виновата,
что влезла в этот капкан.
Теперь он будет колоть её на сопричастность.
Сопричастность к чему?
К липовому шпионажу?
Когда такое бывало, правда?
Николай Сергеевич, ты можешь
организовать встречу с тем генералом,
который помог институт тогда открыть?
Мне кажется, если Бурмин тебе сказал
оперировать, то нужно оперировать.
Мне кажется, это самый лучший выход.
Понимаю.
Насчет генерала попробуй.
Подходи к семье и к главному ходу.
Я тебя встречу.
Спасибо.
Но операцию надо сделать.
Подари мне красоту и ещё одну весну.
Я люблю тебя так же, как раньше.
Ты прости мою мечту.
Даже если я уйду, я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Даже если я уйду, я останусь там, где ты навсегда.
Подари мне красоту, я поверю в чудо.
Отыщи мою звезду, за которой я пойду никуда.
Ну не скажите.
Это вы посмотрите на нее, а?
Я ее по всему институт ищу, а она вон дрыхнет.
Что устроили?
Ночью пациента обманом затащили.
Шевцов, да?
Он тебя сбил с понтолыку.
Нет, нет, что тут вообще ни при чём.
Это я его сбила.
Простите.
У Льва Григорьевича прощения просить будешь.
У Льва Григорьевича?
Теперь мне понятно,
куда он так среди ночи сорвался.
Ну что, так вы ещё и главврача среди ночи дёрнули.
Послушайте, никого я не дёргала.
Я делала свою работу.
Я же должна её делать, и я буду делать.
А вот больше или нет, на собрании решат.
Вот что за характер?
Нет чтобы покаяться, повиниться.
Катя, ну вы перед собранием хотя
бы приведите себя в порядок.
Светлана Геннадьевна, я вчера не про вас говорила.
Ну это я, допустим, знаю,
мне доктор Ливанян всё рассказал.
Вы же говорили про Ермолаеву, да?
Значит, с чего вы это взяли?
С того, что у вас скуловая
линия примерно одинаковая.
И разрез глаз.
Кать, это ваша мама.
Московское время девять часов ноль-ноль минут.
Начинаем ежедневный радиовыпуск
по страницам советских газет.
Света, подожди, пожалуйста.
Вчера оба сваляли дурака.
Я наговорил лишнего, ты погорячилась.
Надо было просто нормально поговорить.
Да, надо было, но только ты сбежал.
Не пришлось, потому что...
Да я знаю, почему.
Ты знаешь?
Это не повод так сбегать.
Ты серьёзно?
Абсолютно.
Светочка!
Евгения Марковна.
Светочка, из меня срочно нужно дело с богиней.
Ну мы вас заждались.
Здравствуйте.
Здравствуйте.
Ладно, у нас сегодня по плану две операции.
В первой половине дня пациент
Борис Гринберг, глифоропластика.
Главный хирург Алена Болиская.
Она с посленночного и домой сейчас.
Да нет, я все равно до пяти должна остаться.
Подруга попросила посмотреть
мужа с каким-то фронтовым.
А он не может пораньше прийти?
Муж подруги твоей, ты вон с ног валишься.
Да не может, он улетит сейчас
из Кеншасса, из командировки.
Потому что во второй половине
дня у нас другая операция.
Пациент?
Рувимская.
Астинова, да.
Слушайте, вы не можете.
Вы не готовы.
Ну, у нас есть пара часов, как раз подготовимся.
А вы займётесь Гринбергом.
Нельзя оперировать Гринберга.
А вы, Фролова, доложите сразу об этом наверх.
Кстати, коллеги, у нас на
повестке дня ещё один вопрос.
Увольнение одного из ординаторов.
Не буду я больше ничего докладывать.
У Гринберга опухоль в легких,
восемь сантиметров в диаметре.
Это что?
И откуда?
Мы...
Я...
Я обманула пациента.
Я сказала, что ему нужна физиотерапия.
Сама провела ультразвуковое исследование.
Точнее, провела его Шевцов, но...
Вы все правильно сделали.
Хвалю вас за это.
Вообще, Фролов у вас в зататах неплохого диагноза.
Увольнение отменяется.
Сегодня ведете прием,
а вы назначены главой отделения УЗИ.
Мы закончили на сегодня.
Эдик, давай не сейчас, ладно?
Поздравляю.
Что, не получается?
Я же говорила, отменяйте операцию.
Не могу.
Отменялка сломалась.
Лев отменил бы, но ему там
ультиматум какой-то поставили.
Не знаю.
Тогда ты откажись.
В случае неудачи Преображенскому ничего не будет.
У него имя и положение.
А под раздачу попадешь ты.
Он не такой.
Он не будет делать из меня козла отпущения.
Не надо меня получать.
Тем более такой мухи сонной, как ты.
Себя видела?
Тебе когда Фрунков придёт?
Ой, Фрунков.
В пять.
Значит так, план такой.
Я видел Эдика в коридоре, он домой уходил.
Ты идёшь к нему в кабинет и там спишь.
А я фронт вам займусь.
Борис Михайлович, вы же не
просто умолчали о своём диагнозе.
Вы где-то достали чистые анализы, рентген.
Да, добыть не трудно.
Сунул денег, кому надо, в районной поликлинике.
Ну зачем?
Ну что это за причуда убирать мешки под
глазами вместо того, чтобы лечить рак?
Рак уже не вылечить.
Упустили.
О мешке это не моя причина.
В госконцерте намекнули,
что меня нужно подрихтовать перед гастролями.
А в госконцерте о вашей онкологии тоже не знаю.
Да вы что?
Кто бы меня куда отпустил?
Представляете, какой будет скандал,
если я вдруг отброшу сандалии
прямо на сцене Альберт Холла?
А вы, откровенно говоря,
наверное, об этом и мечтали?
Откровенно говоря?
Я мечтал в последний раз выйти на такую сцену.
Смерть?
Ну что смерть?
Дело житейское.
Послушайте, а что вам стоит?
Просто сделать мне эту операцию
и никому ничего не сообщать?
Как вы себе это представляете, Борис Михайлович?
Вот если с вами что-то,
вот прям на операционном столе.
Я вас понимаю.
И сочувствую.
Но...
Вот, вот, вот, вот.
И это за последний месяц полтора.
Небольшие жировые отложения,
абсолютно в пределах нормы.
У нас с вами разные понятия о норме.
Вы вообще знаете, где я работаю?
В доме моделей на Кузнецком.
Если дальше так пойдет, меня оттуда попрут.
Короче, вы можете просто это отрезать как-то?
Ну, есть диеты, физические упражнения.
Не обязательно же сразу под нож.
Вы издеваетесь.
Я манекенщица, я работаю телом.
Я бегаю по часу утром и вечером,
силовые тренировки каждый день, два раза в неделю массаж.
Да я не сижу на диетах, потому что я живу на них.
И вот.
Может быть, вы беременны?
Нет.
Чего нет, того нет.
То есть, половых контактов не было?
Вы что, гинеколог?
Мои контакты вас не касаются.
Просто отрежьте это и всё, хорошо?
А почему вы хотите оперировать вечными?
Вы хотите дождаться, пока все разойдутся?
Ну да.
Дело в том, что я во время операции исполняю
матерные песни, и это лучше никому не слышать.
То есть вы хотите, чтобы я в
отчёте отметил про матерные песни?
Простите, Антон Евгеньевич, это дурацкая шутка.
Я не говорил, что буду оперировать вечером.
Я сказал, что ближе к вечеру.
Перед каждой операцией необходима подготовка.
Лев Григорьевич, простите, пожалуйста.
Лев Григорьевич, можно я отведу
ещё одну пациентку на УЗИС-II?
Сорок две копейки.
Смотрю, вам с Шевцовым понравилось?
Нет.
Просто эта пациентка,
она манекенщица Лидии Ордабьевой.
Какая-то звезда в доме на Кузнецком,
и она просит ей отрезать бока.
Отрезать жир.
Ну, честно говоря, я думаю,
что она ополняет от того, что беременна.
Хотя она говорит нет, и всё тут.
И я, чтобы убедиться, хочу...
Так, стоп.
Ну, могут же быть и другие причины?
Конечно, могут.
Я отправила её на все анализы, но просто...
Так, стоп.
Никому никакие бока вы резать не будете.
И эту Ордабьеву отправляйте к эндокринологу,
к диетологу, к чёрту дьяволу.
Иначе завтра здесь будет очередь
из толстяков города Москвы.
Да не пойдёт она к эндокринологу.
Пролома, ну вы же слышали,
что сказал старший по званию.
И ещё, простите, я забыл сахар.
Принесите, пожалуйста, пару кусочков.
И ложечку.
Это было благоразумное решение.
А теперь потрудитесь старшему позвонию
назвать точное время операции Рубинской.
Я после обеда уеду,
а потом вернусь и буду лично присутствовать.
Получается, наверху мне не доверяют?
Боятся, что я плохо прооперирую и скрою это?
Нет.
То, что вы не прооперируете и скроете это.
Есть такое опасение.
Семнадцать ноль ноль.
Вас устраивает?
Вполне.
Катя, я считаю, что ваше решение верно.
Делайте узню.
Ваша печень прекрасна, как и весь ваш организм.
Доктор, вы трубы хорошо посмотрели?
Да от них глаз не оторвать.
Не вижу беременности ни маточной, ни вниматочной.
Я же говорила, сто раз
повторяла, что не беременна.
Нет, втемяшилась.
Ну вы нас тоже поймите.
Очень трудно поверить, что у такой прекрасной девушки,
как вы, нет спутника жизни.
Верного рыцаря и прекрасного принца.
Спутник есть.
Он, конечно, так себе рыцарь,
но, как говорится, чем богаты.
Не торопитесь, Герман.
Я аккуратно.
Молодец, ровно идешь.
Так я тренировался, руку набивал.
Правда, не на кости, мне голову не успели достать.
Что?
Ну, я в морге.
Упражнялся на трупах, которые бесходны.
Вот на что деньги собирал.
Уровень непохвальный.
Что, покупать трупы?
Готово.
Зато как ровно пилит.
Красота.
Давай, продолжай.
Отпилить это полдела, а вот чем фиксировать будем?
Как обычно, тут пластины, тут пластины.
Четыре шурупа.
Лучше шесть.
Это же не нога, а лицо, Андрей.
Ну хорошо, напихаем мы сюда
пластин шурупами, а что дальше?
Большой риск на голову.
Вот, юноша все-таки понимает.
Риск, да, всегда есть.
На одной пластине не удержать.
Да, это я о том же.
И так плохо, и так.
Ну ладно, вы пока отделяйте от височной кости.
Лев тебя ко мне подослал?
Нет, меня он послал психовать дома,
а к тебе запретил приближаться.
Свет, я не знаю, какая кошка между вами перебежала,
но он отказывается тебя просить.
Правильно делает, бессмысленно меня просить,
я даже обсуждать это не хочу.
Подожди, я не понимаю,
ты не можешь ничего сделать или не хочешь?
Не хочу.
Ты же видишь, какой он гордый,
а я должна унижаться, да?
Да никто не просит унижаться, просто поговорить.
Ты же работала в министерстве,
знаешь людей, знаешь, как все устроено.
Эдик, передай ему, пожалуйста,
чтобы он шел к черту.
Хорошо, ты на него сердишься,
что она тебе сделала?
Да кто она?
Зося.
Подожди, при чем здесь вообще Зося?
Зосю ночью арестовали.
Ой, Господи, какая я дрянь.
Может попробовать сфиксировать без пластины?
Новым материалом.
Что за материал?
Где его используют?
Пока нигде.
Я говорю, что совершенно новый.
Это моя из...
Надо еще тренироваться.
Так вот, этот материал...
Достаточно, Самсонов.
Оставьте ваше изобретение и
сконцентрируйтесь на навыках.
Гер, ты же не куришь?
Хочу и курю.
Что там у вас, что-то не получилось?
Чего, опять прямо в Роженском не сработались?
Не то, что вот мы с Катей.
Команда, да?
Команда, значит.
Ну, правда, Герш, что там?
Лев Григорьевич...
Лев Григорьевич.
Лев Григорьевич кретин.
Этот Лев Григорьевич.
Кретин и сволочь.
Подожди, ты ему рассказал, а он что?
Да он даже слушать не стал.
Это я, значит, не настоящий хирург,
а сам он врач называется.
Отменил операцию бедному деду-пианисту.
У него же рак.
И что?
Он так и так умрет.
От рака умрёт, а не от болефоропластики.
Она меня каким-то повредит вообще.
Это пустяковая анестезия.
Чё ты так завёлся-то, а?
А тебе какое дело?
Чё ты лезешь ко всем, а?
Гера, Гера, успокойся.
Совсем ушелел, что ли?
Успокойся.
Опять его защищаешь?
Да я не его защищаю, а тебя, балда.
Не хватало тут ещё подраться.
Команда!
Казённый халат испортил, а?
В эфире радиопередача «Быт.
Забота общая».
Сегодня поговорим о распределении
домашних обязанностей между супругами.
Ты всё время теперь на ночных дежурствах.
Вчера среди ночи пришёл, сегодня опять уходишь.
Не понимаю, что это за работа такая?
Вы же ординаторов набрали, пусть они и дежурят.
Они дежурят, но они дети,
за ними нужно приглядывать.
Тебе ночью надо за своими детьми приглядывать.
Гаэна, хватит меня пилить.
Это вечернее дежурство, не ночное.
К полуночи я вернусь.
Это я тебя пилю, да?
Может, ты поэтому из дома убегаешь?
Что ты говоришь, глупая?
Я позвоню тебе в клинику,
чтобы ты девочкам доброй ночи пожелал.
Не нужно звонить, я сам позвоню.
Я буду бегать из палаты в палату.
Держи.
Это у нас чего будет?
Это будет пирог с картошкой и грибами.
Ты с работы из-за пирога сбежала?
Для тебя, может, праздник какой-то?
Да нет, просто вдруг захотелось
чего-то вкусненького.
Слушай, а может, папе позвоним?
Мне с ним поговорить надо.
Уже почти пять, он скоро придёт.
Ты как?
Да я-то что, нормально.
Простите, а вы на приём к Балицкой?
Да, к Алёне.
Я вот только приехал.
Скажите, а вы не будете против
попасть на приём к главврачу?
А вы тот самый доктор Преображанский?
Будем знакомы.
Петелин Роман Юрьевич,
пятнадцатый ноября двадцать девятого.
Откуда, говорите, прилетели?
Из Конго.
Я этнограф.
Четыре месяца в экспедиции.
У меня, главное, этот фурункул
вскочил уже перед самым отъездом.
Болит, зараза такая.
Да уж, зараза.
Я жене по телефону пожаловался.
Говорит, как прилетишь, жду к Алёне.
Мне вообще-то неудобно два врача
на такую ерунду беспокоить.
Только здесь болит?
Да-да, только здесь.
А что там?
Ещё что-то есть?
Температура была?
Да нет.
Антигистамин принимали?
Суп растил, выпил.
Хотя вообще не аллергия.
Очень хорошо.
Мы вам еще супростей нададим.
Сегодня удалить не получится,
надо посмотреть анализы.
Так что останетесь у нас в отдельной палате.
Ну отдохнете, выспитесь.
Доктор, подождите.
Я тоже вообще-то ученый, так что,
пожалуйста, не надо ничего скрывать от меня.
Вы что, подозреваете черный оспор?
Значит так, маски не снимать,
пациентов из палат не выпускать.
Тем, кто остался в отделении косметологии,
обязательно принести кровать.
Оба входа в институт закрыть.
Будем ждать сотрудников санэпидемстанции,
им передадим анализы потери.
Думаете, мы все уже могли заразиться?
Он сидел в коридоре, мы все ходили мимо.
Если это натуральный ОСП, вы сами знаете,
какой у него индекс контактиозности.
Задача ясна?
Всё, работайте.
Алёна, вы там?
Лев Григорьевич, простите,
у меня же пациент, я бегу.
Нет, нет, нет, вы никуда не бежите.
У вашего Петелина подозрение на натуральную ОСП.
Мы ввели карантин, а вы единственная,
кто не выходил в коридор, так что сидите там.
Нет, подождите, я тоже хочу работать,
как и все, откройте.
Выпустите меня.
Доктор Болицкая, пожалуйста,
не надо кричать и пугать людей, ладно?
Ваша главная цель сейчас не заразиться.
Задача ясна?
С ума что ли все посходили?
Где выход?
Где здесь Дролова?
Евгения Марковна, это общий
карантин, правила для всех.
Я не собираюсь здесь сидеть,
в этом вашем зараженном институте.
Возможно, угроза не подтвердится,
так что рано паниковать.
Товарищ Преображенский, вы знаете, кто я?
Я знаю, кто вы, товарищ Татар.
Я знаю, какой пост вы занимаете в ЦК.
И уверен, что на этом посту вы
понимаете важность санитарных мер.
У меня дело государственной важности.
У меня встреча с мужчиной.
Ну хотите, я денег вам дам?
Много.
Сколько вы хотите?
Евгения Марковна, не унижайте
себя и меня, пожалуйста.
Вы не представляете,
что я сейчас с вами всеми здесь сделаю!
Не надо со всеми, вы сделаете со мной.
Что?
Лев Григорьевич, нельзя так разговаривать
с такой прекрасной женщиной.
Если вы думаете, что мне сейчас
нужны все эти ваши комплименты.
Вам нужна отдельная палата,
и я готов вас немедленно туда проводить.
И если хотите, я могу петь для вас сиренады.
Во время каждого обхода.
Редкая женщина так пленительна в гневе.
Это какой-то дурдом.
Ну давай, веди.
Молодец, Лев Григорьевич.
Молодец.
И телефоны выключи.
А то начнут по домам звонить,
шум пойдет по городу.
Нам этого не надо.
Вот прямо сейчас выключи.
Санэпиднадзор и КГБ я позвоню сам.
Что?
А, Рувимская.
Ну отменяй, конечно.
Понял, Анатолий Федорович.
Спасибо.
Эдик, это я. В семь ты должен
быть на Лубянке у главного входа.
Там будет Николай Сергеевич из конторы.
Скажешь ему, что у нас в институте ЧП,
и я не смог прийти.
Не важно, какое ЧП.
Эдик, ты должен вместо меня попасть к генералу.
Самсонов, давайте на время
забудем наши обиды и споры.
Мы все в одной лодке.
Надо действовать сообща и
думать прежде всего о пациентах.
Поэтому прошу вас, Герман,
посидеть немного с Асей, поговорить.
Она сейчас одна.
Ну, я хирург, а не психолог.
Да, и вы человек, и она тоже.
Хочу, чтобы вы научились думать
о пациентах, как о людях.
Хорошо.
Почему ты не говоришь?
Почему она не говорит?
Знаешь, я бы тоже так, лёг и лежал.
Спал и ел, спал и ел.
И чтоб никто не трогал.
Слушай, а ведь у меня никогда такого не было.
Ни в детдоме, ни в общаге.
Никогда не мог остаться один.
Тебя вон отец любит.
Любит.
А меня никто.
Даже Катька.
Поманит ее Шевцов, она сразу бежит.
Бежит.
Герман Лукич?
Да.
Это вам.
Фролова передала.
Я капельницу поправлю.
Все.
Спасибо.
Не знаю.
Может, я зря про Катьку-то?
Ладь, бутерброд хочешь?
Давай.
Давай, давай.
Умница.
Молодец, Ась.
Лев Григорьевич, можно?
Да-да, входите.
Как?
Усмирили дракона?
Да, перестал огнетышать.
Не знаю, надолго ли.
Лев Григорьевич, а как думаете,
мы с вами могли заразиться?
Да бросьте вы.
Мы все сдали кровь, отправили на анализ.
Ждём результатов до завтра и спокойно работаем.
Честно говоря, я вам очень благодарен, Михаил.
Татарова серьёзная шишка в ЦК,
она могла бы нам сильно подгадить.
Я вот не вижу в каждом драконе женщину
и не умею для неё находить слова,
а вот у вас, ну прямо талант.
Многие думают, что единственный.
Ну ничего, скоро это пройдет.
Переболею оспой, стану любым,
и ни одна женщина меня слушать не станет.
Да бросьте.
Держите.
Не бойтесь, нет у Петельна никакой оспы.
Только не говорите никому.
Его кто-то укусил и началась аллергия.
А нам очень нужен был карантин.
Вот и все.
Вам нужно успокоиться, отвлечься,
заняться чем-то другим.
Знаете что?
Я же все-таки решил Гринбергу
убрать эти мешки под глазами.
Хотите ко мне в ассистент?
Хочу.
Да какой перманент?
Вы все волосы себе вдруг угробите.
Да прекратите, ну было бы что угробить.
Вот были бы у меня волосы, как у вас.
Так вы ухаживайте за ними,
как я. Касторовое масло, репейное.
И будет вот такая вот красота.
Лиля, вот я работаю в институте красоты,
а о красоте знаю меньше вас.
И вы вообще такая молодец, так хорошо держитесь.
Хотя такое происходит.
В моей профессии очень важно уметь держать лицо.
Когда идёшь по подиуму,
и вдруг каплук зацепляется за подол.
Ой, ужас какой.
Вас ещё и дома ждут, волнуются.
Ну, этот ваш друг, который не рыцарь.
Друг мой не у меня дома, а у себя.
Со своей женой.
И он не волнуется, уж поверьте.
Ой, простите, пожалуйста, я не знала,
что у вас несчастная любовь.
Вот почему вы так были уверены, что не беременны.
Конечно, ему-то нельзя.
Да ему до фонаря.
А вот мне нельзя.
Куда я одна с ребенком?
Вот выкручиваюсь.
Мне теперь из Польши привозят волшебные таблетки.
И если постоянно пить, риск нулевой.
Гормональные?
Так вот же оно.
Где?
Вы от этих таблеток и полнеете.
Скажите еще спасибо, что усы не выросли.
В целом, все отлично.
У вас хорошие способности к регенерации.
Какой красивый комплимент.
Да, в них я мастер.
То есть вы меня только из-за
карантина не выписываете?
В любом случае, вас еще надо
понаблюдать несколько дней,
потому что в инкубационный период
бешенство не выявляется анализами.
Вот это была бы картина.
Весь институт тут лежит с черной оспой,
и тут вылетаю я из палаты.
Рыжий, с люной зенки, красный.
Да.
У вас что-то случилось?
Да.
Вы разве не заметили?
Нет, это не из-за карантина.
Что-то случилось у вас.
Я могу помочь.
Хотите, сбежим через окно?
И все проблемы сразу позади.
А здесь горим всё огнём, да?
Нет, здесь, наоборот, всё сразу наладится.
Говорят же, хорошо там, где нас нет.
Как у вас всё просто.
А в жизни, доктор, вообще всё просто.
Если позволить себе жить так, как хочется.
Врачебная этика.
Люди такие странные.
Сами себе проблемы выдумывают.
А это верно.
Московское время, девятнадцать
часов тридцать минут.
Начинаем вечер лёгкой музыки для всей семьи.
Свет, пирог божественный,
но я просто физически уже не могу.
Я его морально даю, ладно?
А я буду физически.
А конфеты свои любимые, кто будет физически есть?
Я такой очередищу за ним отстоял.
Я буду.
Я физически очень крепкий.
Ой-ой.
Темка, прости, пожалуйста,
я могу тебя попросить пойти в комнату?
Мне надо с папой поговорить.
Так и быть.
Но потом доем.
Кость, у меня просьба к тебе.
Скажи, пожалуйста, ты с
Бабаевым до сих пор общаешься?
С Лёней?
Да.
Ты можешь его попросить,
чтобы он нашу Зоечку вытащил?
Это Лёвина сестра, её забрали, понимаешь?
Ну, я могу попробовать.
Ты только за этим меня позвала?
Костя, не начинай, пожалуйста.
Ну, уверен, теорию вы знаете.
Блефоропластика, но это элементарно.
В теории да, на практике не уверен.
На практике еще проще.
С чего мы будем начинать иссячение?
От латерального края,
чтобы не повредить слезный канал.
Совершенно верно.
Приступайте.
Скальпель.
Вижу, что волнуетесь, но руки не дрожат.
Это хорошо.
Я понял, что волнуюсь.
Ну, вы сопите, как ёж.
Сан Саныч, какое давление?
Моё.
Моё.
Ну, на самом деле, хватит дураковать.
Слушайте, вы занимайтесь своим делом.
Видите, я молчу.
Значит, нормально всё.
Вот, товарищ генерал, привел вам.
Товарищ генерал, речь идет о нашей сотруднице,
Зинаиде Григорьевне Преображенской.
Она сестра.
Она и мой сестра, вам невеста, ближе к делу.
С ней произошло вам...
Недоразумение, да?
Нет.
Она совершила большую глупость.
Она приняла валюту у иностранного гражданина,
потом хотела её вернуть, но всё это
исключительно по собственной наивности.
Зинаида Григорьевна, так наивно.
Она совершенное дитя.
Брат её очень долго опекал, потом я,
и когда нас нет рядом, она совершенно теряется.
И каково же ей сейчас?
Я боюсь об этом думать.
Но самое главное, что она не имеет
отношения ни к какому шпионажу.
Это совершенно исключено.
Да, она никаких сведений
секретных разносить не могла.
Откуда?
Правда?
Конечно.
Совершенно верно.
Я вас понял, товарищ Лыков.
Спасибо вам за этот сигнал.
Будем разбираться.
Спасибо вам, товарищ генерал.
Все, что слышал сейчас, передай Филиппову.
Пусть разбирается, куда эту информацию применить.
Про ребенка там и т.д.
и т.п.
Эй!
Армен!
Армен, ты тут?
Лев Григорьевич!
Кто-нибудь!
Позовите, пожалуйста, доктора Ливаняна!
Гайнет, хватит!
Хватит, не кричи!
Что случилось?
Что случилось?
Это у вас там что случилось?
Все закрыто, на телефон мне никто не отвечает.
Армен мой там?
Откуда?
У него выходной сегодня.
Понятно.
А вчера он тоже не дежурил?
Знаю я, я сам пораньше ушел.
Гайнет, иди домой, он, может, уже вернулся.
Пусть вообще не возвращается тогда.
Миша, тут пациенты спят.
Идите домой.
Больше тут никто не заболел?
Нет, но натуральный оспы,
как будто на период пять суток.
Так что ждём результатов анализа.
Супрастин, я смотрю, не помог.
А что, там всё плохо?
Есть местами нагноение, да.
Глюкартикостроит внутримышечный,
поставьте, пожалуйста.
Привируйте.
Ну или не ставьте, если вы лучше знаете.
Лев Григорьевич, на минутку подойди.
Извините.
Твоя сестра звонила из косметологии,
у Ермолаева и сыпь на лице.
Черт.
Неужели ошибся?
В чем?
Кровь у нее брали?
В общем, срочно собери всех.
Температуры нет у нее?
Пока нет.
Просто лицо красными пятнами пошло.
Двозь с ней сразу углядела под маской.
Ладно, Ермолаеву изолируем в отдельную палату.
Наблюдение каждые полчаса.
А остальные что?
Татарова?
С ней все в порядке, кроме характера.
Я тоже у своих пациентов сыпь не нашел,
температура ни у кого не повышена.
Не расслабляйтесь.
О любых изменениях докладывать лично мне.
Ну и за своим самочувствием тоже следите.
Ты зачем пришла?
Выйди сейчас же.
Я от тебя никогда не заражалась.
Да.
Зато от папы любучих подхватывала.
Слушай, может, мне от нервов, а?
Ну и чего ты нервничаешь?
Не знаю.
Мысли дурацкие.
Что умру от этой УСП.
А Катька со мной так не поговорит.
Так и будет меня ненавидеть.
Ну и буду.
На тебя как будто не всё равно.
За что?
За то, что я влюбилась и захотела счастья.
И я тебя не выгоняла,
ты сама не захотела со мной жить.
Думаешь, мне больно не было?
За папу больно не было.
Он умер из-за тебя.
Это нечестно, Катя, винить меня в его смерти.
Его убил рак.
Он заболел, когда ты от него ушла.
Сгорел, как спичка.
Он тебя так любил.
Ты мизинца его не стоила.
Он был гений.
Гений.
Я должна была каждый день подносить ему чай
и восхищаться его статьями,
как верная боевая подруга.
А мне просто хотелось побыть немного женщиной.
Можешь это понять?
Нет, не могу.
Ну, конечно, не можешь.
Ты же тоже все гения нашла, да?
Чтобы пылинки с него сдувать.
А вот ты, пожалуйста, в мою жизнь не лезь, хорошо?
Хорошо, прости.
Спасибо, конечно, что пришла.
Вот теперь и умереть не страшно.
Да ты не умрёшь.
Даже если у тебя это оспа, может быть,
только станешь такой же страшной,
как я. Но это же хуже любой смерти.
Ты у меня очень красивая малыш.
Армен...
Юля, идите спать, пожалуйста.
Может быть, вы останетесь хотя
бы на одну ночь, только сегодня?
Я не могу.
Я на днях к вам зайду обязательно.
Я тебя ищу, а ты здесь.
А ты чего прячешься?
Я не прячусь.
Нет, я просто подальше от всех.
Кать.
Я просто туда заходила и поэтому...
К маме?
Не подходи, ты что?
Ты заразишься.
Да брось ты, Кать.
Ты чего плачешь?
Чего она тебе наговорила?
Ничего.
Кать.
Сказала, что я красивая.
Это, кажется, правда.
Но ты мне никогда такого не говорил.
Да потому что какая разница,
красивый ты, некрасивый.
Ты мой человек.
Родной.
У тебя, вон, и мать есть.
У меня никого.
Только ты.
Вера!
Ты чего?
А чего я?
Кать, мы здесь одни.
Ну год вместе, или ты свадьбу ждёшь?
Нет, нет, ну просто, ну просто не по так же.
Может, это всё-таки из-за него?
Если бы здесь он был, а не я, всё бы произошло.
Аж ты свинья, Гера.
Лев Григорьевич, вы как доели последний раз.
Да я тебя вас накормлю, что ли?
Не, не, не стоит, Галина Ефимовна.
Мне как раз похудеть надо.
А как там Ермолаева?
Нет ухудшений?
Нет пока, у других тоже.
Лев Григорьевич, у вас что-то случилось?
Да, ничего.
Галина Ефимовна, спасибо.
Артём, не злись на меня.
Я не злюсь.
Я спать.
Послушай, мы с папой всегда будем родными людьми.
Да хватит!
Родные люди.
Вот если бы вы жили вместе,
вы были бы родными людьми.
Мы не можем жить вместе.
И мы не будем жить вместе.
Это не его вина.
Он очень хороший человек.
Но прости, я выхожу замуж за Льва.


Серия 5

Дорогие товарищи!
Вас приветствует очередной
Вестник Института Красоты.
Прошедший день стал серьёзным испытанием
на прочность как для сотрудников,
так и для пациентов клиники.
Всё начиналось мирно и спокойно.
Главный врач выразил благодарность ординаторам
за проведение ультразвуковой диагностики на новом
аппарате и даже назначил одного
из них заведующим отделением УЗИ.
Этнограф Роман Петелин, только что
вернувшийся из долгой командировки,
обратился в клинику для удаления фурункула.
Однако доктор Преображенский обнаружил у
пациента сыпь и повышенную температуру.
Учитывая, что учёный несколько
месяцев провёл в Республике Конго,
врачи заподозрили у него
заражение натуральной оспой.
Все знают, насколько опасна эта инфекция и как
быстро она передаётся от человека к человеку.
Институт красоты был моментально
переведён в карантинный режим.
Об опасности заражения
сообщили в нужной инстанции.
Всех посетителей, даже тех,
кто пришёл на осмотр, расселили по
палатам и обеспечили всем необходимым,
чтобы люди могли не выходить в коридор
и не контактировать друг с другом.
Мы всё ещё ожидаем результатов анализов,
но уже можно с уверенностью утверждать,
что столице нашей Родины эпидемия не угрожает.
Благодаря коллективу Института
Красоты и его грамотным действиям.
Алло, Костя, прости, что рано, он у тебя?
Кто?
На чердаке тоже нет.
А чего же вы так поздно спокватились-то?
Так я думала, он к отцу поехал.
Скажите, пожалуйста,
вы точно не видели, как он выходил?
Вы как давно здесь?
Ну, как маненька расцвело, так я мести и начал.
И все время был тут.
Если б ваш пацан вышел из подъезда,
я б точно его увидал.
Что вы все время, что ли, на дверь смотрели?
Дверь скрипит, давно пора смазать.
Я услышал.
Костя, значит, его никто не видел.
Наверное, он ушёл ещё ночь.
Ты всех приятелей обзвонила?
Я всех обзвонила.
Он никому не приходил и никому ничего не говорил.
Слушай, может быть, ты позвонишь маме?
Позвони маме.
Может быть, он просто к бабушке поехал?
Так поезда ещё не было.
Разве что на вокзале сидит, ждёт.
Да хорош дурака валять.
У вас пацан пропал.
В милицию идти надо.
В больнице обзванивать.
В морге.
Какие морги?
Какие морги?
Тихо, тихо, пойдём.
Пойдём, пойдём.
Подави мне красоту и ещё одну весну.
Я люблю тебя так же, как раньше.
Ты прости мою мечту, даже если я уйду.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Даже если я уйду, я останусь с тобой навсегда.
Подари мне красоту, я поверю в чудо.
Ермолаева проверили?
Да.
Сыпи никакой нет.
Ну, видимо, все-таки на нервной почве.
Или аллергия на медовую маску.
Ясно.
Ну, тогда отпускайте ее.
А петельную все-таки поставьте.
Глюкартикостероид.
Раз уж это аллергия, а не вирус.
Надо снять нагноение.
Что Бурмен сказал?
Будут проверять.
Мне не надоело им это.
Вы куда?
В Минздрав?
Нет, я по другим делам.
В общем, вы здесь всех
разбудите и всем все объявите.
Ясно?
Да.
Хорошо.
Пролова, почему дружище?
Я просто пока нет никого...
Тихо-тихо.
Даешь спокойно и делай обход.
Обрадуй всех, карантин окончен.
Как?
Пришли отрицательные результаты
анализа из лаборатории.
Да?
Хорошо.
В Москве полдень.
На предприятиях и учреждениях кипит работа,
каждый вносит свой вклад в развитие страны.
Вам, товарищ Бурмин, о ЧП доложили.
А товарища Ярцева, основного проверяющего в
институт, не пустили без объяснения причин.
Вы проявляете печальную
скалобость, товарищ Веплев.
В институте моментально был объявлен жесткий
карантин и режим чрезвычайной секретности.
Они никому ничего не сообщали, даже своим родным.
Чтобы слухи не потекли в
город и не вызвали панику.
Да, главврач действительно принял
волевое решение и действовал оперативно.
Такую слаженность и чёткость действия,
особенно под угрозой эпидемии,
нужно ставить в пример.
Угроза эпидемии, которая никому не угрожала,
заметьте это, товарищ министр.
А если бы грозила?
Риск ведь был.
А вы почему так уверены?
А вы на что-то намекаете, Алексей Данилович?
Так, товарищи, перестаньте
отвечать вопросом на вопрос.
Вот вы что имеете в виду, товарищ Фейплер?
Я имею в виду, что доктору Преображенскому
в ультимативной форме было предложено
сделать операцию Рувимской незамедлительно.
И тут вдруг, откуда ни возьмись,
появилась эта угроза натурального оспы.
Удобно, да?
Но это уже паранойя какая-то.
Ну, может, паранойя, может и нет.
В чем-то Алексей Данилович прав.
Действительно, совпадение неприятное.
Человек прилетел из-за Ира.
Это подтвержденный факт.
Но то, что у него были симптомы, это не факт.
Товарищ Ярцев, вы исследуйте все это отдельно.
Если действительно были какие-то махинации...
Вы не сомневайтесь, товарищ министр.
Я проведу это расследование
с особой тщательностью.
Кать.
Ну, Кать.
Иди домой, симулянтка.
Слушай, ну ты правда думаешь,
что я нарочно себе эту сыплю?
Ну, кто тебя знает.
Может, и нарочно.
Чтобы я к тебе пришла.
Нет.
Но я рада, что ты пришла.
А зачем я тебе?
Что ты в маму не наигралась?
Да?
Хочу себе большую пуклу, чтобы наряжать её,
причёсывать и на качелях качать.
Слушай, ну скажи честно, ну ты ведь тоже
иногда хотела бы побыть маминой куколкой.
Не хотела бы.
Мужа своего попроси.
Пусть принесёт тебе из универмага
своего самую лучшую куклу.
Евгения Марковна, прошу.
Спасибо, Мишенька.
Я бы столько времени потратила,
пока ждала своего водителя, а вы прекрасно водите.
Старался везти помягче, но понимаю,
что вы привыкли к более комфортным экипажам.
Не переживайте, мой дорогой.
Я уверена, что скоро вы пересядете на авто,
достойное ваших талантов.
Интересно, что такой человек,
как вы, верит в мой талант?
Верю.
И надеюсь, на скорую встречу.
Ну, конечно, Евгения Марковна,
в Институте красоты вы всегда самые желанные гости.
До свидания, любимый.
Счастливо.
Добрый день.
Я знаю, что у вас содержится моя сестра,
Преображенская Зинаида Григорьевна.
Вот мой паспорт.
Пожалуйста.
А вы по какому вопросу пришли, товарищ?
Я хочу повидать ее.
Ей же положено свидание.
Здесь ничего не положено.
У нас не больница.
На свидание нужно разрешение следователя.
Хорошо.
Вещи я могу ей передать?
Какие вещи?
Ножовку и пулемёт.
Простите.
Её забрали из дома.
В чём она была?
Здесь просто одежда, бельё и зубная щётка.
Вы можете проверить.
Вопрос о передачах решает следователь.
Хорошо, пусть решает.
Тогда эти вещи я оставлю у вас здесь.
Потому что нет такого правила, чтобы советский
человек не мог переодеться в камере до суда.
Оставляйте.
Благодарю.
Ну что, он сказал, тебя пустят к ней?
Он сказал, что после твоего разговора с
генералом к Зосе больше вообще никого не пустят.
Почему это?
Вот так.
Надо было упирать на то, что мы соратники,
что наш институт им еще пригодится.
А ты довел на жалость.
Раскрыл Зоськины слабые места.
А Филиппов, не будь дурак, этим воспользуется.
И не даст нам ее поддержать,
чтобы она быстрее сломалась.
Ну, значит, еще не сломалась.
Слушай, я суну дежурному денег,
он меня пустит по-тихому.
Иди.
Ты психолог или псих?
Невеста валютится, жених взяточник.
Это же просто подарок для следака.
Ну что делать?
Делать-то что-то надо?
Конечно, надо.
Конечно, но только не на пролом.
Даже у тебя лобная кость не такая прочная,
чтобы стену пробить.
Голова нужна для того, чтобы думать.
Не лобная кость, а височная.
Я вчера со Светой разговаривал, она обещала.
А если высочно?
Лев, ты слышишь меня?
Я разговаривал вчера со Светой,
она обещала помочь.
Она, кстати, вообще ничего не знала про Зосифа.
Лев, очнись!
Да, я слышу.
Надо позвонить Свете.
Позвонишь?
Ну, она же тебе обещала.
Он что, не говорил вчера, что он уйдёт из дома?
Нет, нет, он ничего такого не говорил.
Он обиделся, но я подумала, что он отойдёт.
На что обиделся?
Послушай, Костя, он меня спросил,
я ему честно ответила, что выйду замуж за Лёву.
Ну, ясно.
Позавчера ты обнадёжила его, что не пойдёшь
жить к Преображенскому, а вчера, на тебе, замуж.
Любой бы сбежал.
Хорошо, я виновата.
Но почему он тогда к тебе не поехал?
Так может поехал, а по дороге
случилось что-нибудь ночью.
Господи, Господи.
Все пойдем, пойдем в милицию, пойдем.
Вчера пианисты оперировали,
одной ампулы не хватало.
Опа, еще одна пропала.
Ну двух уже не достает,
надо Преображенскому сказать.
Да надо, конечно.
Где его взять, этого Преображенского?
Главное, Ярцева сюда не пускать.
Если он узнает, что у нас пропадают препараты
группы Андрей Иванович, здесь такое начнется.
Роман Георгиевич, ну вы уже очень долго спите.
Пора вставать.
У нас для вас очень хорошие новости.
Роман Юрьевич?
Антон Денисович, здравствуйте.
Здравствуйте.
Добро пожаловать, мы уже незаразные.
Проходите, скажите,
а вы куда так целенаправленно идёте?
Незаразный пациент у вас в какой палате лежит?
В четвертой.
Но он спит, пока мы его будить не стали.
Не стали будить или намеренно усыпили?
Как это усыпили?
Я не знаю, как у вас препаратов предостаточно.
Антон Денисович, я не понимаю,
вы на что намекаете?
Я не намекаю, я вам открыто говорю.
Мне нужно опросить этого пациента.
Если он спит, то я его разбужу.
Пожалуйста, будите.
Проходите, я вас провожу.
Вниз по лестнице.
Восемьдесят на пятьдесят.
Пульс слабого наполнения, это тахикардия.
Все это признаки малярии.
У нас вообще есть противомалярийные препараты?
Я бы не стал спешить с этим.
Ты слышишь хрип?
Нет?
Нет, не слышу.
Кашля нет, температура понижена, это кома.
Но не малярийная, а гипергликемическая.
Точно у него запах от титона изо рта.
Я не чувствовал.
И откуда у него сыпь?
От диабета?
Кать, ты сейчас просто хочешь
Германа поддержать, да?
Миш, ты прицепился к этой малярии
только потому, что он в Африке был?
Так.
Ну и что у нас здесь происходит?
Товарищ Ярцев, вы чувствуете запах ацетона?
Нет.
Подойдите поближе, понюхайте.
Да у него гиперемия характерна.
Миш, при малярии кожа краснеет, когда есть жар.
У него жара нет.
Это диабетический рубиоз.
Вот.
Ему утром вкололи глюкортикостероид.
А он противопоказан при диабете.
Я бегу сдавать анализ крови на сахар.
Может быть, нам позвать других врачей?
Миш, пульс слабеет.
Вводим инсулин.
Миш, решайте, Антон Денисович.
Я?
Ну а кто ещё?
Вы у нас главный, вам и принимать решение.
Некогда ждать ни врачей, ни анализа.
Вводим, нет?
Да, вводите, вводите инсулин.
Я поэтому и напугалась,
когда Ярцев про препараты сказал.
Думаю, вдруг уже знает.
Но сюда он не пришёл.
Нет.
Пошёл Петелина опрашивать.
Уж не знаю, о чём, но...
Как думаете, кто у нас ворюга?
Кто-то из ординаторов шалит, видимо.
Кто?
Шевцов?
Запросто.
Чёрт его знает, эту золотую молодёжь.
Может, у них на вечеринках
наркотические анальгетики в моде.
Или Самсонов?
Девчонка не могла.
Лев Григорьевич, а ООО?
Как думаете-то?
Фролова?
Ну да.
Не знаю.
Вряд ли.
Пульс уже пятьдесят.
Выравнивается.
Глюкоза двадцать один.
Да, полная картина.
Скоро должен прийти в себя.
Признаю, был неправ.
Совершенно окомфузился.
Значит, все-таки диабет.
Роман Юрьевич, ну как вы себя чувствуете?
Бывало и лучше.
Что у меня все-таки ОСП?
У вас не ОСП, у вас диабет.
Почему раньше не сказали?
Диабет?
А вы что, не знали, что у вас диабет?
Нет.
В последнее время вы теряли вес.
Может быть, жажда мучила.
Слушайте, я же в Африке работал.
Там все худеют и пить хотят.
А мигрени?
Слабость не может быть.
Были, но мы же много работали на жаре.
А не менее в конечностях.
Это что, все тоже диабет?
Вот вы, Роман Юрьевич,
интересный, конечно, человек.
То есть все эти симптомы вас не смутили,
а как фурункул сразу к врачу побежали?
Люди вообще странные.
Это я как этнограф вам авторитетно заявляю.
Роман Юрьевич, скажите пожалуйста,
а у вас действительно была сыпь?
ГАИНЫ вчера приходила.
Да, знаю.
Она со мной не разговаривает.
Армен, я давно замечаю, что ты сам не свой.
Я не хотел лезть в душу, все-таки спрошу.
Если ты просто загулял, это твое дело.
Но если у тебя опять начались боли,
это уже касается работы.
Нет, Лев, не волнуйся, болей нет.
После того, как Света меня пристроила
в военный госпиталь, там хорошо лечат.
Да, я кое-кого встретил.
Ясно.
Если хочешь поговорить, я всегда
Спасибо.
А ты не хочешь поговорить?
У тебя лицо такое.
Не могу, да?
Что я буду там делать?
Я с ума сойду.
Не можешь, не ходи.
Езжай на работу, к Лёве.
Отвлечёшься, так и день пройдёт.
Кость, ты зачем так?
Ты жестоким никогда не был.
Зато ты была, Свет, никогда не думала о ребёнке.
Только о любовнике своём.
Пожалеете её, несчастная, бедная.
Тошно ей, мне тоже тошно.
Но я пойду и буду сидеть дома, и буду ждать.
Вдруг Тёма придёт, вдруг из милиции позвонят.
Это единственный способ помочь моему ребёнку.
Дорогие товарищи, сегодня мы с радостью
сообщаем о выдающемся
достижении советской медицины.
Наши врачи успешно провели первую
операцию шунтирования коронатных артерий.
Тише, тише, тише, тише.
Молодец, ешь, ешь.
Давай уберем твои волосы.
Они ведь у тебя такие красивые.
Давай ещё ложечку.
Давай.
Я смотрю, Гера, у тебя
отцовский инстинкт пробуждается.
Катя, ты просто зашла или по делу?
Я...
Давай ещё ложечку.
Гер, я хотела тебя сегодня позвать в гости.
Я Назарову даже сказала,
что не приду на доклад сегодня.
Ишь ты.
Зачем?
Просто посидим, поговорим.
Поговорим.
Так ты, Катя, здесь говори.
У меня, Тася, секретов нет.
Я кое-что узнала про одного человека.
Что-то очень, очень хорошее.
Я не знаю, может быть, я, конечно, ошибаюсь, но...
Я ждал этого.
Ты бы все равно все узнала.
Что?
Ну, теперь понятно, почему ты в
последнее время со мной вот так.
Как?
Нет, подожди, Гер.
Я же вообще не про тебя говорю.
Извини, Кать.
Что там дальше?
Нет, подожди.
Ты скрываешь от меня что-то?
Ничего.
Я же должна знать, что у тебя происходит.
Я помогу.
Кать.
Извини, но у меня сегодня не получится.
У меня сегодня...
Важная встреча.
Через неделю швы надо будет снять.
Ребята снимут.
Ломать не строить, рвать не зашивать.
Только рвать не надо.
Аккуратно, да?
Ну и со временем шрамы превратятся в белые
полоски и никто лапу медведя не опознает.
Спасибо вам.
А давайте ещё разок тут запрёмся?
Ну, на прощание.
Бегите на волю и постарайтесь там избегать
встречи с другими дикими животными.
Удачи.
Не, в Москве диких зверей больше, чем в лесу.
Так что это вам удача.
Спасибо, она пригодится.
Но если вдруг передумаете и решите
наконец пожить по-человечески,
то вы знаете, где меня искать.
В Сибирской тайге.
Ну да.
Она всего четыре миллиона квадратных километров.
Отыщите.
Сегодня я вижу, особенно грустен твой
взгляд и руки особенно тонкие, колени обняв.
Любите Гумилёва?
Не знаю, кто это.
Знаете, разумеется.
Как все интеллигентные люди.
Придёт время, снова разрешат издавать.
Дайте срок.
Пейте.
Я хороший кофе варю.
Вам нужно взбодриться.
Вы...
Неважно выглядите сегодня.
Наверное, все заключенные так выглядят.
Ну, не каркайте, Зинаида Григорьевна.
Зачем?
Какая вы заключенная?
Вы всего лишь задержанная.
Подозреваемая.
Имеете неплохие шансы пройти как свидетель.
Пейте, пейте.
Другие заключенные тоже, конечно,
неважно выглядят, но у них и обвинения посерьезнее.
И к тому же к ним родные ходят,
передачки несут, печеница, конфетки.
А вот к вам почему-то никто не приходит.
Наверное, они не знают, где меня держат.
Нет, скорее, ваши близкие, брат и жених, да?
Они просто не хотят быть замешанными в этом деле,
не хотят лишний раз светиться.
Как они могут быть замешанными?
Ну как?
Они же оба работают в Институте
красоты вместе с вами, не правда ли?
Не понимаю, при чем здесь Институт красоты,
если это мое дело личное?
Нет.
Нет, вам так кажется.
Или более того, вам это внушили.
Институт очень даже причём,
как и другие советские клиники,
в которых принимают серьёзных пациентов.
Влиятельных людей.
На высоких постах.
Вы понимаете?
Нет.
Вы точно всё проверили и посчитали?
Конечно, ревизия же.
И даже те ампулы, которые у нас под замком?
Я сняла замки, всё посчитала.
У нас же под замком только морфин.
А что он пропал?
Вы не заметили ничего подозрительного?
Может быть, кто-то выходил отсюда до вас?
Нет, никто не выходил.
Я отперла дверь.
Вы что-то вспомнили?
Нет.
Я сама ошиблась, наверное.
Там была ссора со Светланой
Геннадьевной, я была на нервах.
Надеюсь, Катя, вы понимаете, что такое морфин?
Что с этим препаратом не шутят.
Если вы выгораживаете кого-то
из своих однокурсников...
Добрый день.
Вы заняты.
Простите, что я вас прервал,
но я с важными новостями.
Да-да, конечно.
Пройдем в мой кабинет.
Вы на сегодня свободны, Фролова.
Пожалуйста.
Получается, он так связи
налаживал в каждой больнице?
Не в каждой, а только в лучших.
В Креблевке, в Боткинской.
И даже в Бурденко удочки закидывал.
Простите, я одного не могу понять.
Почему он меня выбрал?
Я же не врач, я с пациентами не общаюсь.
И очень хорошо сделал.
Но вы человек незаметный.
На вас не подумают.
А вот ваш брат, и особенно жених,
он же психолог, да?
Вот они очень даже общаются.
И наверняка вам всё про
своих пациентов рассказывают.
Нет.
Не рассказывают.
Не всегда.
И потом, он же не просил
передавать мне никаких сведений.
Он просто не успел.
Мы его взяли.
А вам нужно всего лишь подписать показания.
Ну, тут как раз говорится про сведения,
которые он хотел получать.
А он же не хотел.
То есть он, вернее, не говорил, что хотел.
Как же я это подпишу?
Зинаида Григорьевна,
он уже сам во всем этом признался.
Я же вам признался.
Зачем вам нужны мои показания?
Нет, я подпишу.
Но только то, что было на самом деле.
Что он мне передал деньги от Зорина.
Не хотел вас огорчать, но, видимо, придется.
Я готов подтвердить, что угроза УСП была реальной
и карантин в этой ситуации был необходим.
Вы знаете, я сегодня вспомнил,
что такое принимать решения и принимать их быстро.
Я работал в больнице, пятнадцать лет назад.
Да?
Спасибо вам большое, Антон Денисович.
Спасибо.
Да, алло.
Позвоните в регистратуру, вас запишут.
Я предупрежу.
Что-то случилось?
Вы какой-то дерганый.
Ничего, устал.
Лев Григорьевич, нам важно выступить
перед министром единым фронтом.
И сделать это нужно именно сегодня,
чтобы развеять все подозрения.
Если вы, конечно, не вызвали на
какое-нибудь совещание в совет.
Значит, едем.
Лев Григорьевич.
Галина Ефимовна, все потом.
Мы должны ехать в Минздрав.
Я дозвонилась до Светланы Геннадьевны.
Она сказала, берет отгул по
семейным обстоятельствам.
Да, хорошо.
Мне показалось, она плакала.
Ну что с вами делать, поезжайте.
Только в семь часов вы должны быть у министра.
Я вас очень прошу, не опаздывайте.
Конечно.
Да, заскочу домой на пять минут,
порядок себе приведу.
И пули к тебе.
Кать, чего?
Ничего.
Может, помочь чем-то?
Шевцов, ты куда-то собирался?
К Натаровой?
Ну и дуй.
Да нет, не к ней.
Мне вообще без разницы, к кому.
Знаешь, я вот не хочу, чтобы ты думала,
что я вот так с любой могу.
А тебе не всё равно, что я думаю?
Нет.
Мне не всё равно.
Мы взяли жену Питим и стало ясно,
что мы отследим все его связи.
Надо было кого-то сдать и сдали вас.
Кто сдал?
Мой брат?
Нет.
Заявление на вас написал Эдуард Борисович Лыков.
Вы не заслужили, чтобы с вами так.
Подпишите показания,
моя милая Зинаида Григорьевна.
Не губите себя ради тех, кто этого не стоит.
Алло.
Добрый вечер.
Михаила?
Секунду.
Миша!
Тебя.
Кто там?
Тетка какая-то.
Алло.
Боже всемогущий.
Да, это я. Ой, я бы с радостью, но не могу.
У меня автомобиль сломался.
Сам кое-как до дома доехал.
Да, хорошо было бы оттащить в мастерскую.
Да.
А я договорился уже, да.
Да, вот сейчас ребята должны подъехать.
Да, ну, простите великодушно.
Хорошо.
До свидания.
А это кто?
Очередная медсестра домогается?
Шли к черту этих дур.
Дура я, может быть, и послал,
но члены ЦК, наверное, не стоят, да?
Погоди ты, что за новость?
Кто тебе звонил?
Татарова.
Татарова?
Евгения Татарова?
Мишель, ты идиот?
Чем ты вообще думал?
Ну а ты чем думала,
когда заставляла меня на обаяние выезжать?
Я думала, что у сына кроме
обаяния мозги тоже есть.
И ты догадаешься не давать ложных надежд бабам,
с которыми не хочешь спать
и которых не можешь поспать.
Я думал, что вы в моих мозгах
уже давным-давно разочаровались.
Света!
Что случилось?
Тёма!
Что Тёма?
Где он?
Я не знаю, пропал.
Как пропал?
Когда?
Выпьем за самую прекрасную
и терпеливую девушку в мире.
Да, Миш, я сама себе поражаюсь.
Меня еще никто не динамил два вечера подряд.
Суровые медицинские будни,
но моя душа рвалась к тебе из темницы,
то есть из больницы и дорвалась.
Знаешь, я вот как раз начинаю задумываться,
а вот нужен ли мне кавалер-медик,
у которого работа всегда на
первом месте, как у моего отца.
Ну это я пока такой медик, не оперившийся.
Вот стану главным хирургом,
как твой отец, и буду всех посылать.
Извините, у меня рабочий день окончен,
я за женой в ресторан.
Конечно, посылать он всех будет.
Вот увидишь.
Я, между прочим, сегодня
ради тебя члена ЦК послал.
Да ты что?
Это кого?
А что он от тебя хотел?
Генеральным секретарем назначить?
Не он, а она.
Она?
Да.
Да, Миш, конспиратор из тебя не актив.
Она в ЦК только одна.
Татарова.
Ты Татарову послал?
Вижу, понятно, что она от тебя хотела.
Не послал.
Всего лишь отказался с ней поужинать.
Всего лишь?
Ну ты, зайчик наивный, да?
Она ж тебя теперь сожрет с потрохами.
Кстати, насчет поесть.
Где наша цыплёнка?
Мишенька, послушай меня.
Вот есть просто одинокие злые бабы,
а есть одинокие злые бабы с большой властью.
И тут уже нужно соображать,
кого можно посылать, кого лучше не стоит.
Я что должен был с ней сделать?
Я не знаю.
Поужинать, а потом?
Анна, не будем о грустном, давай о прекрасном.
О тебе?
У него какие любимые места?
Может быть, голубятник какая-то?
Он Динамо, у него любимое место.
Что он, по-твоему, там что ли скрывает?
Вряд ли, оттуда поперли бы уже.
А деньги он взял?
Посмотри в сумке.
Петелёва какие, я не знаю,
я вот конфеты только все твои любимые собрала.
Конфеты?
Это отлично, это отлично, это значит,
что он решил где-то пересидеть,
может быть, недалеко совсем,
чтобы мы переволновались за него.
Ну, конечно, мой сын, он же такой негодяй,
что он и деньги у меня украл,
и издевается надо мной, чтобы я с ума тут сходила.
Он ребёнок, все дети так делают.
Лёва, просто признай, пожалуйста,
что тебе на него наплевать!
Ты знаешь, что это не так.
Саш, ты чего пришёл?
А?
А я, я знаю, я знаю.
Меня, меня Эдик вчера просил помочь Зосе.
И я поговорила с Костей, но только, ты уж прости,
он сегодня своему приятелю звонить не будет.
Я не за этим пришёл, Света.
Галина Ефимовна сказала, что ты плачешь.
Я волновался, я приехал.
Я ещё в это министерство.
Да езжай в своё министерство
и оставь меня в покое!
Так, а у тебя есть фонарь?
Хотя ладно, у меня был где-то в машине.
Зачем тебе фонарь?
С Катей поеду.
Лёва, тебя министр ждёт.
Да чёрт с этим министром.
Лёва, прости меня, пожалуйста.
Всё будет хорошо.
Товарищ, ну это просто неприлично.
Так долго ждать Его Величества
Преображенского я не могу.
Со своей стороны я могу подтвердить,
что угроза эпидемии была реальной.
Антон Денисович, я ваш доклад уже выслушал.
Я хотел бы услышать доклад
руководителя данного медучреждения.
Он, руководитель, проявляет к
нам просто вопиющее неуважение.
Да я уверен, с ним что-то случилось.
Так зачем нам такой главврач,
с которым что-то случается?
Мы другого подберем.
Все, товарищ Бурминг,
готовьте приказ об увольнении.
О судьбе института поговорим по
результатам вашего отчета, товарищ Ярцев.
Когда вы их предоставите?
Я думаю, что мне дня требует достаточно.
Жду вас через три дня.
Михаил Андреевич?
Да.
Присядьте в машину, вас ждут.
Все понятно.
Ну иди, иди.
Евгения Маркова, вы меня напугали,
я подумал, это арест.
Вы, Мишенька, еще не того полета птица,
чтобы вас на таких машинах арестовывали.
А вы что же свое так и не починили,
а решили вместо этого в ресторан?
Пришлось.
Там проблема у меня такая сложная.
А девушка эта на складе работает,
через нее можно любую запчасть достать.
А зачем же такие сложности,
когда можно получить новую машину прямо завтра?
Ну что вы, я и своим автомобилем вполне доволен.
Вы, Евгения Марковна, очень добрая.
Вы слишком напряжены, Миша.
Расслабьтесь.
Не надо меня бояться.
Я не боюсь.
Просто млею от восхищения.
Мне пора.
Куда же?
У меня дежурство завтра ранее.
Выспаться надо.
Мне кажется, мой милый, вас слишком
эксплуатируют в этом институте красоты.
А не пора ли его закрыть?
Вы, Евгения Марковна, не сомневаюсь,
без института будете богиней.
А простым смертным никак.
Привал я на простых смертных.
Вы можете быть уверены, если вы сейчас
выйдете из машины, я прикрою эту лавочку.
Евгений Марков.
Всего доброго.
Вот, короче, завалим, возьмем туда.
А там у нас общак.
О, вот народские фастфудские.
Третьим будешь?
Здрасте.
Здрасте.
Семен, а ты меня для Ирлы позвал?
Очень надо, я тебе вон нашёл, как обещал.
Голову?
Ага.
Живи с мозгами вроде, на плечах у себя поищи.
Ты же заработать хотел?
Вот, человеку хорошему помощь нужна.
Мечтает он, понимаешь,
начать жизнь с чистого листа.
Скинуть, так сказать, груз прожитых лет.
С зелёным что-то совсем лепило.
Ничего, не бойся, не крыжовник, его не жрать.
Семен, извини, я не понял.
Ты предлагаешь мне провести операцию?
За деньги?
Видал?
Не такой уж и зеленый.
Прям в корень зритель.
Замазали.
Ну, Юль, не надо.
Не могу.
Я так больше не могу.
Это невыносимо.
Это вообще не жизнь.
Я делаю, что могу.
Я уже сам почти всю её потерял.
Я знаю, знаю.
Я же вас не виню просто.
Не могу понять, почему всё тайно, урывками.
Почему нельзя как-то по-человечески?
Ну, такая у нас идеология.
Люди должны стойко переносить муки.
И никто не сдаётся вопросом, зачем это нужно.
Зачем вообще людям мучаться?
Боже мой, опять.
Папочка.
Папочка.
Всё, потерпи.
Привет.
Пока ничего.
Все дворы проверил, не объездил,
в подвалах смотрел, в чердаках.
Сейчас вот полчасика
вздремнула и дальше еду искать.
Ты тоже поспи, Свет, ладно?
Пожалуйста.
Я тебе обещаю, мы его найдем.
Давай.
Радуетесь вообще, что я вас туда повел?
Оно секретное вообще-то.
Там точно ещё грибы остались?
Ну, я там, конечно,
уже пособирал, но там ещё много.
Здравствуйте, ребят.
А вы куда в такую рань?
Куда надо.
Согласен.
Бестактный вопрос.
Скажите по секрету, а у вас есть тут в
округе места, где можно хорошо спрятаться?
Есть хорошие схроны?
А тебе зачем, дядя?
Ты что, шпион?
Точно.
Ну, вы скажите, где схроны и бегите в
милицию сообщать, что шпиона поймали.
Ага, нашёл дураков.
Сам иди, сдавайся.
Ребята, у меня сын пропал.
Тёма Дронов, муж знаете?
Узнаем.
И где он?
Да мы его знаем.
А где он, не знаем.
В раки, что ли, попал?
Зуб даю.
Мать его себе места не находит.
Думаю, случилось с ним что.
Не, ну есть тут один дом.
Школа.
Она летом сгорела.
Вы туда ещё не ходили?
Нет, а где он?
Так, почти пришли, не отставайте.
Так, пойдем.
Степка, Дронов, ты тут?
Ау!
Степа!
Степа!
Тебя батя ищет.
Ты где?
Отзовись!
Ты где?
Хватит играть.
В этой комнате пусто.
Да и в этой тоже.
И в этой.
Вон туда садитесь, может там есть.
Тёмка!
И там!
Ау!
Артём!
Он тут!
Тём, ты чего?
Тебя слышь?
Батя ищут.
Тёмка, Люба, ты чего?
Всё?
Эй, ты как?
Холодно.
Холодно?
Вот и враг.
Он тут костер жёг.
Так, ребят, спасибо большое за помощь.
Дальше я сам.
Ладно?
Всё, идите вниз.
Ладно, мы идём.
Я всю ночь из-за тебя искал.
Там ночь чуть с ума не сошла.
Скорей домой.
Я сам.
Конечно, сам.


Серия 6

С добрым утром, дорогие друзья!
В эфире Вестник Института Красоты с кратким
обзором последних событий из нашей клиники.
Карантинный режим в институте был снят,
как только пришли результаты анализов.
Диагноз натуральной оспы не подтвердился.
Все ограничения отменены, пациенты,
которые вынужденно провели в клинике ночь,
разъехались по домам, выразив благодарность
медперсоналу за заботу и доброе отношение.
Даже если тревога оказалась сложной,
эта ситуация наглядно показала,
что мы готовы противостоять реальной угрозе.
Главный врач был приглашён на приём к министру,
который пожелал лично выразить благодарность товарищу
Преображенскому за проявленное хладнокровие и мужество.
Оскольчатый перелом десятого и
одиннадцатого позвонков грудного отдела
Сдавливание позвоночного канала.
Ну, в целом, можно сказать, ему повезло.
Повезло.
Света.
Мозг цел.
Это просто сотрясение.
Внутренние органы целы.
Да это чудо, после падения с такой высоты.
А позвонки, они что, совсем разрушены?
Десятый распался пополам.
Сделаем вертебропластику, починим.
А он одиннадцатый на мелкие осколки.
Их винтами уже не скрепить.
Можно только надеяться, что они срастутся сами.
Так может и десятый сам срастется, не надо лезть.
Полежит на вытяжении.
Нельзя.
Там же стеноз канала.
Чем дольше сохраняется сдавливание,
тем больше риск некроза спинного мозга.
Полное восстановление маловероятно.
То есть это что, это паралич?
Нет, нет.
Нельзя утверждать абсолютно точно.
Ну, скажем, девяносто процентов случаев.
Глеб Витальевич, я слышал, что в Боткинской
сделали недавно операцию на
повесничном отделе и успешно прошла.
Глеб Григорьевич, я знаю,
но там абсолютно другая ситуация.
Там один позвонок.
Господи, ты-то куда лезешь?
Ты в этом не понимаешь, ни черта.
Я делал операцию во время войны на позвоночнике.
Я пытаюсь найти лучший выход.
Да ты уже нашел, Тёма,
ты бы лучше не искал бы его.
Солнышко, не надо.
Уйди, просто уйди.
Лев Григорьевич, вы же понимаете правила?
Если родители против.
Да, конечно, конечно.
Подари мне красоту и ещё одну весну.
Я люблю тебя так же, как раньше.
Ты прости мою мечту, даже если я уйду.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Я остался там, где ты.
Навсегда.
Подари мне красоту, Я поверю в чудо.
Отвечи мою звезду, За которой я пойду,
Никуда из ниоткуда.
Подари мне красоту,
Лев Григорьевич, я вам ничем не могу помочь.
Извините.
Да.
Я понимаю, да.
Ну, что же поделать.
Еще раз спасибо и извините, что разбудил.
Ну что, всех успел обзвонить?
Нет, не всех.
Завтра ещё к Маневичу поеду, к Сироткину.
И они, Лёва, скажут тебе то же самое.
Единственный возможный вариант.
Да я понимаю в этом, Лёва.
Понимаю.
Понимаю, что ты прав.
Но я не могу смириться, что нет других путей.
К сожалению, у нас нет.
А где есть?
На западе?
Недавно в Германии опробовали новую методику,
но подробностей я не знаю.
А кто может знать?
Тот, кто живет там.
Иногда, Лёва, люди приезжают на симпозиумы,
приносят нам новости в клюве.
Был один француз.
Именно что был?
Он-то знает такие вещи.
Ну, мы, конечно, можем с тобой
попроситься к нему в камеру,
но только, боюсь, оперировать после
этого мы будем разве что на Колыме.
Ася уже не просто живёт, она реагирует.
Как реагирует?
Она сфокусировала на вас взгляд?
Нет, она не смотрит.
И голову не поворачивает.
Но она слушает.
Да, сегодня, когда я кормил её и
рассказывал про себя, я взял её за руку.
И она сжала мне пальцы так,
словно говорила, ничего, не переживай.
Здравствуйте.
Здравствуйте, Катя.
Привет.
То есть вы рассказываете ей о себе,
о своих переживаниях?
Да, я часто говорю про свою жизнь.
Знаете, мне кажется, она меня понимает.
По-человечески так.
Может быть, в этом и суть.
Если предположить, что у Аси депрессия
развилась не из-за травмы как таковой,
а из-за того, что с ней все
общаются как с инвалидом,
Возможно, что вы первый человек,
который с ней общается как с человеком.
И это сработало.
Вы думаете?
Да, предполагаю.
Я бы и сам проверил этот метод нормализации,
но мне запретили к ней подходить.
Катя, вам очень идет ваша новая прическа.
Спасибо, Эдуард Борисович.
Гер, а ты мне ничего не скажешь?
Очень хорошая стрижка.
Ты внимательный.
Константин Дмитриевич?
Вы мне?
Да, простите.
Ельницкая Фарина Дмитриевна.
Я сотрудник комиссии по делам несовершеннолетних.
Мне необходимо разобраться в том,
что произошло с вашим ребенком.
Я бы и сам хотел разобраться.
Как мне известно, вы вчера подали
заявление в милицию о пропаже сына.
Он сбежал из дома?
Да, из квартиры, где он жил с матерью.
Мы с ней в разводе.
Получил травму при падении
в здании сгоревшей школы.
В присутствии взрослого
Преображенского Льва Григорьевича.
Вы с ним знакомы?
Да.
Это друг.
Жених.
Он состоит в отношениях с матерью Артема.
Понятно.
Как он оказался в том доме с мальчиком?
Он утверждает, что он его там нашел.
Потом Артем случайно провалился, там был пролом.
И Артём сейчас спит под действием препаратов.
Он не может подтвердить это или рассказать,
как всё было на самом деле.
Вы подозреваете, что всё было не так?
Мальчик не случайно упал?
Я ничего не подозреваю.
Скажите, товарищ Преображенский
плохо относился к вашему сыну?
Не любил его?
Я так не думаю.
Скорее, это Артем не любил.
Не любит.
Он против этих отношений.
Понятно.
Когда я могу поговорить с мальчиком?
Когда врачи разрешат.
Всего доброго.
Вон, смотри, опять ничего не съел.
Зинаида Григорьевна, встатьте, пожалуйста.
Товарищ следователь вас ожидает.
Может, ей вещи ее отдать?
Вспомнит, очухается.
Нет, Филиппов не велел.
Какой допрос в таком состоянии?
Доложу сперва, а там пускай решают.
Вы ко мне?
Юрий Матвеевич?
Да.
Пройдемте.
Вы знаете, ко мне не часто
гости ходят сами, без повестки.
Я бы тоже удивлялся, почему вы меня не зовёте?
Просто спросите о моей сестре.
Да я, в общем, уже всё у неё спросил.
А вам есть что о ней рассказать?
Я бы очень хотел увидеть мою сестру.
Вы могли бы предоставить свидание?
Лев Григорьевич, пока нет такой возможности.
Вы можете написать ей письмо.
На это вы имеете полное право.
Благодарю.
Скажите, а на допрос я имею право?
На допрос?
И я прошу обочной ставки.
Обочной ставки с кем?
С вашей сестрой?
Нет.
С господином и женой Петей.
Значит, приходите сегодня в шесть.
Вот вам повестка.
Я думаю, мы решим этот вопрос.
В эфире постоянная рубрика нашей утренней
программы «Встреча с интересным человеком».
И сегодня наш гость —
художественный руководитель
самодеятельного инструментального
ансамбля «Завода имени Кирова»
Гамлет Вахтангович Кокобацзе.
Так.
Так.
Ну что, как там?
Борис Михайлович, вы ведут себя замечательно.
Спасибо, Лошенька.
Я ведь себя тоже отлично веду.
Может, вы меня уже того, домой отпустите?
Ну, Преображенский еще хочет понаблюдать за вами.
И повязку вам рано снимать.
Ну что вы, что вам так плохо
у нас здесь без вашего Курева?
Без рояля, представьте себе, уже несколько дней.
Если бы вы мне сюда рояль привезли,
тогда можно и без Курева.
Ну, рояль сюда не поместится.
Разве что губную гармошку.
Нормушку?
Правда, сможете?
Я ведь когда-то на ней играл.
Борис Михайлович, здравствуйте.
А, Мишенька, это вы?
А Катюша меня уже осмотрела, говорит, все хорошо.
Ну, чего тут хорошего?
Вас Катюша осмотрела, а вы ее нет.
Даже представить не можете, как она прекрасна.
Да.
Доктор Шевцов, ну, прекратите
расстраивать нашего пациента.
Борис Михайлович, поверьте,
здесь совсем не на что смотреть.
Так, всё, отдыхайте, я пойду.
Спасибо, Катюш.
Вы ко мне почаще заходите.
Не посмотрю, так хоть послушаю вас.
Всё-всё-всё, пусти.
Не работает, надо.
Почему не работает?
Ну не знаю, он на что?
Сейчас должен мужик прийти с капеллом.
Так?
Неохота возиться на тебя, я хотел скинуть.
Очень заманчиво.
А я шучу.
Да?
Слушай, а мы сходим куда-нибудь?
Куда?
Ну, не знаю, в киношку.
В театр не ходу.
В кино-то ходок-то.
В кино-то тоже не ходок.
Можно в Узбекистан, попробовать.
Надоели сосиски, пельмени.
Жареная ночная, лучше приходи ко мне,
я тебя по-человечески накормлю.
Здравствуйте, Антон Денисович.
Здравствуйте, Галина Ефимовна.
Что вы такой напряжённый?
Что-то случилось?
Уже всё случилось.
Можно уже и не напрягаться.
Что вы там опять от меня прячете?
Побойтесь Бога, когда я что от вас прятала?
Бога нет, Галина Ефимовна.
А вот Минздрав есть.
Вы бы его хоть немножечко побоялись.
Позвольте, я пройду.
Для Минздрава нет ничего интересного.
Двое врачей говорят о любви.
Получили минутку, другой, может, не будет.
Вы давно о любви говорили?
Передайте вашим врачам, что скоро у
них будет полно времени поговорить.
Институт на грани закрытия,
а главного врача уже уволили.
Как?
Как уволили?
Я понимаю, как вы на меня злые.
Я-то полбеды!
А вы знаете, что в министерстве
готовится приказ о вашем увольнении?
Пусть увольняют, я передам дела.
А, то есть вам уже сказали?
Никто мне ничего не говорил,
и это вообще не важно.
Конечно, это не важно.
И должность ваша не важна,
и институт этот он не важен.
А что важно тогда?
Поделитесь?
Институт не закроют.
И вы знаете, что у меня есть еще козырь в рукаве.
Кайф.
На самом деле я потрясен.
Миш, ну подумаешь, постриглась.
Знаешь, что в эпоху проклятого царизма девицы
новые причёски и платья в театр выгуливают.
Эти девицы просто не работают.
Работа театру не помеха.
Как насчёт таганки?
Миш...
Что?
Не любишь таганку?
Достану большой.
Да нет, я хочу на таганку, но не могу.
Не пойдёшь со мной даже по-дружески.
Мы Самсонова возьмём.
А что, у нас парень хороший,
весёлый, компанейский.
Миш, пойдём, у нас собрание.
Олег Григорьевич?
Здравствуйте.
Ельницкая, комиссия по делам несовершеннолетних.
Я вас слушаю.
Вы были свидетелем несчастья,
которое произошло с Артёмом
Константиновичем Дроновым, так?
Да, он упал при мне.
Это правда, что мальчик был против
вашей женитьбы на его матери?
Конечно.
Вы намекаете, что я сбросил мальчика,
чтобы он не помешал мне жениться на его матери?
Не я на это намекаю.
А в любом случае будет разбирательство.
И пока мы не можем взять показания мальчика,
я буду наводить справки о вас.
Хорошо, вы наводите.
Я прошу прощения, у меня сейчас рабочее собрание,
а потом вот мой кабинет, пожалуйста.
И убедите, что я не ем там в одинце.
Вы прям сегодня на стол?
Нет, сегодня все забито.
Думаю, послезавтра.
Но решать надо сейчас, чтобы поставили в план.
Дольше тянуть нельзя.
Да-да, я понимаю.
Некроз.
Свет.
Что нужно решать?
Что решать?
Вы поймите, у нас очень много операций.
К нам детей со всего Союза везут.
Так что будет и так нелегко
найти для вас место в графике.
В общем, пора.
Пора определяться.
Лев обещал придумать другое решение.
Так ведь не придумал же.
Мы все очень уважаем Льва Григорьевича.
Но он не всесилен.
Я сама у него спрошу.
Свет, мы теряем время.
Я не даю согласия на эту операцию.
Я очень благодарен вам за чёткую и
слаженную работу в условиях карантина.
Отдельная благодарность доктору Самсонову
за его работу с пациенткой Рувимской.
Благодаря ей она снова может
есть и распознаёт речь.
Да, кстати, предупредите её,
что завтра операция, да?
Уже завтра.
Евгений Григорьевич, простите,
что вмешиваюсь, но это лучше сделать мне.
Герман наладил контакт с Асей именно потому,
что не говорил с ней о ее травмах и лечении.
И мне кажется, что этот
контакт лучше не разрушать.
Не возражаю.
Главным хирургом назначаю доктора Михайлова.
Ассистировать буду я и доктор Самсонов.
Так что, коллеги, если вопросов нет,
возвращайтесь к работе.
Спасибо.
Спасибо.
Герман, Илья, Андрей, пару слов.
Убедительно хотел попросить коллеги посвятить
оставшийся день подготовке к операции.
И, Андрей Михайлович, если вдруг по
каким-то причинам меня завтра не будет,
вы сами себе подберите ассистента.
Значит, смотри, надо попробовать зафиксировать
скуловую кость с упором в височную.
Тогда понадобится одна пластина.
Вот здесь что ли?
А она выдержит височные кости?
Там два миллиметра всего.
Ну, по моим расчетам должна, но надо проверить.
Слушай, Лёх, я не понял,
почему у тебя завтра может не быть?
Я в курсе, что тебя хотят уволить,
сволочи, но операцию-то дадут провести,
это в живых интересах.
Провести дадут, а если хорошо проведем,
так вообще всё простят.
У меня в другом проблемы, не с Минздравом.
Ты хочешь сказать, что тебя посадят из-за Артёма?
Ну, это бред, ты не виноват.
Так именно я и виноват, Андрей.
Я же не заметил, кто первым.
А посадят меня совсем не за это.
Проверишь куловую, ладно?
Добрый день, Зинаида Григорьевна.
Добрый день.
Как ваше самочувствие сегодня?
Спасибо.
Лучше.
Я хочу предложить вам вернуться туда,
где мы с вами остановились.
Вы хотели, чтобы я подписала признание.
Вот именно.
Это мое дело?
Верно.
Тогда там наверняка есть
заявление товарища Лыкова.
Какое именно заявление?
То, где он заявляет, что я храню валюту.
Я подпишу признание, как только
вы мне предъявите этот документ.
Зинаида Григорьевна,
я не имею права показывать такие документы.
Безусловно, имеете.
Это же касается лично меня.
Я же не прошу вас показать мне
признание Жены Пяти в шпионаже.
Тем более, что с почерком
гражданина Пяти я не знакома.
А вот почерк Эдуарда Борисовича
Лыкова я знаю очень хорошо.
В любом случае, этого заявления Лыкова здесь нет.
Оно подшито к другим документам
и находится в другом здании.
Хорошо.
Дайте мне бумагу, чистый лист.
Я сама напишу признание.
Признание в чём?
Признание в том, что я взяла
деньги у иностранного гражданина.
А когда узнала, что эта валюта не сдала их,
больше вины на мне никакой нет.
Ну что ж, имеете право.
Хотя напрасно вы не стали слушать моих советов.
Мне одному не безразлична ваша судьба.
Если вам не безразлична моя судьба,
тогда, пожалуйста, отдайте мне мои вещи,
которые мне принесли из дома.
Я не настаиваю.
Просто не привыкла так ходить.
Слышал про сына Дроновой?
Какой ужас.
Дронова, она всегда такая красивая, а тут...
Да, быстро ты перековалась, Кать.
Ещё недавно все эти красотки
были для тебя холёными стервами.
Да нет, Гер, мне просто её жалко и,
честно говоря, стыдно, что я так грубо...
Нет.
Нет, Кать.
Ты теперь хочешь быть, как она.
Стрижки, шмотки, рестораны.
В ГУМ ездить за эклерами.
Шевцовым.
Я с тобой хочу.
И не в ГУМ, а в театр.
Нас Шевцов позвал по-дружески.
Здорово.
Скажи мне, кто твой друг?
Герр, ну вот как так можно?
Никому не доверять, в каждом видеть врага,
никому ничего не рассказывать,
Человек человеку волк, Катя.
Если я начну тебе про себя рассказывать,
даже ты будешь смотреть на меня по-другому.
Гера, если ты про родителей, я все знаю.
А что ты знаешь?
Ну, что не на фронте они погибли, а в лагере.
И мне...
Мне Назаров рассказал.
Про то, что на них папин друг донос написал.
Назаров тебе не рассказал?
Молодёжь, здравствуйте.
Гера.
Гер, приходи сегодня вечером, хорошо?
Прости, у меня дела.
Поехали домой.
Ты немного поспишь, отдохнёшь.
Нет, ну а как?
Что вообще ничего?
Не единые зацепочки?
Я поговорил с лучшими хирургами,
все они подтвердили то, что сказал Глеб.
Эта операция единственная из возможностей.
Но у меня есть еще идея.
Я не уверен, что все получится, но я попытаюсь.
Я не понимаю просто,
зачем ты меня обнадежил, я проверяла.
Послушай, если есть хоть
маленький шанс, надо пытаться.
Понимаешь?
Нельзя сдаваться.
Я не смогу, я больше не смогу, я не выдержу.
Ты устала, родная, ты устала.
Давай я отвезу тебя домой, ты отдохнёшь, уснёшься.
Отпусти меня, отпусти меня.
Я никуда с тобой не поеду, я к Тёме.
Давай, давай я отвезу тебя в больницу.
Не надо меня никуда везти,
я сама поеду, не трогай меня.
Вроде получилось.
Да, вообще красота.
И кость выдержала, и двух шурупов хватило,
и риск нагноения минимальный.
Будем надеяться, что у Аси кость не тоньше.
Будем надеяться, что им остаётся.
Ты молодец, Гера.
Всё, давай, я пойду проведаю
пациентов своих, кто забросил.
Андрей Иванович, я хотел у
вас ещё кое-что спросить.
Пойдём, спросишь.
Слушайте, когда вам надо кожу на груди пересадить?
Ну, прилично такую лоску-то.
Вы какой скальпель берёте?
Ну, обычный брюшистый.
Ливанян он, кстати, больше любит остроконечный.
Тут, понимаешь, зависит от того,
какая кожа, что с ней не так.
Например, ожог глубокий.
Не-не, а если наколка?
Если наколка, то брюшистый.
Ты что, опять на трубоках своих там упражняешься?
Да нет, это я так, чисто гипотетически.
Для образования.
Давай не финти.
Потрядился наколку кому-то срезать?
Кому?
Да просто человеку.
Не знаю.
Может, моряк.
Моряк?
Моряки свои наколки до смерти носят, как ордена.
Получается, что вор.
Тебе денег обещал?
Обещал бы, да.
Но я не ради этого.
Точнее, не только.
Понимаете, человек хочет начать жизнь сначала.
Эту клюму, которую поставили на насильно,
мне все это очень знакомо.
Вам скажу, вы поймете.
Мои родители сгинули в лагерях в сорок четвертом.
Мне тогда два года было.
Ребенитировали их в пятьдесят восьмом.
Что там у твоего морячка на Марионе?
Ну, вы знаете, такие скелеты вроде.
Танцуют.
Гера, это новый портак.
Означает, что вор смерти не
боится и готов рисковать.
Получается, паренек вышел на волю,
накацарезил и хочет примету такую убрать.
Гер, я тебя прошу, не ходи туда.
Не ходи.
Какими судьбами?
Бросил меня вчера на растерзание дракона из ЦК.
А с Верой волнуешься?
Ну, я так поняла, что ты растерзать себя не дал.
Ну, откуда знаешь?
Может, я позорно лишился чести?
Ну, если б ты её вчера лишился,
то Татарова сегодня обедала бы с
Бурминым и просила бы тебя назначить,
по крайней мере, главврачом.
А она обедает с Вепревым,
который мечтает закрыть ваш институт.
Он здесь и без неё неплохо справляется.
Вон, говорят, Преображенского уже уволили.
Да нет, Бурмин тянет с приказом.
Хочет вашего главврача к себе
в санаторный комитет затащить.
А у вас там своих живающих нет?
Да я сама не знаю, что он к нему так привязался.
А может, у вас там такие шакалы,
что только лев и может ими руководить?
Да.
У нас вообще, знаешь,
в Минздраве вообще все шакалы.
Сегодня вечеринка одна намечается.
Может, пойдем потанцуем?
Не могу.
Много работы.
Знаешь, как говорил мой тезка,
я бы хотел забыться и заснуть.
Да ну что вы, Евгения Марковна,
какие у меня сейчас дела?
Это вот и начальник в моих делах,
вот их провоз вперед летит.
А я так, вдоль дороги ползаю и пытаюсь
сохранить то, что вот они стосят.
Ну уж не прибедняйтесь, Алексей Данилович.
Я вас знаю давно, и вы не из тех,
кто рождён ползать.
К тому же, говорят, вы не только сохраняете,
но и сами готовы кое-кого сожрать.
Я сожрать?
А как же Институт красоты?
А я так голову все ломал.
Чего это Евгения Марковна обо
мне вдруг вспомнила, гаримуйке?
Теперь я понимаю, что это дамское счастье,
и от него я должен убрать свои поганые руки, так?
Ну зачем же?
Вы же свои руки без причины никуда не тянете.
Решение закрыть институт было взвешенным.
Я готова его поддержать.
Ну что ж,
Это был бы подарок.
Вот у вас есть к нему претензии,
если бы вы дали бы мне материал?
Нет.
Материал собирайте сами.
Мое имя не должно нигде фигурировать.
Но когда этот вопрос будет
вынесен на решение Политбюро,
вы мой голос можете рассчитывать однозначно.
Я это ценю.
Ваш голос посильнее будет всех остальных.
Я вошел у нее, глаза открыты,
поздоровался, просто сказал здравствуйте,
она глаза закрыла, ушла в себя.
Про операцию сказал?
Сказал, но не реакция.
Почему ты сам не будешь оперировать?
Я сегодня иду в КГБ.
Мне нужна очная ставка с ожиренным питьем.
Ты свихнулся что ли, Эдик?
Лев, ты с ума сошел?
Ты что хотел взять на себя шпионаж?
Ты что?
Ты сумасшедший?
Ты не понимаешь, что ты ей не поможешь?
Если Филиппов ее не сломал,
ты ему просто преподнесешь
дополнительные доказательства и все.
Ты ещё меня называешь психом?
Зачем тебе очная ставка с пяти?
Я должен понять, как на Западе собирают позвонки.
Какой-то новый метод, не знаю,
всё что угодно, любая информация.
А я потом пойму, как передать её из тюрьмы.
А если нет никакого нового метода?
То есть ты готов пожертвовать
собственной сестрой ради чужого ребёнка?
Это не чужой ребёнок.
Ты понимаешь, о чём я живу?
Даже если и так.
Я сразу двух зайцев.
Я спасу сестру и спасу Артёма.
Ты посадишь себя, ты загубишь
Зосю и не спасёшь мальчишку.
Ты понимаешь это?
Я должен попробовать.
Я решил, Эдик.
Всё.
Светлана Геннадьевна,
это единственно правильное решение.
Я поставил операцию в план.
Послезавтра утром.
Спасибо, Глеб Анатольевич.
Катя, ты домой не идешь?
Да, сейчас одну ЭКГ сделаю и домой.
А что такое?
Мне пора, но я хотел тебе сказать, куда я иду.
Рассказывай.
В общем, я подумал, ты права,
я должен больше тебе доверять.
Но мне сложно, это из-за родителей, понимаешь?
Короче, тут такая история случилась...
Ира, подожди меня минуту, хорошо?
Армен Ашотович, я знаю, что это вы.
Что я?
Сами знаете, морфин воруете.
У вас еще и ключ свой.
И что?
Донесешь теперь на меня?
Я разобраться хочу.
Может быть, вам плохо?
Может быть, вам помощь нужна?
А знаешь, наверное, ты одна меня сможешь понять.
Пойдем.
Такой всегда был прав во всем.
А я во всем виновата.
Престань.
Ну да.
Я во всем виновата, я его не уберегла.
Да и вообще, если бы я от тебя не ушла,
Тёма был бы здоров.
Он был бы здоров.
Ты что-то ушла от меня, я сам виноват.
Да я тебя не уберег, и Тёму.
Вас обоих.
Ты не знаешь.
Ты даже представить не можешь,
как сильно я вас любил.
Вот ты борзый фраер.
Не боишься быка запороть?
Я никого порвать не собираюсь.
И оперировать вас тоже не смогу.
Извините.
Я понял, что у меня недостаточного опыта.
Очков сыграл?
Да меня еще ни одна сявка так не кидала.
Вот так лепила.
Прошу прощения, если я помешал.
Ты кто такой нарисовался здесь?
А что это такое?
Казённое имущество, что ли?
Андрей Иванович, вы как?
Не переживай, Герр.
Если б ты ему портак срезал,
он бы тебя так и так на перо посадил.
Вот ты ж гнида.
Ну, расписался за него,
держи ответ перед нашим обществом.
От ответа не бегал, забивай.
Забили.
Институт красоты.
Алёна, это я. Привет.
Всё, освободился?
Я сейчас выхожу.
Нет, слушай.
Нет, ну ты, конечно, выходи,
но я к тебе сегодня не приду.
Не могу.
Ну ладно, не сможешь, так не сможешь.
Всё хорошо?
Да, всё нормально.
Я, короче, завтра на операцию тоже не попадаю.
Отмажешь меня?
Наври, лёми что-нибудь там.
Так, Михайлов, ты мне только не ври.
Что случилось?
Тебя побили?
Нет.
Пока.
Мне стрелку забили на завтра.
Это из-за Германа.
А ты можешь туда не ходить?
Могу, но тогда точно на перо.
В смысле, зарежут.
Господи.
В общем, ты об этом молчок,
соври им что-нибудь и ассистируй завтра вместо меня.
Я буду ассистировать, а тебя там будут убивать?
Михайлов?
Да нормально всё будет, всё хорошо.
Добазарюсь.
Константин, здрасте.
Не кричите.
Я договорился, чтобы Свету пустили
в свободную палату поспать.
Не нужно её будить.
Нет-нет, конечно, она и так измучилась.
А вы зачем пришли?
Ещё больше её помучаете?
Я...
Ну, вообще, она запретила мне приходить.
Просто хотела узнать, как Артём.
Всё так же.
Операция послезавтра.
Ясно.
Ну, что ж, Глеб, он отличный хирург.
На него теперь вся надежда.
Да.
И на Артём.
Он боец.
Прости меня, если сможешь.
Привет, Лёнь.
Прости, что поздно.
Слушай, ты мог бы в конторе
похлопотать за одну девчонку?
С валютой попалась, дурочка.
Здравствуйте, Роман Дашатович.
Проходите.
Юлечка, это Катя.
Со мной работает.
Здравствуйте.
Как он сегодня?
Сегодня все.
Нет больше папы.
Если бы не вы, папа бы гораздо сильнее мучился.
Так что одна польза от этого госпиталя,
что он там вас встретил.
Да, это хороший госпиталь, меня там вылечили.
Они хорошо лечили, кого могли.
А...
А кого не могли, отправляли домой умирать.
Мой папа так же мучился.
Да, я потом и был уверен, что ты меня поймешь.
Роман Ашотович, я никому ничего не расскажу.
Мне кажется, вам легче будет,
если вы сами Льву Григорьевичу все расскажете.
Отче наш, изжавесил небеси,
свети цементом, прийди в царствие твое.
Будет воин твоя, якожи на небе, так и на земле.
Вы что сейчас делали?
Вы молитву читали?
Простите, я не знала, что вы смотрите.
Не злитесь, пожалуйста.
Я не злюсь.
Скажите, пожалуйста, вы молились,
потому что он безнадёжен, да?
Ну, откуда же я знаю?
Это врачи знают.
Мне просто жалко любую деточку,
что страдает безвинно.
Безвинно?
Это я виновата.
Скажите, вы думаете, что меня Бог покорил?
Откуда же я?
Да и кто я такая?
Это только Господу ведомо.
Можно же как-то искупить.
Вы же Библию читали?
Как?
Мне сначала из МИДа телефон оборвали.
Вы что это?
Международный скандал, что вы там устроили?
Если бы этого Пяти сейчас не отправили,
мне бы завтра шею и так намылили.
Ну, думаю, ладно, проехали.
А то тут, бац, еще звонок Бабаевке.
Леонид Кириллович лично говорит,
что там у вас Преображенское зачем закрыли.
А я ни сном, ни духом.
Филиппов приехал.
Перезвонил, Георгий Павлович.
Разрешите доложить, товарищ генерал?
Ты что устроил, а?
Оперативные мероприятия.
Оперативные мероприятия.
У тебя ни француз, ни девка,
ни черта не подписали.
Все будет сделано, товарищ генерал.
Ты, Филиппов, прежде чем выслуживаться,
все подготовь и выясни так,
чтобы комар носа не подточил.
Еще сестру эту приплел.
Да я эту сестру, товарищ генерал...
Или ты бы лучше посоветовался со
старшими по званию насчет этого француза.
А теперь все, Филиппов.
Поедешь, поработаешь пятилиточку в Ижевске.
Иван, отдай ему документы.
Юрий Матвеевич, наконец-то.
Не пускают?
Сказали, что не будет очной ставки,
а вот бумага по Ежену Пяти.
Ты ещё покричи мне тут.
На память себе оставь.
Мне нужно спасти сестру и увидеть Ежену Пяти.
Это вопрос жизни и смерти.
Что я сделал не так?


Серия 7

С добрым утром, дорогие товарищи!
В очередном выпуске Вестника
Института Красоты мы расскажем,
как проходит рядовой будний
день медицинского работника.
Наши коллеги каждое утро идут
в институт как на праздник.
Они бодры, деятельны и сразу включаются
в обсуждение лечебной практики.
Обсудив все рабочие моменты,
одни врачи ведут приём посетителей,
пока другие совершают утренний обход.
меняют послеоперационные повязки,
проводят утренние процедуры,
оценивают готовность пациентов к выписке.
Затем, как правило,
следует совещание в кабинете главврача,
на котором товарищ Преображенский оглашает план лечебных
мероприятий и назначает хирургов на грядущие операции.
Далее нужно обследовать и подготовить пациентов,
которых должны прооперировать сегодня.
Если предстоит хирургическое
вмешательство особой сложности,
подготовка необходима и самим врачам.
Они тренируются на учебных анатомических моделях
и вместе разрабатывают стратегию операции.
Так активно и позитивно проходят будни
в дружном коллективе Института красоты.
Ну, хоть на пять минут.
Мне нужно, кровь из носу нужно его увидеть.
Ну, куда конец, ты к нему сходи.
Тебя же наверняка пустят,
а я напишу, что спросить.
Лев, угомонись, пожалуйста.
Никого к нему никуда не пустят.
В самолёте твой пяти уже.
Вытурили его от греха подальше.
Так, ладно.
А в посольстве могут дать его телефон?
Ну, французский номер.
Нет, не дадут.
И правильно сделают.
А звонить ему ты не будешь.
Ты и так без пяти минут уволен,
а твоей сестре светит срок.
Ты ещё ей добавить хочешь?
Нет, не хочу.
Ну вот и все.
Лев Григорьевич, хватит ломать дрова.
Займись лучше тем, что умеешь лучше всего.
Хирургии.
Ты прости мою мечту, даже если я уйду.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Даже если я уйду, я останусь там, где ты.
Навсегда.
Подари мне красоту, я поверю в чудо.
Отыщи мою звезду, за которую я пойду,
никуда из ниоткуда.
Подари мне красоту,
Ты что такой?
Гера, а ты чего здесь?
Ты же к операции должен готовиться.
Должен.
Должна, Катя.
Гер, ты чего?
Ты волнуешься?
Не переживай.
Если Преображенского не будет, то будет Михайлов.
Да не будет Михайлова, Катя.
Я думал, что вообще убивают из меня.
Кто убивает?
Лев Григорьевич?
Уголовники, Кать.
Уголовники.
Он меня от них спас.
Теперь они ему стрелку забили.
Что забили?
Он ранен?
Кер, так это же в милицию нужно звонить.
Не надо в милицию звонить, не надо.
Я ему слово дал.
Приди, молчун, гребет каленый.
Походу, не дрейфовал.
Ага, сейчас дрейфуют.
Жизнь ворам, подблатного косят,
а сам беспредельничает.
Хлебал и зврали.
Это правильный кент.
Ну, здорово, Гиппократ.
Давай, садись.
Че, как жизнь-то?
Так, должен был сейчас девчулю одной
кость сломать, а я тут вот с вами.
Но ты же, Нестенька, нас на бабу не променял.
Значит, коллеги, план такой.
Перепиливаем кость, делаем два отверстия под винты,
накладываем пластину и фиксируем.
Все понятно?
Да, понятно.
Герман, а Михайлов говорил, что вы предлагали
вообще без винтов и пластин фиксировать.
Да, но я потом понял, что это глупо.
Это на плоских косяк не работает.
А что это?
Это изобретение моего отца.
Косный цемент.
Ладно, коллеги, идем намываться.
Герман, а позвонки?
По звонке ему можно цементировать?
Молчун, насчет пацана, за который я вписался.
Он зеленый, понятия не знает, детдомовский.
Родители погибли на зоне.
Да что ты?
Да, и кто бы я был, если бы я его не прикрыл.
Тем более, что кореш ваш тоже смухлевал.
Наплел насчет новой жизни, без наколки.
Ну, фраеры-то купануть не грех.
А вот про наколку я что-то первый раз слышал.
Слышь, братан, ты гнал,
что шрам приметный, убрать хочешь.
А что тебе в натуре, портать помешал?
Молчал бы ты, что когда я гнал, а?
Спокойно сидим.
Мы в своем праве.
Ну что, надо не ехать режь.
Что за сходка у вас, граждане?
Да сидим общаемся, товарищ капитан.
Запрещено разве.
Посидели тут, посидите у нас.
Забирайся.
Есть.
Есть.
Так, граждане тунеядцы.
Встаем, встаем.
Пошли.
Пошли, пошли, пошли.
Вставайте, вставайте.
Вперед.
Начинаю распиливание с куловой кости.
Стой.
У вас ответка троечного нерва.
Держитесь, может быть.
Может.
Атипичное отхождение.
Я всё вижу.
Пластина?
Держит?
Пластина-то держит.
Главное, чтобы Костя выдержал.
Иногда кажется, что еще чуть-чуть, и все.
Давайте потихоньку.
Вон, вот-вот.
Все, пошел.
Фантастика.
Мне надо отъехать ненадолго.
А если что-то вдруг...
Вы позвоните отцу Тёмы на
работу, я оставлю телефон.
Конечно, оставлять.
Вы не волнуйтесь, всё хорошо будет.
Тёмка.
Тёмка.
Ты проснулся.
Да, мам.
Мам, а чего я двигаться не могу?
Тебе не надо двигаться,
ты просто лежи спокойненько.
В больнице?
Да, Тём, ты упал.
Упал?
Что, я теперь всегда так буду?
Да нет, конечно, чего ты говоришь такое?
Тебя завтра уже сделают операцию,
ты будешь как новенький.
Мама, ты со мной посидишь?
Или тебе на работу?
Не надо мне ни на какую работу, никуда не надо.
Я всё время буду с тобой.
Это изобретение моего отца.
Косный цемент.
На западе вроде тоже есть,
но папа ещё в сороковы придумал.
А что значит цемент?
Из чего он состоит?
Это смесь фосфата кальция с физраствором.
Застывает быстро, не оторгается,
не вызывает аллергии.
Откуда вы знаете?
Так я опробовал на себе год назад.
Отломил кусочек максимальной
фаланги и зацементировал.
Ну, разрабатывать пришлось, конечно.
Вот.
Действительно, кажется, застывает.
Конечно.
А вот, смотрите.
Сейчас.
Вот здесь.
Вот, видите?
Вы это сами себе?
Да.
Ну, хотя бы под анестезией?
Ну, так слегка.
Пермидон принял.
Удивительная самотверженность ради науки.
Мои родители погибли из-за этого открытия.
На отца папин друг написал донос,
так что по сравнению с их жертвой это...
Вы знаете, я прямо сейчас пойду
в министерство вот с этим.
Ну, мы сделали для них операцию,
которую они хотели.
Теперь пусть дают добро на новый эксперимент.
В Москве полдень.
На предприятиях и в учреждениях кипит работа.
Каждый вносит свой вклад в развитие страны.
Ну, я думаю, стоит подождать до завтра,
но на сегодняшний момент
состояние пациентки стабильное,
поэтому операцию можно считать успешной.
Ну и очень хорошо.
Наконец-то порадовали.
Анатолий Федорович, завтра же направьте в
Институт красоты прессу, а лучше телегруппу.
Будет сделано.
И, товарищ министр,
приказ об увольнении главврача можно отменить?
Отменяйте, заслужил.
Весьма великодушно с вашей
стороны, товарищ министр.
Значит, после одной громкой операции на
все нарушения мы будем закрывать глаза,
а между тем, Институт красоты
уже в ЦК вызывает недовольство.
Как в ЦК?
Ну, какое недовольство?
У кого?
Жалоба написана?
Нет.
Ну, будет жалоба, будем разбираться.
Мелкие нарушения есть везде.
Ну, действительно.
Тем более, товарищ Ярцев непременно
все отразит в своем отчете о проверке.
Ну, значит, будем ждать отчета товарища Ярцева.
Но навряд ли в нем будет отражено,
что ведущий хирург был задержан
милицией в компании уголовников.
Вам это не докладывали?
А я не бегаю к руководству
докладывать о каждом чихе.
И я уверен, что главврач разберется
с кадрами в своем учреждении.
Да я верю, верю, что не ты стуканул.
Видать, этот твой, подкидыш.
Пацану я запретил, он дал слово не трепаться.
В ментовку не пошел бы,
он у самого рлится в пуховку.
Ага, верим, он тебе такое напоет.
Усохни.
Хотел партак свести,
а еще предъявы кидаешь уважаемому людям.
Добрый день.
Я привыч.
Дежурный.
Открой.
Гражданин Михайлов, вы свободны.
Мы, ясен пень.
Почему только я?
А остальные?
Вот когда их личности подтвердят
и за них поручатся, тогда...
Я подтверждаю, мы просто разговаривали.
Ничего такого не нарушали.
Их не за что держать, как и меня.
У вас, в отличие от них, ножа при себе не было.
Андрей, пойдем, пожалуйста.
Какой закон запрещает ходить с ножом?
Доктор Михайлов, пожалуйста.
Один не пойду.
Да иди, Гиппократ, иди, не суетись.
Кому рыжий-то отпустят, нам не впервые.
Закрывай.
Говорит радиостанция «Юность».
Сегодняшняя передача посвящена одной из
важнейших профессий нашего
социалистического государства.
Гер, ты не злишься на меня?
Я правда не думала, что так все выйдет.
Его не убили, и ты свое слово сдержал.
Одна я виновата.
Да я не злюсь, Катя.
Ну, точнее, я злюсь.
Забыли.
Ты вообще могла спросить, как у меня дела?
Операция.
Гер, прости, пожалуйста.
Как прошло?
Да операция-то нормально прошла.
Слушай, Катя, я рассказал
Препроженскому про цемент и показал.
И он сказал, что сегодня
же поедет в Минздрав с ним.
Представляешь, Катя, он поверил в него.
Это так здорово, я в тебя всегда верила.
Я это ценю.
Правда.
Прошу прощения, что прерываю ваш романтик,
Катя, но ты мне нужна как женщина.
А как мужчина по уху не хочешь получить?
Слушай, не лезь в бутылку раньше времени от Эллы.
УЗИ надо сделать одной даме, а она наотрез
отказывается раздеваться в моем присутствии.
Почему она отказывается?
А потому, что умная попалась наконец-то.
Умная и скромная.
У них на селе, знаешь,
не принято другим мужикам живот показывать.
Принимаешь сельских жителей?
Знакомый отца просил посмотреть.
Я подозреваю синдром Гарнера.
А это что?
Ничего себе подозрение.
Это генетическое заболевание, Катя.
Очень редкое.
Там главный симптом — это холепост кишечника.
Да, ещё добавляются остеомы
и опухоли мягких тканей.
У неё фиброма на голове,
вот я и хочу проверить, нет ли у неё полипоза.
Да, но полипоз лучше видно
на колоноскопии, чем на УЗИ.
Катя, я не могу заставить её с живота галить.
Вот иди сама и скажи ей про колоноскопию.
А давай я вместо Кати пойду?
Может, мы всех врачей мужского
пола соберём и роту ещё позовём.
Солдат.
Ну, для полного успеха.
Так, Гер, я пойду, хорошо?
Пойдём.
Не переживайте, тут стесняться вообще нечего,
там ничего не видно практически.
Я всё понимаю, я же не совсем дура,
просто непривычно мне.
Значит, Кать, наводи подсолнечное исключение
и вот таким движением, туда, сюда.
А это, чего я там?
Пока ничего, Кать, не так ходишь.
Не так?
Пока чего так?
Так.
Подожди.
О!
Понежнее.
Чего ты вцепилась?
Расслабь руку.
Добрый день, Анатолий Фёдорович.
Добрый, добрый, добрей не бывает.
Чего пришёл?
Вот хотел узнать, доволен
ли министр нашей операции.
Я, конечно, не по этому поводу, но...
Доволен.
Даже разрешил тебя не увольнять.
Можешь сказать спасибо.
Или ты на орден рассчитывал?
Нет, нет, я не гордый.
Да ты садись.
Вот подумал, можно ли после такого успеха
рассчитывать на проведение эксперимента?
На что?
Экспериментальная операция с
использованием нового материала.
Ты ошалел, что ли?
Или не выспался просто?
Антон Федорович, на кону жизнь ребёнка.
Ах, эксперимент ещё и на ребёнке.
А ты не хочешь поговорить о своём хирурге,
которого ты только что вытащил из кутузки?
В элитной клинике держать врача,
который мало того, что отсидел,
ещё и дружит до сих пор с этими уркоганами.
Он не дружит.
Это было случайно.
И Михайлов мой лучший хирург.
Я не уволю его из-за какой-то ерунды.
Ерунды?
Вот это его какой-то ерундой в
меня каждый день бросается вепрев.
Бурмин не знал, Бурмин не доложил, Бурмин скрыл.
Я всегда был на твоей стороне, прикрывал как мог.
Главой комитета тебя хотел сделать.
И сделаю.
Только вот, проблем с тобой,
извини, то понос, то золотуха.
Так может, не надо меня никуда ставить?
Зачем вам столько мороки?
Короче, Лев Григорьевич, если ты не хочешь
мне помогать и доказать свою благонадёжность,
то, извини, без обид, тебе я тоже помогать
не стану, ни тебе, ни твоей сестре.
Если ты сегодня в три часа не принесёшь
мне приказ об увольнении этого
Урки с его подписью, задача ясна?
Моя, да.
ЖКТ у вас в порядке?
Полипов я не нашел.
Получается, это не синдром Гартнера?
Нет, не он.
Значит, сделаем биопсию и
отправляем вас на удаление.
Доктор, а вы смотрели полипы
только из-за феврома на голове?
Ну почему же, в докеле еще живот болел.
А где болел?
Там, внизу.
Да, может, съел чего-нибудь?
Доктор, а давайте сделаем еще у Ямалого таза.
Так.
Стоп.
Чуть влево.
Стоп.
Доктор, вы что-то видите?
Что там, доктор?
Ну, не пугай.
Гарднер?
Может, и Гарднер.
Как назовете?
Гарнер, Егорович, Гордеев.
Ой!
Юсь!
Порядка четырёх недель.
Ладно, вы одевайтесь.
Пойдём, не будем скучать.
Мне кажется, они рады.
Ты как думаешь?
Видно же, что любовь
А я вот, честно говоря, думала, что ты будешь
ехимичить, нос задирать перед деревенцами.
Нет, зачем?
Люди из другого мира.
Ну, знаешь, я тоже из другого мира.
А ты надо мной постоянно.
Ну, это я от зависти.
Живой.
А я обычно мёртвый на работу прихожу.
Обычно перед работой ты бы в
бандитские малины не ходишь.
Да не тронули бы они меня.
Не надо было ментам звонить.
Ты серьёзно?
Ты думаешь, это я позвонила?
Ну, а кто?
На меня подумал.
Я что, не понимаю, какие неприятности
у тебя могут быть из-за этого?
Ладно, ничего страшного, обошлось.
Уверен?
А то у меня ощущение, что всё такое начинается.
Слушай, меня не убили, не посадили.
Что ещё может случиться?
С тобой.
Всё, что угодно и в любой момент.
Ну, что ты хочешь?
Связалась с уголовником.
Терпи.
Терплю.
Думай, что хочешь, Андрей.
Зовёшь меня последней сволочью, будешь прав.
Но я вынужден тебя уволить.
Да ладно, почему сволочь?
Я же сам виноват.
В лес не в своё дело.
Помочь решил человек.
Да и еще такой момент неудобный.
У тебя такой пост на кону, а тут я. Ты не прав.
У меня на кону совершенно другое.
Подпиши.
Московское время, пятнадцать ноль ноль.
Сегодня утром стало известно о выдающемся
достижении одной из
комсомольских организаций Совета.
Алексей Данилович, здравствуйте.
Здрасте.
А я к вам.
А вы записаны ко мне?
Нет.
Я из комиссии по делам несовершеннолетних,
Ельницкая Фаина Дмитриевна.
Мы расследуем происшествие с участием
Преображенского Льва Григорьевича.
И что это Лев опять натворил?
Даже опять.
Интересно, вы же давно знакомы с этим гражданином.
А также у меня есть информация,
что вы считаете нужным закрыть Институт красоты.
Все верно.
Можете дать ему характеристику?
Личные деловые качества, конфликты, провинности?
Характеристику я дать могу,
за этим дело не станет.
Но сперва я хотел бы знать,
что произошло и в чем его подозревают.
как минимум в жестоком
обращении с несовершеннолетним.
Сын женщины, с которой он состоит в отношениях,
упал с приличной высоты в его присутствии.
Чего?
Да.
Выжил, но сильно травмирован.
Есть версия, что мальчик упал не случайно.
Какая такая версия?
Кому эта версия в голову пришла?
То есть вы не считаете, что Преображенский
мог как-то быть к этому причастен?
Я считаю доктора Преображенского человека упрямым,
сложным, иногда совершенно
неуправляемым, но он не сволочь.
Он не мог причинить вреда ребёнку.
Это врач, за большой буквы.
И такие врачи детей не калечат.
Вам ясно всё?
Всего доброго.
Значит так, Медведенко можем выписывать,
Грюгенберг еще подержим день-два.
Что у нас еще?
А в чем дело?
Это мы хотели узнать, в чем дело.
Почему уволен доктор Михайлов?
Это дело не ваше.
Это мое решение, одобрено Минздравом.
Видимо не одобрено, а навязано.
Лев Григорьевич, это же я виновата.
Нет, я. Он туда пошел, чтобы спасти меня.
Поэтому не его надо, а меня.
Ну, я ни в чем не виновата.
Поэтому, если вы не поменяете свое решение,
увольняюсь прямо сейчас.
Послушайте, я виноват, я уйду.
Но вам-то зачем?
Вы же не оставите Льва
Григорьевича одного в институте.
Понимаете, Лев Григорьевич
мечтает о месте в министерстве.
А на институт ему наплевать.
Тогда и нам наплевать.
Краткое объявление.
Я никого силой здесь не держу,
поэтому тот, кто хочет уйти,
заявление на стол и скатертью дорога.
Что?
Арфим, все-таки ты.
Я?
Не для себя.
Человек умирал в мучениях, я не мог его бросить.
В общем, если мне здраво нужна чья-то голова,
можешь отдавать мою, а не Михайлова.
И можешь увольнять меня с волчьим билетом.
На Колыму тебе выпишут билет вот за это.
Хорошо, тогда сам.
Да это не хорошо, это прекрасно.
Институт закроет моментально.
Шутка ли сказать, у меня тут вор на воре сидит.
Ну без врачей его все равно закроют.
Верни Михайлова или я сам
расскажу Ярцеву про морфин.
Да вы с ума что ли все посходили?
Шантажировать нету, ты сверху и снизу.
Ну, уволишься ты, Катя, что дальше?
Просто я не знаю, что ещё делать.
А ничего не делать нельзя.
Михайлова погнали, Болицкую идёт.
А я что, останусь?
Это же несправедливо.
Да, мне тоже стыдно перед Михайловым,
но я остаюсь, раз Преображенскому нужна помощь.
Правильно, мы все должны ему помочь.
Болицкая не права, он и так не мог
поступить ради поста в медздраве.
На него давят.
А может быть, это из-за сына Дроновой?
Тетка из комиссии говорила,
что там чуть ли не в покушении обвиняют его.
Почему его просто не уволили?
Зачем на него давить?
И при чем тут Михайлов?
Наверное, давят, чтобы он комитет возглавил.
Только зачем, я не постигаю.
Слушай, а родители твои не знают?
Вряд ли.
Раньше комитетом руководил
папин друг, дядя Сережа Юров.
Умер от инфаркта.
Родители поедут сегодня на сорок дней.
Жена его может знать.
Вдова.
Слушай, так езжай на поминки и узнай.
Ребят, женщина мужа схоронила.
Может, не надо ее пытать сейчас про комитет?
Ну, вообще-то прошло уже больше месяца.
Может, она успокоилась.
Миш, езжай на поминки, узнай,
что там с этим комитетом.
А ты к Дроновой спроси, действительно
они заявили на прибора женского или нет.
Хорошо, я схожу, но я потом все равно уволюсь.
Леон Григорьевич, вы можете
мне сказать, что это такое?
Могу.
Ампула с морфином.
Откуда она у меня, знаете?
Знаю.
Ну, что вы хотите, Антон Денисович,
у меня мятеж на баунте.
Я принял непопулярное решение.
Теперь они в знак протеста выдумывают
разные проступки, один хуже другого.
Этот дурак взял ампулу с
морфином и заявил, что он бог.
И на срок себе наговорил.
Ну, хотя, кражу еще нужно доказать.
Недостачи ведь не было.
А на продажу он не был пойман.
Вы можете эту ампулу к
своему отчету присвою купить.
Могу.
Но игнорировать такое признание не могу.
Сонечка.
Лёва.
Как ты?
Всё хорошо, Лёва.
Я тут.
Почему ты не позвонила мне?
Я бы приехал с тобой.
Меня отпустили в шесть утра.
Я просто ходила и ходила по городу.
Ты знаешь, как ходить хорошо?
Догадываюсь.
А почему в шесть утра?
Может быть, я им там надоела?
Или товарищ Бабаев?
Такая ранняя пташка.
Какой еще Бабаев?
Бабаев.
Мне следователь сказал,
что меня велел отпустить товарищ Бабаев.
А, ясно.
Приятель Дронова.
Лёва.
Значит, все-таки он, а не Бурмин.
Лев Григорьевич, вы меня простите, конечно.
Мы с вами поедем в министерство?
Обязательно.
Обязательно поедем.
Подкинем тебя домой по пути.
Это было бы очень хорошо.
А Эдик?
А он сегодня не приходил.
Тёть Варь, здравствуйте.
Мишка.
Родители сказали, ты с работы не вырвешься.
Они ушли уже.
Ну вот, видите, вырвался.
Ну как он?
Да, я что?
Ничего.
Миш, ты поешь, я сейчас скажу,
чтобы тарелку чистую принесли.
Да нет, не надо, я сыт.
Да?
Ну, может, выпьешь?
Хороший.
Я к Сереже.
В этом...
Комитете довели, да.
Папа говорит, сердце было здоровое.
Здоровое, Миш, здоровое.
А у него на работе как?
Последнее время.
Всего хорошо было?
Нормально.
Работа, как работа.
Миш, ты закусы поешь?
Теть Фарь, вы обманывать совсем не умеете.
Ну, тогда и ты не обманывай.
Тебе зачем надо, Миша?
Я должен знать, что с этим комитетом не так.
Моего начальника хотят туда назначить.
Ну, не повезло твоему начальнику.
Что ему ждёт?
Ничего особенного.
Если он такой же, как все, они...
Нет, он человек.
Честный, хороший.
Тётя Валя, ну скажите, что случилось?
Миш, да я точно не знаю.
Там что-то было про деньги.
Серёжа мрачный ходил.
Потом написал какой-то рапорт,
понёс его в Минздрав.
И?
И всё.
Живым не вернулся.
Я тебя умоляю, ты не лезь туда.
И начальник твой не надо.
Пациентка Рувимская после
операции чувствует себя хорошо.
Задержанный в милиции
сотрудник уволен из института,
так что работаем в штатном
режиме, товарищ министр.
Приятно слышать, товарищ Преображенский.
Вы не раз доказали,
что блестяще преодолеваете трудности,
так что я думаю, Анатолий Федорович прав.
Нам такие люди нужны.
Поздравляю с новым назначением.
Благодарю, товарищ министр,
за доверие и надеюсь оправдать его.
Я в таком случае попросил бы
вас одобрить еще одну операцию.
Да.
Она должна произвести
революцию в советской медицине.
Революция — это хорошо.
Товарищ министр, Лев Григорьевич немного
окрылен успехом, его можно понять.
Поэтому забывает, какой высокий ответственный
пост ему скоро предстоит занять.
А экспериментами давайте будут заниматься ученые.
Да, действительно, товарищ Преображенский,
опустимся с небес на землю.
Пусть каждый занимается своим делом,
продвигать советскую медицину,
дело необходимое, но надо это
делать с большой осторожностью.
Я согласен.
Да, да, конечно.
В таком случае я вынужден отказаться от должности.
Да, я боюсь вас подвести.
Отказывайтесь.
Продолжу руководить институтом красоты и,
в общем, заниматься своим делом.
Ну, дело добровольное.
Товарищ Ярцев, а вы, кажется,
должны были завтра предоставить
отчет о положении дела в институте.
Да.
Завтра отчет будет готов.
Да, подлянка знатная.
Не обессудь, но теперь твою
сестру уже никто не спасет.
Спасибо, не волнуйтесь, она уже дома.
Вот как?
Ну что ж, поздравляю.
Ну, значит, послезавтра я твой
институт уничтожу к чертовой матери.
Извини, мне надо свою шкуру спасать.
А тебя уже никто не спасет.
Даже твоя Руйвимская.
Ружу ты ей вправил, а вот мозги навряд ли.
Так что мы еще поднимем вопрос
о ее принудительном лечении.
Никогда не понимал, зачем вам это нужно.
Но чего-то такого я от вас и ждал.
Чего мне нужно, тебя не касается.
А вот чего от меня ждать, это мы ещё увидим.
Тема, ты у меня герой знаешь.
Там к вам пришли.
Здравствуй, Катя.
Молодец, причёска новая.
Ну, тут чего плачешь?
Ты просто такой храбрый мальчик.
Так боль терпит.
Да.
Слушай, Катя, ты не могла бы с ним посидеть?
Я не знаю, час или два мне надо отъехать.
Да, конечно, я посижу.
Или нет, хотите, я съезжу, куда вам нужно?
Нет, я сама.
Я хочу...
хочу его покрестить.
Мне нужно найти священника,
я только сама не знаю, какой.
Ты меня осуждаешь.
Кать, ну как там?
Ничего.
Ты меня ждала?
Да, давай я до дома довезу.
Не надо, я не домой.
А куда?
Увольняться не передумала?
Нет, не передумала.
Моей хватит уже за мной ездить.
Понятно.
Так и знал.
Что ты так и знал?
Что причина не в Преображенском.
Ты же не из-за него уходить хочешь?
Ну да, из-за тебя, вероятно.
Из-за меня и Германа.
Не надоело между нами двумя метаться?
Да я мечусь.
Да, ты и мечешься.
Тебя же ко мне тянет.
Но я другому отдана и буду век ему верна.
Миш, ты меня, конечно, извини, но мне кажется,
что ты запутался в своих драмах.
И ты запуталась, и я тоже.
Давай распутаем.
Вообще, откуда такая идея, что какой-то
поп спасёт нашего ребёнка от паралича?
Может, и не спасётся.
Ты вообще понимаешь, чем это нам всем грозит?
Тебе ничем, это же я решила.
Ты к этому не имеешь вообще никакого отношения.
Не в разводе, Костя.
Ты что за детский сад?
В разводе, не в разводе.
И кто будет проверять, а?
Это тень на всю семью, ты понимаешь, нет?
Меня выгонят, тебя из института погонят, да?
Артёма из пионеров.
Ну, конечно, как это он в
инвалидной коляске без галступа?
Вот именно!
У нас беда, у нас, у нас ребёнок покалечен.
Нам надо собраться, набраться сил,
чтобы жить дальше, чтобы помочь ему.
Последнее, что ему нужно,
это мать, сумасшедшая с суевериями.
Чего ты тут?
А я вас жду, Андрей Иванович.
Вы, наверное, думаете, что я предатель.
Да бросьте.
Нет, нет, послушайте, Андрей Иванович.
Я вас выжил с работы, получается, а сам остался.
Но я не потому.
Я остался ради моего открытия.
Точнее, не моего открытия.
Его изобрел мой отец,
не я. Но мне нужно его внедрить.
И Лев Григорьевич, он поверил.
И хочет его использовать завтра.
Понимаете, я не мог уйти.
Что он там хочет использовать?
Косный цемент.
чтобы мальчика спасти.
Правда, операцию никто не согласовал,
и если мы её проведём, то нас и посадить могут за это.
Я это к тому, что мы не ради
выгоды какой-то, Андрей Иванович.
Ясно.
Зайдёшь?
Да.
Ну, я водку пить не буду.
Я не буду.
И вы готовы стать крёстной матерью?
Я готова, если надо.
Но я предупреждаю, я в Бога не верю.
Я просто боюсь, что Тёмка проснётся,
вас увидит и может запросто начать в обиде.
Постараюсь его не разбудить.
Мы уже давно привыкли работать тихо.
Здравствуйте.
Лёв, ты зачем?
Простите, вы отец или крёстным будете?
Крёстным я не могу,
сам не крещён, и я ему не отец.
Но он мне как родной.
Поэтому я бы остался здесь на
время таинства, если можно.
Можно, конечно.
Пойдёмте, будем начинать.
Господи Божий наш, тебе молимся и тебе просим,
Дознаменается свет лица твоего.
На рабе твоем всем, Артемий.
Большое спасибо тебе, что поддержал.
Ты просто так и приехал навестить?
Ну и где ты бродишь?
Как ты прошла?
Ну как?
На метле через трубу, конечно.
Мы нашли способ собрать позвонки.
Это совсем новая технология.
Ни лицензии, ни разрешения Медздрава у нас нет.
Министр мне жёстко запретил.
Сейчас, Лёва, подожди.
Ты хочешь сказать, что ты знаешь,
как сделать операцию, чтобы не было паралича?
Да.
Риск есть.
Это всё-таки позвоночник.
У тебя же дома больше ничего нет.
Мне ничего не надо.
Главное, чтобы ты была тут.
Я тут.
Не каждый хирург решится пробовать.
Потому что могут уволить на раз-два.
И если вы с Костей согласны, мы сами это сделаем.
Я не знаю.
Я не знаю.
Я могу с ним завтра поговорить.
Я подумаю.
Конечно.
Конечно.
Подумай и сразу позвони.
Лёва!
Лёва!
Я соглашусь на операцию, если ее сделаешь ты.


Серия 8

Здравствуйте, дорогие товарищи!
Сегодня вестник Института красоты выходит с
рассказом о грандиозном
событии в истории медицины.
Наши хирурги провели революционную
операцию по исправлению скуловой кости.
Неправильно сросшуюся кость была перепилена и
закреплена к височной кости лишь двумя винтами,
что практически исключает вероятность отторжения.
Для советской хирургии это огромный шаг вперёд.
Радуясь большой победе, не следует забывать
и о менее крупных профессиональных успехах.
Наши ординаторы заподозрили у одной
из пациенток редкий синдром Гарднера.
Однако, проведя грамотное обследование
на новом аппарате УЗИС-II,
они поставили совершенно другой и прекрасный
диагноз — беременность малого срока.
Такие моменты всегда радостны не
только для семьи, но и для врачей.
До новых встреч, друзья!
Их нельзя впускать к Асе.
И не пускать нельзя.
Министр тебя сожрет с потрохами.
Да он меня и так сожрет.
А вот за других я думал побороться.
Ну, если нужно, Асенька постарается, я думаю.
Да как вы не понимаете, Наум Яковлевич,
Ася только пришла в себя, сейчас налетит вся
эта орава с кинокамерами, с фото вспышками.
Я бы сам забрался под кровать и не вылезал.
И ты прав, я их не впущу.
Но ведь Асе пока рано снимать бинты.
А как они определят под бинтами, кто здесь лежит?
Подари мне красоту и ещё одну весну.
Я люблю тебя так же, как раньше.
Ты прости мою мечту, даже если я уйду.
я останусь с тобой навсегда
Подари мне красоту, я поверю в чудо.
Отпиши мою звезду, за которой я пойду,
никуда из ниоткуда.
Ну вот, товарищи, мы подошли
к палате Аси Рубимской.
Здравствуйте.
Добрый день.
Проходите, пожалуйста.
Спасибо.
Здравствуйте.
Здравствуйте.
Евгения Васильевна, проходите.
Вы серьёзно думаете, что этот цирк нам поможет?
Сами же сказали, что Бурмен всё
равно утопит вас завтра на заседании.
Как знать.
Может быть, после такого шума в
прессе сложнее будет закрыть институт?
Мне будут спять с этой операцией до заседания.
А ещё, как на слово Артёма, не везут.
Я боюсь, как бы он с журналистами пересёкся.
Ага.
Может, сейчас привезут, пока не узусь.
Калина Ефимовна.
Простите, УАЗик.
В общем, ничего мы больше поделать не можем,
так что сообщите мне, как они приедут.
Ну как ничего поделать не можем?
Всегда что-то можем.
Всегда что-то можем.
Вера, давай, если кто-то из журналистов
не вовремя выйдет, ты их как-то отвлекай.
Галина Ефимовна, ну как я их отвлекать буду?
Песнями и плясками?
Я же не звезда эстрады.
Погоди.
Да.
Выписываемся.
Да, малыш, поедем ко мне на работу.
А ты же говорила, операция.
Ну да.
Операция.
Да, мы сделаем.
Здрасте.
Мы от Парапиралжанского.
Уже приехали.
Спасибо.
Мы готовы.
Я только быстро пойду, подпишу отказ.
А вы тогда пока его перекладывайте,
только очень осторожно, пожалуйста, у него звоночник.
Да, да, мы в курсе, не переживайте.
Сначала обезболим.
Я скоро.
Поехали.
Ты уколов-то не боишься, пацан?
Так тебя потеплее сейчас будет.
Ну чё ты, Тёмка, всё хорошо?
Так, так, ребята, поосторожнее, пожалуйста.
Так, стойте.
Вытаскивайте обратно.
Ребёнок никуда не едет.
Что значит не едет?
Это мой ребёнок, я буду решать,
куда он едет, куда он не едет.
Я отказываюсь от вашей операции.
Согласен, операцию вы подписывали вместе с отцом.
А отказ одна.
Вот придёт и отец.
Он не придёт, он на работе.
Послушайте, это нарушение всех правил.
Меня же уволят.
Отойдите от машины, а мы поедем.
Это не отец.
Даже завтракать не будешь?
Да нет.
Заскочу по дороге в Елисейский,
там что-нибудь захочу.
А что за спешка?
У тебя же сегодня выходной.
Куча дел.
Кабаки, дуэли, развратные девицы.
А если девицы, это хорошо.
А то в последнее время тебя
зачем-то на вдов потянуло.
Тетя Варя звонила Юрова.
Она сказала,
что ты интересовался комитетом покойного
Серёжи и обстоятельствами его смерти.
И что?
А то, что нас твои новые интересы не радуют.
Папа, тебе самому не интересно,
откуда у твоего друга взялся инфаркт?
Ты же известный кардиолог и наблюдал его.
Ну, если бы ты хоть немного учился,
то знал бы, что инфаркт может
и здоровое сердце прихватить.
Так что оставь дядю Серёжу в
покое и его несчастную вдову.
Которая сама попросила повлиять на тебя,
чтоб ты не лез куда не надо.
Хорошо.
Обещаю, буду лезть туда, куда мне надо.
Хватит дурака валять.
Все эти министерские интриги тебя не касаются.
И не вздумай из-за них угробить свое будущее.
Мы столько в него вложили денег и сил.
Да, мама права.
В мед пропихнули тебя, в институт
красоты пристроили, машину купили.
Живешь на всем готовом.
Мог бы и побольше ценить нас.
И когда мы говорим тебе, что...
Когда вы говорите, я должен молчать и кивать, да?
В уплату за что?
За машину?
Ну, хоть чем-то заплати.
Больше никого, никуда.
Пропихивать не надо.
Гер, ты, ты даже не представляешь,
что там вчера было.
Где?
Ну, в этой детской больнице.
Мы, мы покрестили сына Дроновой.
Гер, ты знаешь, я стала его
крестной, крестной матерью.
Кать, вот ты действительно считаешь,
что мне всё это важно сейчас?
Прости.
А что тебе важно?
Не знаю.
Может быть, операция?
Ты сама готова к ней?
Ты понимаешь, чем мы рискуем?
Крёстная мать!
Иди вон священнику в церкви ассистируй.
Как дела?
Всё готово?
Да.
Не приехали ещё?
Нет.
Я начинаю волноваться.
А куда Фролова подбежала?
Не знаю.
Наверное, готовится.
Олег Гребевич.
Да.
Звоните Михайлову.
В смысле?
Уговорите помочь.
Ну, какие из нас?
Катя, ассистент.
Гербер, возьмите себя в руки.
Мы должны справляться своими силами.
Вам с Катей за участие в нелегальной
операции ничего не будет.
Гординатора я вас заставил.
Но если будет участвовать Андрей,
он рискует очень многим.
По меньшей мере, не вернуться в этот институт.
А вы думаете, он вернется?
Обязательно.
Конечно.
Ася, что вы чувствуете сейчас, когда все позади?
Я чувствую себя собой.
Как будто я целый год ходила с чужим лицом,
а теперь мне вернули моё.
Но прежде всего, я чувствую благодарность.
Правда ли, что вы собирались вывезти
дочь за границу ради операции?
Да.
И мне очень стыдно за то,
что я не верил в наших врачей.
А Ася, она не хотела уезжать.
Нет.
Значит, вы, Ася, всё-таки в наших врачей верили?
Конечно верила, конечно.
Поэтому вы бросились под
машину доктора Преображенского?
Да что вы, я не бросалась.
Я просто шла и случайно увидела доктора за рулем.
Хотела помахать ему,
чтобы он остановился и еще раз меня выслушал.
Я потом просто оступилась и упала под колеса.
Да.
Моя дочь всегда стойко держалась.
Я вот сам удивился ее силе духа.
Я просто знала, что именно здесь
мне помогут, в институте красоты.
Давайте сделаем несколько кадров.
Посмотрите на меня.
Как ты вообще могла додуматься до такого?
Похитить нашего сына?
Костя, я тебя прошу, давай, пожалуйста, без драм.
Конечно, я не хотела тебе говорить, потому что ты,
ты же вечно вчера вообще истерику закатил.
Я не закатывал никакую истерику!
Я против этих шаманских обрядов!
Тише!
А кто на Лёву настучал с комиссией?
Ну, как я могла подумать,
что после этого ты ему разрешишь оперировать Тёму,
а это единственный шанс, Кость, ты понимаешь?
Он один решился, рискуя вообще всем.
И Тёмой тоже!
Мама!
Свет, слушай, я не могу.
Если я что-то, что-то ляпнул
этой тётке из комиссии,
это не значит, что я не хочу
спасти нашего сына от паралича.
И мне очень не обидно,
что ты считаешь меня таким подонком.
Кость, я не считаю.
Иди в машину, я подпишу отказ.
Слушай, а кто ты вообще такой,
чтобы я ради тебя своей головой расковала?
Прямо ж рисковала.
Ты работаешь здесь, случайно заглянешь,
бумажки полистаешь, как у Гоголя.
Пришли, понюхали и пошли прочь.
Отойди сам финансовые документы и нюхай.
Комитет курирует сам Бурмин,
который меня пристроил в Минздрав,
а тебя, между прочим, к Преображенскому.
Если Бурмин узнает, что я для чего-то
там у него в комитете вынюхиваю,
не поглядит, что мой папа с ним вась-вась.
Возьмет и вытурит меня, как собаку в шину.
Чего у них эти документы такие секретные, а?
Чего этот комитет тебе так дался-то, а?
Из-за него на институт все шишки сыплются.
Этот ваш Бурмин чего только не делает,
чтобы Преображенского туда протащить.
И непонятно, зачем ему это.
И не исключено, что покойного Юрова...
Понимаешь, никто не попрет
против Бурмина в Минздраве.
Разве что Вепрев.
Но уж я в это лезть не готова.
Яночка, мон амур, а как мне к Вепреву попасть?
Шерцов, домой иди, Миш.
Подожди.
Ты не знаешь, он на работу пришел?
Знаю, не пришел еще.
Всё, пока.
Да, это уникальная операция.
И каюсь, сам не верил, что мы способны на такое.
Но ведь поверили же.
Лев Григорьевич, в какой момент вы поняли,
что операция возможна?
Не в какой.
И это понял не я. Я вообще в
тот момент был лишь ассистентом.
А план и метод операции был разработан
уникальным хирургом нашего института
Андреем Ивановичем Михайловым.
Он и проводил вмешательство.
Лев Григорьевич, это вас.
Да, слушаю.
Да, я понял.
Простите, а вы, кажется,
интересовались аппаратом УЗИ?
Ну, наверное, в другой раз.
Почему же?
Мы не будем вас отвлекать.
Лев Григорьевич, вы закончили?
Да.
Вот.
Вы просто обещали сегодня насчёт Гринберга решить.
Мы его выписываем, а то он просто
уже на Луну воет без своего рояля.
У вас тут Гринберг?
Тот самый?
Да.
А можно нам к нему?
Да, конечно.
Вера, проводи, пожалуйста.
Пойдёмте, пойдёмте.
Конечно, проходите.
Всё, приехали.
Дальше раньше не бейся.
Тёма, это очень быстро.
Это раз и всё.
Пожалуйста, не бойся, малыш, ладно?
Да я и не думаю.
Ты не бойся.
На самом деле, я трус.
Ты маме не показывал.
Просто так заботишься о своей маме, ты не трус.
Настоящий мужчина.
Ну, а вы ломаться перед операцией, это нормально.
Так дураки не волнуются.
С тобой ничего не случится, я обещаю.
Считай до десяти.
Раз.
Два.
Три.
Четыре.
Пять.
Шесть.
Семь.
Восемь.
Переворачиваем.
В плане такой операции не было.
И не будет.
Это экспериментальная операция,
никем не санкционирована.
Вашему чести, Сан Саныч, меня никто не узнает.
Я обещаю.
Я ж тебя вроде уволил.
Я же логурка.
Ты проводишь незаконную операцию.
Как без меня?
Леонид Григорьевич, а мне тогда как?
Анфролова, будьте главной по
отделению во время операции.
Идем намываться.
Здравствуйте.
Добрый день.
Приветствую.
Алексей Данилович.
Мы с вами знакомы?
К несчастью, нет, но разрешите представиться.
Михаил Шевцов.
Вы сын Андрея Константиновича и
проходите ординатуру в институте...
Красоты, совершенно точно.
Уделите мне всего несколько минут.
Да.
У вас ко мне какая-то информация?
Да, но не об институте.
О комитете по организации всесоюзного
комплекса санаторно-здоровительных учреждений.
О как!
Так, и что этот комитет?
Понимаете, я в силу своего невысокого положения,
вы не могу проверить эти сведения.
Думаю, что вам не составит
труда во всем этом покопаться.
А что вы решили, что там надо копать?
Вам кто-то об этом сообщил?
Нет.
Меня смутила скоропостижная
смерть Сергея Михайловича Юлова.
И обстоятельства этой смерти
тоже хорошо было бы проверить.
Вдруг они как-то связаны с
нынешним заместителем министра?
А что вы хотите за эту информацию?
Вот лично для себя?
Я бы хотел продолжить работу в той же клинике.
Осколков в канале нет?
Нет.
Так, начинаю заполнять поперек разлома.
Так, кажется, достаточно.
Что скажете, Герман?
Я?
Да-да, достаточно.
Ну что, одиннадцатый схватился?
Сейчас.
Застывает потихоньку.
Что скажешь?
Красота, как новенький.
Тогда перехожу к десятому.
Начинаешь поставлять части десятого позвонка.
Значит, у нас всё получилось?
Ещё рано говорить.
Но все получится, если его не парализуют
после операции и воспаление не начнется.
Или нас всех не посадят.
Он тебе наизусть.
Светлана Геннадьевна.
Да, Антон Денисович.
Преображетки там?
Там.
Они одна.
Кто это?
Это Ярцев, проверяющий измену здравого.
Почему ты так напряглась?
Он что, может сорвать операцию?
Нет, но он напишет о ней в отчете.
Или вы тогда точно уволят,
или вообще институт закроют.
Он знал, на что шел.
Даша.
Смотри, тут кино.
Да уж, у нас сегодня кино.
Видите, что творится.
Здрасте.
Здравствуйте.
У нас, к сожалению,
на сегодня все приёмы отменены.
Кого могли, обзвонили, извините.
Ну как же так?
Мы же с Горького ехали.
И телефона у нас ещё нет.
Что же нам теперь обратно?
Мы же четыре месяца в очереди ждали.
Я всё понимаю.
А вы останетесь до завтра?
Да нет, не могу.
Мне завтра на работу.
Отпросилась только на сегодня.
Может, всё-таки кто-то её посмотрит?
Да кто её посмотрит?
У нас все врачи на операции,
а сколько она продлится, так это одном...
Катя?
А вы что, закончили?
Да, меня отпустили, я обхожу стационар.
Как хорошо!
Девочка, посмотришь?
О, мам, смотри, я хочу такую же прическу.
Да, Галина Ефимовна, я возьму пациентку.
Как тебя зовут?
Вера.
В общем, это называется отопластика.
Операция очень простая, но вот тут будет шрамик,
но его будет совсем не видно.
И когда вы сможете ее сделать?
Сложно сказать, вам нужно сдать все анализы.
Да мы уже сдали все.
Все.
А вы не можете сами сделать?
Прям сегодня?
Я боюсь, что не получится сегодня.
Понимаете, у нас сегодня в
институте последний день проверки.
Ходит такой человек из комиссии
и всё-всё-всё записывает.
Он скажет, что хлопоухость это не показание,
это не болезнь и с этим можно нормально жить.
Ага, нормально.
Ладно, пойдёмте делать ЭКГ.
Я не знаю, как я это объясню,
но каждая женщина имеет право быть
красивой, даже если ей десять лет.
О, у нас новый главврач.
Здравствуйте.
Добрый день.
Вы простите меня за вторжение,
Мне надо было уединиться, закончить отчёт.
Преображенский всё равно на операции.
Правда?
Правда.
Ему случается иногда оперировать.
И кого на этот раз, если не секрет?
Проверяете меня, думаете, врать вам буду?
Вы же видели, кто сидит в коридоре и знаете,
что случилось с их сыном.
Случилось чудо.
На этот раз вы мне не соврали.
Представьте себе, я наконец поняла,
что вы хороший человек.
Просто тщательно это скрывали.
Хороший человек — это не
профессия, Галина Ефимовна.
За это денег не платят.
Вы простите меня, мне надо
закончить отчёт, а то ехать скоро.
Руку твою правую трогала.
Чувствуешь?
Правая нога?
Да.
Хорошо.
Давай так.
Попробуй правую руку сжать.
Ты просто герой.
Молодец.
Я вас вон там у поста посажу, потому что у
нас анестезиолог и другие ещё не освободились.
А вы сидите там, отдыхайте, ждите.
Хорошо?
Хорошо.
Да, конечно.
Спасибо.
Борис Михайлович.
Катюша.
Что, вы покидаете нас?
Да, дорогие мои.
Спасибо вам за всё.
Придёте ко мне на концерт?
Я боюсь, что нам ещё не светит Альберт Холмс.
Вам еще много чего светит впереди.
Целая жизнь.
Ну что?
Счастливо.
До свидания.
Что, в гуме беляши выбросили?
Обижаешь.
Это импортный беляш прямиком из Вены.
А в сумке еще десять.
Треники и кеды.
Бегать буду по утрам.
Встану, как Аполлон, и тогда ты не устоишь.
Миш.
Можешь мне помочь ребенку отопластику сделать?
Да, помогу.
Сейчас все с операцией освободятся?
А кого оперируют?
Артема, сына Дроновой.
Ну, как там наш отчет поживает?
Как ваш отчет, я не знаю, товарищ Бурмин.
А свой я закончил, как и обещал.
Но вас я не сомневался.
Разрешите я взглянусь перед совещанием?
Пожалуйста.
Он лежит на столе.
У министра.
Вы значит сразу ему отнесли?
Сразу ему.
Чтобы он успел ознакомиться.
Вас что-то смущает?
Нет, нет.
Ни в коем случае.
Скажите, они сегодня провели операцию?
Вы какую операцию имеете ввиду?
Операцию ребенку на позвоночнике.
Да, эту операцию они сегодня провели.
Ну что ж, очень хорошо.
До встречи на совещании.
Тём, Тёмочка мой.
Ты как, сын?
Нормально.
Завтра в школу.
Да, только перед школой надо будет
несколько дней полежать в корсете.
И один важный момент.
О методе операции, пожалуйста, никому не говорите.
Доктор Михайлов, вас сегодня здесь не было.
Герб.
Вы должны обязательно
запатентовать ваш косный цемент.
Все как полагается.
Заявка, испытания, ну и так далее.
Спасибо большое.
Ну как ты, Гер?
Да что-то ноги не идут.
Ну конечно, так напсиховалась.
Гер, ну ты победил.
Ты так долго к этому шел и победил.
Да, Кать.
А я тоже сейчас операцию буду делать.
И тоже ребёнку, представляешь?
Ну там ерунда, аутопластика.
Поэтому Лев Григорьевич мне
прям главным хирургом разрешил.
Здорово, Кать.
Ну, ты иди домой, отдыхай,
а завтра всё расскажешь, хорошо?
Кать, я хочу на тебе жениться.
Чего?
Жениться.
Ты серьёзно?
Ну да.
А чего ждать?
Поженимся, встанем в очередь на квартиру.
Лучше тебя я никогда не найду.
Ты самый честный, самый надёжный человек.
Ты научила меня доверять людям.
Всегда меня поддерживала.
Боевая подруга, да?
Вот именно.
Так ты согласна?
Ассистент готов ассистировать.
А ты чего тут, Миш?
У тебя же вроде выходной.
Решил подежурить.
Миш, у тебя ничего не случилось?
Ты, если что, говори, я помогу.
По-моему, у тебя что-то случилось.
Нервная ты какая-то.
Ты все еще хочешь уволиться из института?
Вполне возможно, что сегодня-завтра
он сам прекратит свое существование,
так что увольняться не придется.
Гыбисты тебе научили прямо не отвечать на вопросы?
Почему гыбисты?
Ты сам мастер этого дела.
Хотя, они научили меня многому.
Да, я вижу.
Не уволюсь пока, а там посмотрим.
Как хочешь.
Я уже не лезу, не спорю.
Я шёлковый.
Главное, чтобы ты была рядом.
Я чуть с ума не сошёл, думая, что ты там.
И я чуть с ума не сошла.
Но справилась.
Кажется.
Я всё время чувствовала, что ты обо мне думаешь.
Каждую секунду.
Давай завтра так же будем думать о Лёве.
Давай.
Ему завтра в ров с Ольвом идти.
Так и знала, что ты тут.
Да я остался поработать.
Штуку эту настроить.
Будем знать, что-то как-то разбираться.
Ври больше.
Ты же вторую ночь уже здесь.
Сумку спортивную прячешь.
Без машины.
Говори честно, тебя из дома выгнали?
Нет.
Сам ушел.
А ты чего?
А я вот...
Беляши твои любимые принесла.
Лев Григорьевич.
Здрасте, Лев Григорьевич, вы что?
Да.
Да.
Что, Галина Ефимовна?
В министерство кто поедет?
Пушкин?
Нет, нет, я сам, конечно.
Спасибо.
Спасибо.
Давайте, поднимайтесь.
Ну что, товарищи, я полагаю, для начала мы
можем выслушать виновника этого торжества.
Собственно, глава врача Института красоты.
Благодарю.
Прежде всего, я хотел бы перед
вами извиниться, товарищи.
Вы меня поддерживали, направляли,
а я вас подвёл, отказавшись возглавить комитет.
Да, это верно, мы на вас рассчитывали.
Да.
Я понял, что во главе комитета
я буду всем только мешать.
Ну и зачем?
Лучше я буду заниматься тем, что хорошо умею.
Ну а если что-то в работе Института
красоты вас не устраивает,
я беру всю ответственность на себя в полной мере,
так как все решения я принимал единолично.
Нет никакого смысла закрывать весь институт,
лишаясь таких ценных кадров
и лишаясь таких наработок,
когда можно просто уволить главврача.
Спасибо, Рябый Гоча.
А, Анатолий Федорович, вам есть что сказать?
Ну что, я тоже хочу извиниться
перед товарищем Вепревым.
Алексей Данилович с самого начала был
прав и подавал нам верные сигналы,
но я так слепо хотел верить в хорошее в людях,
Припирался, спорил,
не обращал внимания на очевидные вещи.
Признаю свою вину.
Очень хорошо, что вы, товарищ министр,
оказались не таким доверчивым и
назначили проверку этого медучреждения.
Из отчета товарища Ярцева ясно видно,
что увольнением руководителя здесь не обойтись.
К сожалению, институт прогнил изнутри,
слишком много нарушений.
Позвольте, лично я в отчёте товарища
Ярцева ничего такого не увидел.
Напротив, здесь зафиксировано,
что нарушения по данному институту минимальны.
Я, товарищ министр,
очень рад результатам проверки.
В компетенции врачей Института красоты,
а также главного врача, я никогда не сомневался.
И блестящая проведённая операция
по восстановлению скуловой кости,
ну она просто достойна награды.
Простите, да, хочу дополнить, что я к этой
операции имею отношение лишь опосредованное.
Вся разработка и идея операции принадлежит
Андрею Михайлову, да, знаем вот из этой статьи.
Ну что ж, возможно,
мы были несколько строги к этому хирургу.
Да лучше бы ты себе трех девиц нашел.
Лучше бы вообще нас бросил.
Вот если тебя посадят, что я буду делать?
Ты о девочках вообще подумал?
Ничего с ними не будет, меня не посадят.
Я звонил Ярцеву, чтобы он в ход пустил мое дело.
А он что?
Что-что.
Послал меня.
Слава Богу.
Так значит тебя просто уволят?
Я сам уволился.
Ноги мои больше не будет в этом институте.
Если Лев поступает так с Михайловым, то...
То что?
Что с Зося.
Простите.
Это Ася, а не Зося.
Тут в статье написано.
Да, ребята наши молодцы.
Операцию привели уникальную.
Девушке лицо заново сломали.
Этому хирургу Михайлову
наверняка Героя Труда дадут.
Да.
Михайлову?
Вот так всегда.
Михайлову, значит, Героя Труда, а тебя уволили.
Улыбается он.
Очень интересно, товарищ Ярцев,
как же это так, вы не нашли никаких нарушений?
И почему-то в вашем отчете ничего
не сказано о сегодняшней операции.
Какой операции?
Преображенский сегодня оперировал
подростка, несовершеннолетнего.
Ставил на нем эксперимент с использованием нового,
неиспытанного материала.
Хотя мы эту операцию запретили
ему делать, категорически.
Я не понимаю, о чем вы говорите.
Мальчику сделали обыкновенную
вертобропластику на винтах.
Никаких новых материалов никто не использовал.
Ну, а вы, товарищ Вепрев,
давеча еще целое досье на институт собирали.
Вы меня знаете, Анатолий Федорович,
к вашему институту было очень много вопросов.
Но товарищ Ярцев на них все ответил,
я его отчетом очень-очень доволен.
А то, что касается досье, да, я его собрал.
К сожалению, ваш Анатолий Фёдорович,
план по поводу создания институтов красоты
по всей стране осуществить невозможно,
поскольку ответственный комитет
допустил такие растраты,
что просто поражает воображение.
Растраты?
Да, но, видимо, товарищу
Бурмину об этом не доложили,
иначе бы он обязательно бы сообщил
руководству и, конечно же бы, ВБХСС.
Это ложь и провокация.
Не так давно товарищ Бурмин построил огромный
каменный дом в Абхазии, прямо над морем.
Но это, конечно, случайность.
Такая же случайность, как внезапная смерть Юрова
прямо на работе после
разговора с товарищем Бурминым.
Вы белины объелись, Алексей Данилович?
Нет, ну я-то точно нет.
Насчет Юрова, земляевым пухом, сказать не могу.
Но то, что касается Беллине, вскрытие не делали,
но это можно сделать прямо сейчас.
И вот знаете, вот ещё такая вот странность.
Вместо покойного Юрова Анатолий Фёдорович
упорно ставил доктора Преображенского,
который неопытен в этих делах и в
финансовых документах не разбирается,
но на которого очень удобно повесить растрату.
Так, достаточно, Алексей Данилович.
Дайте-ка мне эту вашу папку для ознакомления.
Олег Григорьевич, что, закрывают нас?
Нет, Катя, и меня даже не уволили.
Все благодаря вашему однокурснику Шевцову.
По словам Вепрева, он в медздравии
такую кашу заварил, чтобы меня оставили.
Ну?
Так это же хорошо.
Чего хорошего?
Если бы меня уволили, мои врачи вернулись бы.
Работали, как раньше.
Я хотел открыть институты по всей стране.
Остался вот с одним пустым.
Ну, это сейчас пустой.
Через две минуты обход.
Геф.
О, Катя.
Я сейчас быстро здесь закончу и провожу тебя.
Не надо.
Проложать не надо?
Гер, я хотела сказать, что не получится.
То, что мы вчера говорили,
не могу я. Замуж не пойдёшь?
Рожа не вышла?
Нет, Гер, ты...
Ты вышел, ты очень умный.
И очень талантливый и сильный.
Просто я хочу выйти за человека, которого люблю.
Шевцова любишь?
И ты серьёзно веришь, что он любит тебя?
Верю.
Или, может быть, я ошибаюсь.
Но, Гера, тебе ведь не я нужна,
а тебе нужна семья.
Чтобы кто-то был рядом.
А я это буду или кто-то другой, это же не важно.
А Миша нужна именно я.
Ну что ж, надеюсь, вы на нас не в обиде.
Асенька переживает, что это вы на неё обижены.
Хотела попросить прощения.
Ну что, Ася, я не обижен,
я наоборот, благодарен вам.
И меня.
Счастливого вам пути.
Спасибо вам.
До свидания.
Счастливо.
До свидания.
Пойдем, пойдем.
Приятного аппетита.
Спасибо.
Антон Денисович, а ваша
проверка разве не окончена?
Окончена.
Я вас искал для того, чтобы пригласить
вас поужинать в ресторане Пекин.
Там капуста вкуснее.
А ужинать с вами?
Можно без меня, но лучше со мной.
Действительно, почему бы и нет?
То есть вы не против?
Да я с удовольствием.
Тем более капуста.
Так, в три же плановая?
Дадите мне пару минут плановой?
Да.
За выпиской?
Да.
Вас отвезти потом?
Нет, спасибо большое.
Скоро Костя приедет.
Вы к нему потом, да?
Нет, мы обратно ко мне.
Извини, это не мое дело.
Лёва, ты не представляешь себе,
как я тебе благодарна за всё, что ты сделал.
И Тёму благодарен, и Косте.
Прекрати.
Я же врач.
Лечить моя работа.
Ты сделал гораздо больше, чем врач.
Свет, послушай меня.
Ты ничего мне за это не должна.
И я не жду, что ты из благодарности...
Спасибо, что не ждёшь.
Ладно.
Тёме привет, да?
И через неделю приводи его на осмотр, хорошо?
Ты думаешь, мне легко так?
Ну вот так.
Я просто...
Я не могу пока тебя простить.
До сих пор?
Из-за того, что ушла от мужа ко мне.
Свет, ну, ты же...
Лёва, я тебя изменила.
Я этого не могу себе простить.
Подари мне красоту и ещё одну весну.
Я люблю тебя так же, как раньше.
Ты прости мою мечту, даже если я уйду.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Я останусь с тобой навсегда.
Даже если я уйду.
И осталась только ты.
Навсегда.
Подари мне красоту.
 

////////////////////////////